Lay 10

X
 
Немало сказано в стихах
На эльфов древних языках,
Как день за днем вниз по реке
Те двое шли рука в руке.
Леса их радостью полны,                           2860
Легки их стопы, дни нежны.
В разгар седой зимы весна
Дышала, где пройдет она -
Тинувиэль! Тинувиэль!
Зимой звенела птичья трель                       2865
И на снегу цветы цвели,
Где Бэрэн с Лутиэн прошли.
 
 
Остался Остров Чар вдали,
Там на вершине – холм земли,
Увенчан камнем, зелен он:                          2870
Там Фелагунд был погребен.
Там спать костям его века,
Покуда жив сей край, пока
Не скрылся он под спудом волн.
А Фелагунд, веселья полн,                             2875
В садах страны богов живет
И в мир сей боле не придет.
 
В Нарготронд не вернулся он;
Но вести шли со всех сторон –
Что мертв король, что Тху разбит,                  2880
В руинах Остров Чар лежит.
Вернулись многие тогда,
Кто пропадал в плену года;
Вернулся Хуан, словно тень;
Похвал хозяйских он в тот день                       2885
Не получил, но верный пес
Хоть без любви – вновь службу нес.
Вестями полнился чертог,
Глушить их Кэлегорм не мог.
И закричал народ, взбешен,                           2890
Что девой подвиг совершен
За Фэанора сыновей.
«Убьем предателей скорей!»
Непостоянный этот люд
Теперь рыдал по королю.                           2895
Но рек Ородрет: «Трон сейчас
По праву мой. И вот приказ:
Не смейте кровь родни пролить.
Но крова должно их лишить -
Ведь мнили, низложить могли                   2900
Дом Финрода». Их привели.
Надменно Кэлегорм стоял,
Он ненавистью полыхал,
Не скрыв презренья своего.
Смотрел с усмешкой брат его.                     2905
 
«Покинуть земли сей страны
Вы до исхода дня должны.
И боле не войдет сюда
Род Фэанора никогда.
Навек меж нами порвалась                            2910
Любви и братской дружбы связь».
 
«Что ж, мы запомним», - те рекли,
Спеша, коней седлать пошли,
Оставшийся свой люд собрав –
И прочь, ни слова не сказав,                          2915
Лишь протрубив в рога сигнал,
Во гневе их отряд умчал.
 
А два скитальца подошли
К границам Тингола земли.
Хоть ветер все зимой дышал                         2920
И льдом в сухой траве шуршал,
В ветрах зимы лилась их песнь
Под бледным куполом небес.
Пред ними Миндеб засверкал,
Поток, что с гор, змеясь, стекал,                    2925
Отметив западный предел
Чар, скрывших Тингола надел
От неожиданных гостей -
Завесу Мелиан сетей.
 
Настигла Бэрэна печаль.                             2930
«Тинувиэль, как мне ни жаль,
Расстаться ныне мы должны:
Дороги здесь разделены!»
 
«Что за ужасные слова?
Ведь день наш начался едва!»                         2935
 
«Назад вернуться ты должна,
И, чарами защищена,
Ты отчий дом отыщешь свой,
Древа любимые, покой».
 
«Я рада видеть край лесной,                        2940
Стволы, стоящие стеной,
Свой мирный Дориат. Но все ж
Мне Дориат – как в сердце нож,
Навек отвергла я свой край,
Свой дом и род. И так и знай –                        2945
Я на древа и не взгляну,
Коль бросишь ты меня одну.
Эсгалдуина темен брег!
Неужто я должна вовек
Бродить у черных вод одна,                              2950
Покинута и холодна,
В струú безжалостной реки
Века смотреть в слезах тоски?»
 
«Но Бэрэн не войдет туда
Вовеки – даже в день, когда                               2955
Сам Тингол скажет – «Быть сему!»
Отцу я клялся твоему,
Что я на радость иль беду
Без Сильмариля не приду
Ему алмаз вложить в ладонь.                                     2960
«Ни сталь, ни камень, ни огонь,
Ни всей земли эльфийской рать
Не смогут мой алмаз отнять» -
О Лутиэн так клялся я,
Что всех светлей, любовь моя.                          2965
Увы! Зовет меня обет,
Хоть расставанья тяжче нет».
 
 
«Нет Лутиэн пути домой –
Скитаться здесь, в глуши лесной
Она в тоске обречена.                                         2970
Коль не идет с тобой она –
Так вслед тебе дерзнет пойти,
Пока не встретятся пути -
Твой и ее, хоть на земле,
Хоть в долах смерти, в вечной мгле».             2975
 
«Нет, Лутиэн! Смела ты – что ж,
Так расставанья боль не множь.
Твоя любовь меня спасла
От уз – но все же в сердце зла,
В кромешную слепую тьму                                2980
Твой благий свет я не возьму».
 
«Нет!» - с содроганьем он твердил,
Она ж молила что есть сил.
Вдруг голос рога прозвучал –
То с братом Кэлегорм, как шквал,                   2985
Чрез лес откуда ни возьмись
Верхом отчаянно неслись.
Они на север много дней
Во гневе правили коней -
Близ Дориата шел в те дни                           2990
Кратчайший путь до их родни:
Чрез Таур-на-Фуин путь кружил,
Потом к востоку уводил,
Где Химринг, холм сторожевой,
Над Аглоном пост держит свой.                   2995
 
Те, видя странников, на них
Направили коней своих,
Желая с ног влюбленных сбить
И с ними их любовь сгубить.
Но кони, мчась во весь опор,                         3000
Свернули им наперекор.
Но Куруфин, с седла склонясь,
Схватил тут деву – и, смеясь,
Втащил в седло. Но словно лев,
Чей растревожен дикий гнев                          3005
Стрелою меткой; как олень,
Перелетающий как тень
Овраг, охотою гоним –
В седло вскочил скачком одним
Тут Бэрэн и врага душил.                                3010
Прыжком коня с копыт он сбил,
И всадник с ним упал с седла,
И схватка на земле пошла,
А Лутиэн, без чувств упав,
Лежала средь увядших трав.                          3015
За горло Бэрэн гнома сжал,
И тот, хрипя, язык казал,
Выкатывались из орбит
Глаза, и кровью взгляд налит.
На помощь Кэлегорм спешил                     3020
И Бэрэну копьем грозил;
Мог сталью эльфов быть пронзен
Тот, кто из плена тьмы спасен –
Но Хуан грозный рык издал
И на хозяина восстал,                                       3025
Вмиг обнажая блеск клыков -
Так выходил он на волков.
Конь в ужасе подался вбок,
И в ярости вскричал седок:
«Ты, пес-предатель, проклят будь,                3030
Что заступил хозяйский путь!»
Но нет ни гномов, ни коней,
Что оказались бы сильней,
Чем Хуана холодный гнев.
И всадник сдался, оробев,                                  3035
На пса смотрел издалека:
Тот не страшился ни клинка,
Ни стрел, ни копий – ничего,
Ни даже лорда своего.
 
Убиту б Куруфину быть,                                  3040
Когда бы бой остановить
Очнувшись, дева не смогла,
Восстав, в тоске не воззвала:
«Мой лорд, свой гнев ты удержи!
Работы орков не верши!                                     3045
Ведь в Эльфинесс из года в год
Число врагов наших растет,
Пока проклятье нас опять
Друг с другом нудит воевать
И множить зло. Умерь свой пыл!»                     3050
 
И Бэрэн гнома отпустил,
Но скакуна его забрал,
Доспехи и стальной кинжал
Без ножен. Остр его клинок,
Никто бы исцелить не мог                                 3055
Им нанесенных ран. В него
Вложили карлы колдовство,
Был в Ногроде откован он
Под песни чар и млатов звон.
Как дерево, он сталь рубил,                             3060
Как ткань, кольчугу проходил.
Хозяин новый им владел:
Тот, что былого одолел.
И, отшвырнув врага с пути,
Так крикнул Бэрэн: «Прочь иди!                      3065
Ступай, глупец и негодяй,
В изгнанье похоть остужай!
Впредь не верши ты никогда
За орков Моргота труда,
Сын Фэанора, пробуй впредь                           3070
Достойней дело присмотреть!»
С тем Бэрэн деву прочь ведет,
А Хуан стражу все несет.
 
Вслед крикнул Кэлегорм: «Прощай!
Но далеко зашел ты, знай:                                3075
Ведь даже смерти тяжелей
Гнев Фэанора сыновей,
Везде найдет тебя наш гнев!
Женой иль камнем завладев,
Их не удержишь ты в руках!                           3080
Ты проклят – днем или впотьмах,
Во сне и в бденье, навсегда!»
Он спешился и без труда
Помог подняться брату. Вдруг
Согнул он тисовый свой лук,                           3085
И в спину свистнула стрела
Влюбленным, что не ждали зла –
Кривое жало карлов вслед.
Не обернулись те в ответ.
Хоть пес стрелу перехватил,                           3090
Другую гном вослед пустил.
Но взгляд свой Бэрэн обратить
Назад успел – и смог закрыть
Собою Лутиэн. Древко
Вошло под сердце глубоко.                         3095
И Бэрэн, пав с древком в груди,
Смех братьев слышал позади,
Как те скакали прочь, спеша,
Пред гневом Хуана дрожа.
Хоть Куруфин разбитым ртом                        3100
Смеялся – север весь потом
Узнал про подлый выстрел тот;
Стрелу запомнил смертный род,
В чем выгоду увидел Враг.
 
За рогом братьев из собак                             3105
Не следовала ни одна
Отныне; хоть пришла война,
И весь их дом в руинах лег –
Но Хуан у хозяйских ног
Главы вовеки не склонил.                                3110
С тех пор он Лутиэн служил.
А ныне плакала она,
Оставшись с Бэрэном одна,
Стремясь остановить поток
Кровавый, что обильно тек,                           3115
Из раны вынув острие,
Слезами вымыла ее.
Тут подоспел с подмогой пес,
Траву целебную принес –
Король всех трав, в лесах растет                   3120
Вечнозеленый стебель тот.
В лесах немало пес живал
И силы всех растений знал.
Сумел он быстро боль унять,
А дева стала чары ткать,                                  3125
Плетя напев эльфийских жен,
То волшебство лихих времен,
Что ткут над раной с давних пор.
 
И удлинились тени гор,
Над тенью северных рогов                              3130
Зажегся яркий Серп Богов,
Чьи звезды в мертвой тьме ночной
Сияли чистой белизной.
Огонь горит и на земле,
Цветет живым цветком во мгле,                      3135
И хворост в пламени трещит,
А у костра настил лежит,
На нем же – Бэрэн, погружен
В скитанья тьмы, в тяжелый сон.
Над спящим дева сторожит -                           3140
То жажду утолить спешит,
То, гладя лоб его, поет
Песнь, что по силе превзойдет
Целебных рун благую мощь.
Так медленно проходит ночь,                         3145
И серый близится рассвет,
Туманным сумраком одет.
 
И Бэрэн вдруг глаза открыл
И рек: «Я в страшных землях был,
Под небом чуждым я блуждал,                     3150
Себя потерянным считал
Во мгле, где мертвые живут;
Но голос я услышал тут -
Как арфы и колокола,
Как музыка, та песнь плыла,                         3155
Она звала в ночи меня,
С собой тянула, к свету дня!
Я исцелен, и боли нет!
Опять настал для нас рассвет,
Зовут нас новые пути –                                 3160
Мой должен в тьму меня вести
Вслед за надеждой; путь же твой –
Меня с надеждой ждать домой
Под сенью Дориата крон,
И пусть за мной несется звон                       3165
Твоей эльфийской песни вслед
В чужом краю, где гаснет свет».
 
«Сменились времена; сейчас
Не только Моргот враг для нас!
С делами эльфов, с их враждой                   3170
Отныне путь повязан твой.
Поверь, лишь смерть мы обретем –
Ты, я и Хуан, все втроем –
Коль ты продолжишь поиск свой.
В пясть Тингола своей рукой                       3175
Священный Фэанора свет
Ты никогда не вложишь, нет!
Зачем тогда тебе идти?
Не лучше ль нам свернуть с пути,
От войн укрывшись и скорбей                      3180
Под сенью ласковых ветвей,
И будет нам весь мир как дом,
А крышей – неба окоем!»
 
 
Так в тяжких спорах время шло,
Но Лутиэн не помогло                                    3185
Ни волшебство ее речей,
Ни нежность уст, ни свет очей,
Ни хрупкость рук - его склонить
Свое решенье изменить.
Он в Дориат не ступит сам,                             3190
Лишь Лутиэн оставит там;
В Нарготронд нет для них пути -
Нельзя войну с собой нести;
Скитаньям же средь диких скал
Обречь он деву не желал –                              3195
Кого своей любовью он
Увлек из-под родимых крон.
«Ведь силы Моргота не спят;
Долины и холмы дрожат,
Идет охота, поднят гон:                                   3200
Эльфийской девы ищет он.
Повсюду рыщет орков рать,
Тебя хотят они поймать,
Таятся за любым кустом.
Едва помыслю я о том,                                   3205
Как хладный пот течет по лбу!
Кляну обет, кляну судьбу -
Зачем на тягостный мой путь
Тебя заставила свернуть!
Уж скоро ночь, чего ж мы ждем?                 3210
Кратчайшим поспешим путем
Достичь границ твоей земли,
Где ветви бук и вяз сплели –
Прекрасный Дориат нас ждет,
Куда дорогу не найдет                                   3215
Вовеки никакое зло,
Где сети волшебство сплело».
 
Как будто бы покорена,
С ним в Дориат пошла она;
Границу двое перешли,                                3220
Полянку мшистую нашли,
И там, укрывшись от ветров,
Меж гладких буковых стволов
Запели песнь любви своей –
Пусть мир уйдет на дно морей,                    3225
Но те, что здесь разлучены,
Сойтись на Западе должны.
 
Раз Бэрэн тихо встал от сна,
Пока на мху спала она -
Как будто нежный сей цветок                      3230
Раскрыться лишь при солнце мог –
И удалился, не без слез
Поцеловав ей шелк волос.
«Друг Хуан, будь защитой ей!
Средь голых выжженных полей                     3235
От века асфодель не рос,
Не место там для нежных роз.
Храни ее от злых ветров,
От холода, от рук врагов
И от тоски; ведь в путь далек                         3240
Зовут меня и честь, и рок».
 
 
И, сердце в камень обратив,
Оглядываться запретив,
Он сел в седло и гнал коня
На север до исхода дня.                                      3245



Предыдущий раздел

Оглавление 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz