ДЖОН РОНАЛЬД РУЭЛ ТОЛКИН

ШИББОЛЕТ ФЭАНОРА

С экскурсом об именах потомков Финвэ

Под редакцией Кристофера Толкина

 

Перевод Юлии Понедельник

Предисловие переводчика

Выражаю благодарность  Хейлир за редакцию  перевода

Перевод почти всех имен и названий взят из перевода «Сильмариллиона» Н.Эстель. Транскрипция имен произведена в соответствии с указаниями к «Властелину Колец» за исключением того, что иногда буква «е» передавалась звуком «е», а не «э» там, где этого требовали соображения благозвучия. Множественное число от названий народов на эльфийских языках произведено в соответствии с правилами этих языков, а не в соответствии с правилами русского языка. Эти названия не склоняются. Ссылки на страницы английского издания «History of the Middle-Earth» в комментариях исключены (оставлены только номера томов), поскольку текст является отдельным, и я посчитала, что нет смысла указывать страницы английского издания. Все цитаты из других текстов, данные в комментариях, переведены мной. Различия в именах и названиях обусловлены различиями в оригинале.

Шибболет Фэанора 

Во всех последних работах отца история языка тесно переплетается с историей личностей и народов, и, как можно видеть, многое в его рассказах выросло из поиска объяснений неким лингвистическим явлениям или отклонениям от нормы. Наиболее примечательным в этом отношении является следующее эссэ, возникшее из рассуждений о проблеме исторической фонологии, где описано, как разница в произношении одного согласного звука в квэнья сыграла значительную роль в раздоре между принцами нолдор в Валиноре. У него нет заголовка, но я назвал его «Шибболет* Фэанора», так как отец сам использовал это слово в эссэ.

Подобно тексту «О гномах и людях», оно было написано (полностью набрано на печатной машинке) на бумаге, присланной Алленом и Анвином, в данном случае – в основном на  копиях издательской заметки от февраля 1968г. Как и в тексте «О гномах и людях», в этом эссэ встречается множество примечаний, вставленных в тело текста в процессе написания. К нему присоединен длинный экскурс (по длине он размером с половину  эссэ, из которого он вырос) об именах потомков Финвэ, его я тоже привожу здесь; но как из самого «Шибболета Фэанора», так и из экскурса я исключил некоторое количество примечаний специальной фонологической природы, иногда довольно длинных. Работа не была завершена, ибо отец не дошел, как намеревался, до рассуждения об именах cыновей Фэанора, но черновик к этой части дан в конце текста. Все пронумерованные замечания (моего отца и мои) собраны в конце.

Эта работа почти не использовалась в «Неоконченных преданиях», не считая отрывка, касающегося Галадриэли, который здесь повторяется в своем первоначальном контексте; но некоторые элементы вошли в опубликованный «Сильмариллион».


*Шибболет (“Shibboleth”) в переводе с английского языка означает «особенность произношения, привычка, свойственная особому кругу людей». Я не стала переводить это слово в заголовке, поскольку, во-первых, перевод звучал бы либо неточно, либо громоздко, а, во-вторых, фэндом уже привык называть этот текст «Шибболет». Но в самом тексте я это слово перевожу. (Прим. пер.)


Шибболет Фэанора

Случай изменения «þ» на «s»*1 в языке квэнья

История эльдар ныне завершена, и отменить принятие синдарина нолдор-изгнанниками уже невозможно. Поскольку в синдарине широко использовался звук «þ», изменение «þ» на «s» должно было произойти в квэнья нолдор еще в Валиноре, до мятежа и изгнания нолдор, хотя и не обязательно задолго до этих событий (по валинорскому счету времени). Поэтому подобное изменение нельзя объяснить развитием (замещением звуком «s» непривычного звука «þ») квэнья в Третьей Эпохе: как у самих эльфов, поскольку им было привычно «þ»; так и у ученых-нуменорцев в Гондоре, поскольку «þ» встречается и во Всеобщем Языке, и в синдарине, который все еще использовался в качестве разговорного языка высших сословий, особенно в Минас Тирите.


*«þ» - это звук, передаваемый в английском языке сочетанием букв «th», что на русский язык обычно транслитерируется как «т», «s» - соответственно «с». (Прим. пер.)


 

Поэтому произношение Галадриэли, как оно описано во "Властелине Колец", должно соответствовать норме. Однако это не препятствует использованию буквы «þ» в классическом книжном квэнья (до Изгнания или после) грамматик, словарей или записей. По сути, это предпочтительнее, поскольку на письме звук, сменивший прежний " þ ", всегда обозначался иначе, чем обычный «s». И в условиях Изгнания, сделавших необходимым новую запись по памяти многих  ученых и поэтических трудов2 периода до Изгнания, это свидетельствует о том, что звук «þ» и те места, где он ранее встречался, ещё помнили; и, возможно, о неприязни со стороны ученых к замене «þ» на «s» в разговорном квэнья. Во всяком случае, невозможно представить, чтобы звук «þ» как таковой мог когда-либо стать для нолдор совсем непривычным. В Валиноре они жили рядом с ваниар (ингви) и тэлери (линдар)3, общались с ними и порой сочетались браком. Ваниар, фактически, говорили на том же языке (квэнья) и сохранили в повседневной речи звук «þ»; тэлери, разговаривая на языке, близкородственном квэнья и все еще по большей части понятном нолдор4, тоже использовали звук «þ». Даже по сравнению с другими эльдар нолдор были талантливыми лингвистами, и поэтому, если «þ» и не встречался в языке, на котором они говорили в детстве (а это могло случиться только у самого молодого поколения ушедших из Амана), им нетрудно было бы принять его.

Поэтому замена «þ» на «s» должна быть сознательной и намеренной заменой с согласия и одобрения большинства нолдор, введённой, как бы то ни произошло, уже после отделения их поселений от ваниар. Это должно было произойти после рождения Мириэли, но (возможно) еще до рождения Фэанора. Особую связь этих двух эльфов с заменой «þ» на «s» и ее последующей историей необходимо рассмотреть подробнее.

Замена эта, поддерживаемая фонетическим 'вкусом' и теорией, стала широко распространена, но ещё не сделалась всеобщей. Против неё возражали ученые5, подчёркивая вред, который это слияние нанесет языку, смешивая корни и производные слова, различавшиеся ранее по звучанию и смыслу. Главой ученых-лингвистов в то время был Фэанор. Он настаивал, что «þ» - это верное произношение для тех, кто заботится о своей речи и полностью понимает ее. Но, кроме лингвистического вкуса и мудрости, у него были и другие мотивы. Он был старшим сыном Финвэ и единственным ребенком его первой жены Мириэли. Она была эльда из нолдор, стройная и изящная, с мягким нравом, хотя как позже открылось в вещах более важных, она могла выказывать крайнее упрямство, которое совет или повеление делали лишь еще более ожесточенным. Она обладала прекрасным голосом и изысканным и ясным произношением, хотя говорила она быстро, и Мириэль гордилась этим умением. Однако ее главным талантом была изумительная искусность рук. Этот дар она использовала при вышивании и преуспела в нем, и вышивки ее, сделанные быстро даже по меркам эльдар, были искуснее  и прекраснее чем все, что они видели прежде. Поэтому ее называли «Тэриндэ» (Þerindë) («Вышивальщица») – имя, которым ее уже назвала мать6. Она твердо придерживалась произношения «þ» (как было принято во времена ее детства), и желала, чтобы все ее родичи говорили так же, по крайней мере, произнося ее имя.

Фэанор нежно любил мать, хотя, за исключением упрямства, нравы их не были схожи. Он не был мягок. Он отличался гордым и горячим нравом, и противодействие своей воле встречал не со спокойной стойкостью своей матери, а с яростным возмущением. Он был беспокоен телом и разумом, хотя, как и Мириэль, его могла полностью поглотить работа, требующая наибольшей верности руки; но многие творения он оставлял незавершенными. Мириэль дала ему имя «Фэанаро», распознав в сыне пылкий нрав (оно значило «огненный дух»). Пока она была жива, добрым советом ей часто удавалось смягчить и сдержать его7. Ее смерть оказалась долгим горем для Фэанора; и напрямую и по дальнейшим своим последствиям, она стала главной причиной того  гибельного влияния, что он оказал на историю нолдор.

Смерть Мириэль Тэриндэ – смерть «бессмертного» эльда в не знающей смерти земле Амана – явилась причиной серьезного беспокойства Валар, первым знамением Тени, что позже пала на Валинор. О деле Финвэ и Мириэли и приговоре, что Валар после долгого спора, наконец, вынесли по этому делу, рассказывается в другом месте8. Здесь говорится лишь о тех обстоятельствах, что могут объяснить поведение Фэанора. Мириэль умерла по своей воле: она покинула тело, и ее фэа ушла в Чертоги Ожидания, в то время как тело ее  лежало, будто спящее, в саду. Она сказала, что утомилась телом и душой и желает покоя. Причиной своей усталости она полагала вынашивание Фэанора, силой тела и духа превосходящего пределы, положенные эльдар. Она терпела эту усталость, пока он полностью не вырос, но долее выносить ее уже не могла.

Валар и все эльдар были опечалены горем Финвэ, но не впадали в уныние: все существа могли исцелиться в Амане, и когда ее фэа и тело отдохнули бы, их снова можно было воссоединить и вернуть к радости жизни в Благословенном Краю. Но Мириэль не желала этого, и на все мольбы мужа и родичей, что были переданы ей, и на настоятельные советы Валар она отвечала не более чем: «нет еще». И с каждым вопросом решение ее становилось все тверже, пока, наконец, она не отказалась слушать, сказав только: «Я желаю покоя. Оставьте меня здесь в покое! Я не вернусь. Такова моя воля».

Так Валар столкнулись с тем единственным, что они не могли изменить или исцелить: свободной волей одного из детей Эру, нарушать которую им было запрещено – а в данном случае и бесполезно, ибо принуждение не достигло бы цели. А через несколько лет они столкнулись еще с одной серьезной трудностью. Когда, наконец, стало ясно, что Мириэль по собственной воле не вернется в свое тело за то время, пока Финвэ еще мог питать надежду, печаль Финвэ наполнилась горечью. Он перестал долго сидеть у ее спящего тела и попытался вернуться к собственной жизни; но лишь бродил он по дальним пределам в одиночестве, и не находил более радости ни в чем.

Среди ваниар жила прекрасная дева по имени Индис из Дома Ингвэ. Она любила Финвэ в сердце своем еще с тех пор, как ваниар и нолдор жили рядом. Однажды в своих скитаниях Финвэ встретил ее снова на западных склонах Ойолоссэ, Горы Манвэ и Варды; и лицо ее освещал золотой свет Лаурэлина, что сиял внизу на равнине Эзеллохар9. В тот час Финвэ увидел в глазах ее любовь, которая ранее была от него сокрыта. И случилось так, что Финвэ и Индис пожелали вступить в брак, и Финвэ искал совета у Валар.

О долгом споре, что произошел среди Валар по этому поводу, здесь будет рассказано кратко. Они должны были выбрать: лишить Финвэ жены навечно, или позволить одному из эльдар взять вторую супругу. Первое казалось жестокой несправедливостью, противоречащей природе эльдар. Второе же, как полагали Валар, было нарушением закона, и некоторые продолжали придерживаться этого мнения10. В результате Спора брак Финвэ и Индис был разрешен. Валар рассудили, что лишать Финвэ супруги – несправедливо, а Мириэль, упорствуя в своем отказе от возвращения, утратила все права, что имелись у нее в этом случае; ибо ныне она могла согласиться на исцеление ее тела Валар, или же фэа Мириэли была смертельно уставшей, и излечить ее их силами представлялось невозможным, и она стала поистине «мертвой», неспособной вновь быть живым существом из рода эльдар.

«Такой и должно ей пребывать до конца мира. Ибо с того мига, как Финвэ и Индис соединятся в браке, она будет лишена права на будущее изменение и выбор, и никогда больше не будет ей дозволено принять телесную форму. Ее прежнее тело быстро иссохнет и исчезнет, и Валар не будут воссоздавать его. Ибо никто из эльдар не может иметь двух живых супруг в мире». Такие слова произнес Манвэ, и это был ответ на сомнения, что оставались у некоторых. Ибо все Валар знали, что они одни наделены силой исцелять или воссоздавать тело для нового «вселения в дом» фэа, властью, которой они лишатся в будущем; но также Манвэ было дано право отказывать фэа в возвращении.

Во время своей печали мало утешения находил Финвэ в Фэаноре. Некоторое время он также сидел у тела матери, но вскоре его снова  всецело поглотили работа и замыслы. Когда поднялся вопрос о Финвэ и Индис, он обеспокоился, исполнившись гнева и возмущения; хотя и не записано, что он следил за ходом Спора или обратил внимание на причины, что привели к приговору, или знал его условия, кроме одного: Мириэль приговорена к вечному лишению тела, так что он не сможет ни прийти к ней, ни заговорить, пока сам не умрет11. Это глубоко опечалило его, и с недобрыми чувствами смотрел он на счастье Финвэ и Индис и невзлюбил их детей еще до их рождения.

Разрастанию и усугублению этого зла в грядущие годы посвящена  первая часть главы «Сильмариллиона» «Омрачение Валинора». Времена раздоров и споров о том, кому надлежит хранить верность, усугубили страсти в этом, казалось бы, незначительном деле – изменении «þ» на «s» - и привели к длительному вреду для языка квэнья. Если бы сохранился мир, без сомнения, воззрения Фэанора, с которыми открыто или в душе соглашались все другие ученые, восторжествовали бы. Но его мнение, определенно верное, было отвергнуто из-за безумств и злодеяний, к которым он позже был приведен. Фэанор сделал этот вопрос личным делом: он и его сыновья произносили «þ», и требовали, дабы все, кто искренне поддерживал их, делали то же. Поэтому те, кого возмущало его высокомерие, а еще более те, чья поддержка обратилась позднее в ненависть, отвергли эту особенность произношения.

Индис была ванья, и можно было подумать, что, по крайней мере, в этом она пойдет навстречу Фэанору, поскольку ваниар произносили «þ». Тем не менее, Индис приняла «s». Не потому, как полагал Фэанор, что хотела унизить Мириэль, но из верности Финвэ. Ибо после того, как Мириэль отвергла его мольбы, Финвэ согласился на изменение (которое тогда стало практически общепринятым среди его народа), хотя из уважения к Мириэли он произносил «þ», пока она была жива. Поэтому Индис сказала: «Я стала частью народа нолдор и буду говорить как они». Так и получилось, что для Фэанора отказ от «þ» стал символом отказа от Мириэли, и от него, ее сына, как от вождя нолдор, следующего после Финвэ. Это по мере того, как гордость его все росла, а сердце все затемнялось, он счел «заговором» Валар, страшащихся его силы и желающих оттеснить его и передать верховную власть над нолдор более покорным. Так что Фэанор желал называть себя «Сыном Тэриндэ», и когда его сыновья, будучи детьми, спросили, почему их родичи в доме Финвэ произносят «s» вместо «þ», он ответил: «Не обращайте внимания! Мы говорим верно, и как говорил король Финвэ до того, как его ввели в заблуждение. Мы – его наследники по праву и старший дом. Пусть сюсюкают, если не могут говорить лучше».

Таким образом, несомненно, что большинство Изгнанников использовали «s» вместо «þ» в повседневной речи; ибо случилось так (после того, как Моргот убил Финвэ), что Фэанор лишился верховенства, и большая часть нолдор, покинувших Валинор, шла под началом Финголфина, старшего сына Индис. Финголфин был сыном своего отца, высоким, темноволосым и гордым, как большинство нолдор, и, в конце концов, несмотря на вражду с Фэанором, он по собственной воле присоединился к мятежу и Исходу, хотя и продолжал претендовать на королевскую власть над всеми нолдор.

Случай Галадриэли и ее брата Финрода иной12. Они были детьми Финарфина, второго сына Индис. Он походил на мать духом и телом и  унаследовал от нее золотые волосы ваниар, их благородный и великодушный нрав, и он так же любил Валар. Финарфин стоял в стороне, насколько это было возможно, от раздора братьев и их разрыва с Валар, и часто искал покоя среди тэлери, чей язык изучал. Он женился на Эарвен, дочери короля Ольвэ, и его дети, таким образом, приходились родичами Эльвэ Тиндиколло13 (Þindikollo) (на синдарине «Элу Тингола»), короля Дориата в Белерианде, ибо он был братом Ольвэ; и родство это повлияло на их решение уйти в Изгнание, и позднее, в Белерианде, оказалось очень важным. Финрод походил на отца прекрасным лицом и золотыми волосами, а также благородным и великодушным сердцем, хотя была в нем и доблесть нолдор, а также, в юности, их пыл и непокой. От своей же матери из тэлери он унаследовал любовь к морю и мечты о далеких, невиданных им землях. Галадриэль была величайшей из нолдор, кроме, возможно, Фэанора, хотя она была мудрее его, и мудрость ее  в течение долгих лет возрастала.

Материнское имя ее было «Нэрвен» (Nerwen) («дева-муж») и выросла она высокой, превосходя ростом других женщин нолдор; была она сильна телом, разумом и волей, и не уступала ученым и атлетам эльдар в дни их юности. Даже среди эльдар она считалась прекрасной, а волосы ее полагали чудом несравненным. Они были золотыми, как у ее отца и праматери Индис, но гуще, и ярче сияли, ибо золото их было тронуто памятью о звездном серебре волос ее матери; и эльдар говорили, что локоны ее уловили свет Двух Дерев, Лаурэлина и Тельпериона. Многие думали, что эти слова и навели Фэанора на мысль о том, чтобы заключить в оболочку и смешать свет Дерев, и позже в его руках этот замысел принял форму Сильмарилей. Ибо Фэанор взирал на волосы Галадриэли с удивлением и восторгом. Он трижды просил у нее локон, но Галадриэль не дала ему и волоска. Эти два родича, величайшие из эльдар Валинора14, никогда не любили друг друга.

Галадриэль родилась в блаженстве Валинора, но (по счету Благословенного Края) незадолго до того, как оно омрачилось; и после этого не было в ней покоя. Ибо в то время раздоров среди нолдор, ставшее для них решающим, ее влекло то в одну сторону, то в другую. Она была гордой, сильной и своевольной, как и все потомки Финвэ, кроме Финарфина; и подобно брату своему Финроду, из всех родичей самого близкого ее сердцу, она мечтала о далеких землях и владениях, где могла бы распоряжаться по собственной воле, без опеки. Но глубоко в ней еще жил благородный и великодушный нрав (орэ) ваниар и уважение к Валар, которое она не могла забыть. С ранних лет у нее был удивительный дар проникать в души других, но судила их она с милосердием и пониманием, не отказывая в добром расположении никому, кроме Фэанора. В нем она прозревала тьму, которую ненавидела и боялась, хотя и не понимала, что тень того же зла пала на души всех нолдор и на нее саму.

Так и случилось, что когда свет Дерев погас (навсегда, как думали нолдор), Галадриэль присоединилась к мятежу против Валар, что повелели им остаться; и, ступив однажды на дорогу изгнания, она не желала уступить, но отвергла последний призыв Валар и попала под Приговор Мандоса. И даже после безжалостного нападения на тэлери и захвата их кораблей, хоть и яростно сражалась Галадриэль против Фэанора, защищая родичей матери, она не повернула обратно. Гордость не позволила ей вернуться, подобно побежденному просителю за прощением; ныне же горела она желанием преследовать Фэанора гневом, в какие бы земли он не отправился, и препятствовать ему как только возможно. Гордость все еще двигала ею, когда в конце Древних Дней после окончательной победы над Морготом она отказалась от прощения Валар, дарованного всем, кто сражался с ним, и осталась в Средиземье. Не раньше, чем прошло еще две долгие эпохи, наконец, все, к чему она стремилась в юности, попало к ней в руки – Кольцо Власти и власть над Средиземьем, о которой она мечтала, но мудрость ее тогда достигла расцвета, и она отвергла искушение, и, пройдя последнее испытание, покинула Средиземье навсегда.

Изменение «þ» на «s» стало всеобщим среди нолдор задолго до рождения Галадриэли, и без сомнения, было ей хорошо известно. Отец ее Финарфин, однако, любил ваниар (народ его матери) и тэлери, и в его доме использовали «þ». Финарфин не следовал за Фэанором и не противоречил ему, но поступал, как желал. Тем не менее, ясно, что противостояние Фэанору скоро стало основным мотивом Галадриэли,  в то время как ее гордость не вылилась в желание отличаться от своего народа. Таким образом, хотя она и хорошо знала историю своего языка и все доводы ученых, в повседневной речи она определенно использовала «s». Ее Плач, который она пела до того, как узнала о прощении (и поистине, чести), что Валар даровали ей, возвращается к дням ее юности в Валиноре и ко тьме лет Изгнания, когда Благословенный Край был закрыт для всех нолдор Средиземья. Как бы она ни поступала позже, когда Фэанор и все его сыновья погибли, а квэнья стал языком мудрости, который знали и использовали только Высокие Эльфы (потомки нолдор) – а их становилось все меньше, в этой песне она определенно использовала бы «s».

Можно определенно утверждать, что почти все нолдор в Белерианде использовали «s»15. И именно в такой форме (хоть и со знанием истории языка и разницы в написании) квэнья перешел к ученым атани, так что в Средиземье он продолжал существовать среди образованных людей, и именно его использовали для составления высоких и благородных имен в Ривенделле и Гондоре Четвертой Эпохи.

За этим эссе следовали три «заметки». Заметка 1 – это подробное объяснение слов эссе «Замена была…  базирующейся на фонетическом «вкусе» и теории», и она здесь опущена. Заметка 2, приведенная далее – рассказ об именовании эльфов, который в некоторых важных аспектах отличается от более раннего и гораздо более сложного рассказа в «Законах и обычаях эльдар», т. X. Заметка 3 – длинный рассказ об именах потомков Финвэ.

Заметка о материнских именах

Эльдар в Валиноре имели, как правило, два имени, или «эсси» (essi). Сначала, при рождении, давалось отцовское имя. Оно часто напоминало имя отца, походило на него по смыслу или форме; иногда оно и было просто именем отца, к которому, в случае рождения сына, когда ребенок полностью вырастал, могла быть присоединена отличительная приставка. Материнское имя давалось матерью позже, часто несколько лет спустя; но иногда его давали вскоре после рождения. Ибо матери эльдар были наделены способностью глубоко проникать в характер и дарования своих детей, и  многие из них обладали к тому же даром предвидения.

Кроме того, каждый из эльдар мог приобрести «эпессэ» (epessё) («дополнительное имя»), не обязательно даваемое родичами, прозвище - по большей части выражение восхищения или славы. Позже некоторые из изгнанников брали себе имена для сокрытия или для указания на собственные деяния и личную историю: такие имена назывались «кильмесси» (kilmessi) - «собственные имена» (буквально –«имена по собственному выбору»)16.

«Истинными именами» оставались первые два, но позднее, в песнях и сказаниях, любое из четырех имен могло использоваться для обозначения персонажа. Истинные имена, однако, не были забыты книжниками, учеными или поэтами, и их часто употребляли безо всяких пояснений. К этой трудности, испытанной теми, кто в более поздние времена пытался использовать и приспосабливать эльфийские предания Первой Эпохи в качестве декораций к легендам о героях того времени из собственного народа и их потомках17 – прибавилось изменение квэнийских имен нолдор после того, как они поселились в Белерианде и приняли язык синдарин.

Имена потомков Финвэ

Мало древних имен эльдар было записано, кроме имен четырех вождей народов в Великом Походе: Ингвэ (Ingwё) из ваниар, Финвэ (Finwё) из нолдор и братьев Эльвэ (Elwё) и Ольвэ (Olwё) из тэлери. Неясно, имели ли эти имена какой-то «смысл» - намеренное указание на что-либо или связь с другими корнями, уже существовавшими в примитивном эльдарине; в любом случае, они возникли в самом начале истории эльфийского языка. Каждое из них было составлено из корня («ing-», «fin-», «el-», «ol-») и суффикса «-wё». Этот суффикс часто появляется в других квэнийских именах Первой Эпохи, таких как «Воронвэ», обычно (но не исключительно) мужских18. Ученые объясняют это тем, что сначала это был не суффикс, (хотя в квэнья он сохранился лишь как окончание имен), но древнее слово, которое можно перевести как «личность», производное от корня «EWE». В сложных словах оно приняло форму «wё»; но как независимое слово «ewё» сохранилось в тэлерине – «evё» - «личность, некто (неназванный)». В древнем квэнья оно сохранилось в форме «ео» (< «ew» + местоименный суффикс «-ð» - «личность, некто»), позже его заменило слово «namo»; также в древнем квэнья существовало имя прилагательное «wera», в квэнья «vera» - «личное, частное, собственное».

Первые элементы впоследствии часто объясняли, связывая их с квэнийским словом «inga» - «верхушка, высшая точка», которое использовали в качестве приставки-прилагательного, как в «ingaran» - «верховный король», «ingor» - «вершина горы»; с общеэльдаринским словом «phin»  - «волосы», как в квэнийском слове «finё» - «(один) волос», «findё» - «волосы, особенно на голове», «finda» - «имеющий волосы, -волосый»; и с корнем «el», «elen» - «звезда». Из этих объяснений самое вероятное – связь с «inga»; ибо ваниар считались и считали себя вождями и главным родом эльдар, так как они были старшими; и они называли себя «Ингвэр» (Ingwer) - в сущности, истинным титулом их короля был «Ингвэ Ингвэрон» - «вождь вождей». Остальные два объяснения сомнительны. У всех эльдар были прекрасные волосы (и их особенно привлекали волосы  исключительной красы), но нолдор не выделялись в этом отношении, и нет указания на то, что у Финвэ были волосы необыкновенной длины, густоты или красоты, превосходящие волосы других эльфов из его народа19. Неизвестно что-либо, связывавшее Эльвэ со звездами более других эльдар; имя это кажется придуманным как пара к Ольвэ, у которого не предполагается никакого «смысла». «OL» как простой корень, похоже, не встречается в эльдарине, хотя он появляется в некоторых «расширенных» корнях, таких как «olos/r» - «сон», «olob» - «ветвь» (на квэнья – «olba»); но ни один из них не кажется достаточно древним (пусть даже он и подходит по значению), чтобы быть связанным с именем Кириарана (Ciriaran) (короля-морехода) тэлери Валинора20.

Должно понимать, что имена эльдар необязательно были «значащими», хотя и измыслены так, чтобы подходить по стилю и структуре к языкам, на которых эльфы говорили; и даже когда имена были составлены (полностью или частично) из корней со значением, необязательно при их составлении соблюдались те правила, что применялись к обычным словам. Также, когда эльдар прибыли в Аман и поселились там, у них уже была позади длинная история, и развились традиции, которых они придерживались, а их языки усложнились и изменились, и были весьма отличны от их примитивной речи до прихода Оромэ. Но так как эльфы были бессмертными, или, что более точно, «неограниченно долгоживущими», многие имена старейших эльдар возникли очень давно и остались неизменными, за исключением приспособления их звучания к изменениям, наблюдаемым в их языке по сравнению с примитивным эльдарином.

Это приспособление было, по большей части, «незаметным»: то есть, личные имена, используемые в повседневной речи, изменялись вместе с языком - хотя изменения самого языка осознавались и замечались. C другой стороны, перевод квэнийских имен нолдор в формы синдарина, когда нолдор поселились в Белерианде в Средиземье, был искусственным и намеренным. Это сделали сами нолдор – из-за чувствительности эльдар к языкам и их стилям. Они полагали нелепым и безвкусным звать живых эльфов, которые говорят на синдарине в повседневной жизни, именами в другой, весьма отличной языковой форме21.

Нолдор, конечно же, хорошо поняли стиль и структуру синдарина, хотя им пришлось учить этот трудный язык быстро; но они могли и не понять его связь с квэнья в деталях. Поначалу никто из них не вникал в лингвистическую историю (или просто не интересовался ею), разве что по отношению к некоторым словам, которые значительное изменение синдаринской формы тэлерина в Средиземье оставило незатронутыми или очевидно похожими. Именно в этот ранний период и произошел перевод большинства их квэнийских имен. Поэтому эти переводы, хотя и полностью подходили синдарину по форме и стилю, часто оказывались неточными: то есть, они не всегда верно подходили по смыслу; не всегда и соответствующие их элементы являлись ближайшими синдаринскими эквивалентами квэнийских элементов – иногда они и вовсе не были исторически связаны, хотя и были более или менее схожи по звучанию.

Однако определенно можно сказать, что контакт с синдарином и увеличение   знаний нолдор о лингвистических изменениях (особенно на примере более быстрых и неконтролируемых подвижек, наблюдаемых в Средиземье) стимулировали изучение лингвистики учеными, и именно в Белерианде развились теории, касающиеся примитивного эльдарина и взаимосвязи языков, однозначно произошедших от него. В их развитии Фэанор не сыграл большой роли, за исключением того, что его работы и теории, созданные до Изгнания, послужили фундаментом для дальнейших исследований. Сам он слишком рано погиб в войне с Морготом, в основном по причине собственного безрассудства, и поэтому успел лишь отметить разницу между северным диалектом синдарина (единственным, который у него было время изучить) и западным22.

Работы ученых были доступны всем интересующимся; но по мере того, как продолжалась безнадёжная война и ранние обманчивые успехи сменились поражениями и бедствиями, вплоть до полного уничтожения эльфийских королевств, эльдар всё реже предоставлялась возможность для «научных изысканий» любого рода. Летописный рассказ о годах Осады Ангбанда в форме хроники, казалось бы, не оставляет ни места, ни времени для любых мирных искусств; но эти годы были длинными, и, в сущности, было время, длящееся много людских жизней, когда Высокие Эльдар-Изгнанники трудились в защищённых местах, дабы обрести вновь, сколь можно, красоту и мудрость их прежнего дома. Весь покой и все крепости были в конце концов уничтожены Морготом; но если кто-то спросит, как могли спастись от гибели знания и сокровища, ответ будет: от сокровищ мало что осталось, и потери прекрасных творений, больших и малых, неисчислимы; но знания эльдар не зависят от подверженных разрушению книг, хранясь в обширных кладовых их памяти23. Когда эльдар создавали записи, даже те, что кажутся нам объемными, это было лишь краткое изложение, предназначенное для тех, кто занимался иными областями знаний24, в то время как подробности хранились незамутненными в их памяти.

Здесь приводятся некоторые главные имена Финвэ и его потомков.

1. Финвэ, другие имена которого не упоминаются, кроме его титула «Нолдоран» (Noldoran) («Король нолдор»). Его первой женой была Мириэль (Miriel) (первое имя) Тэриндэ (материнское имя). Имена ее родичей отсутствуют в летописях. Ее имена не переводились*. Его второй женой была Индис (Indis), что означает «великая или доблестная женщина». Другие ее имена не записаны в хрониках. Говорят, что она была дочерью сестры короля Ингвэ.


* Имеется в виду «не переводились на синдарин» (Прим. пер.)


2. Единственного ребенка Мириэли позже обычно называли Фэанором (Fёanor). Его первым именем было «Финвэ» (минья), позднее, когда открылись его таланты, оно было расширено до «Куруфинвэ» (Kurufinwё). Его материнским именем на квэнья, данным Мириэлью, было «Фэанаро» (Fёanaro) - «дух огня». Почти всегда в историях и легендах использовали форму «Фэанор», но в этом виде оно синдаризовано лишь наполовину: правильной синдаринской формой было «Фаэнор» (Faёnor)*; форма «Фэанор», возможно, появилась из-за ошибки писца, особенно в документах на квэнья, в которых «эа» появляется часто, а «аэ», как правило, не встречается25.


* Буква «ё» использована только для транскрипции, она не присутствовала в слове изначально.


3. У Финвэ было четверо детей от Индис: дочь Финдис (Findis), сын, дочь Иримэ (Irimё), и сын26. Имя «Финдис» составлено из имен ее родителей. Мало сказано о ней в «Сильмариллионе». Она не ушла в изгнание, но после убийства Финвэ вместе с матерью отправилась к ваниар, и они жили там, в печали, до тех пор, пока Манвэ не счел возможным возвратить Финвэ к жизни27. Его вторую дочь звали Ириэн (Irien)28, а материнским именем ее было «Лалвендэ» (Lalwendё) («cмеющаяся дева»). Под этим именем, или под укороченной формой «Лалвен» ее обычно и знали. Она отправилась в изгнание вместе со своим братом Финголфином, который из всех родичей был наиболее дорог ей; но имя ее не менялось, поскольку форма «Лалвен» достаточно хорошо подходила к стилю синдарина29.

Сыновьям Финвэ дал собственное имя, как и Фэанору. Возможно, это было сделано, чтобы утвердить их право быть признанными сыновьями, равными в этом отношении со старшим сыном Курфинвэ Файанаро (Fayanáro). Но в этом действии не было намерения вызвать среди братьев раздор, ибо ничто в приговоре Валар ни в коей мере не умаляло положения и прав Фэанора как старшего сына и, воистину, никто не умалял их, кроме самого Фэанора. Но, несмотря на все, что случилось позже, старший сын был дороже всего сердцу Финвэ.

Финвэ позднее добавил приставки к именам младших сыновей, как и к имени Фэанора: старшего он назвал «Нолофинвэ» (Ñolofinwë), а младшего – «Арафинвэ» (Arafinwë). «Ñolo» - это корень слов, имеющих отношение к мудрости30, а «Ara», «ar-» - это приставка, образованная от корня «Ara» - «благородный». Фэанор почел себя оскорбленным тем, что отцовское имя было дано двум его младшим братьям, и снова был разгневан теми приставками, что были добавлены; ибо гордость его все росла и омрачала разум: он полагал себя  величайшим мастером не только Курвэ (Kurwё) (что было верным), но также и Нолмэ (Ñolmё) (что не было верным, разве что в знании языка), и, несомненно, благороднейшим из детей Финвэ (что могло быть верным, если бы он не стал самым гордым и высокомерным).

Нолдор в изгнании, как правило, выбирали одно из имен, чтобы перевести его в синдаринскую форму; обычно, это было имя, которое предпочиталось другим (по тем или иным причинам), хотя и легкость «перевода» и то, насколько он соответствовал стилю синдарина, тоже учитывались.

О формах «Фэанор» и «Фаэнор» см. выше. «Нолофинвэ» (одно из первых измененных имен) превратилось в «Финголфин» (Fingolfin), путём придания именам «Финвэ Нолофинвэ» синдаринского звучания и последующего их объединения. Это самая необычная процедура, и ее не повторяли с другими именами31. Это не перевод. Квэнийский элемент «Ñolo» лишь перевели в его синдаринский эквивалент «gol». «Finwё» просто урезали до «fin» в обоих местах; таким образом, получилось имя очень похожее по стилю на синдаринское, но не имеющее никакого смысла на этом языке. (Если бы «Finwё» рассматривалось как слово, издавна присутствовавшее в синдарине, оно превратилось бы в «Finu» - а на северном диалекте – в «Fim», как в «Curufim»32). Финголфин взял имя «Финвэ» приставкой к «Нолофинвэ» еще до того, как Изгнанники достигли Средиземья. Он сделал это, претендуя на звание вождя всех нолдор после смерти Финвэ, и это столь разъярило Фэанора33, что, без сомнения, стало одной из причин его предательства, когда он покинул Финголфина и уплыл, забрав все корабли. В случае Финарфина приставка была сделана Финродом только после гибели Финголфина в поединке с Морготом. Нолдор тогда разделились на отдельные королевства под началом Фингона, сына Финголфина, Тургона, его младшего брата, Маэдроса, сына Фэанора, и Финрода, сына Арфина; и у Финрода подданных было больше всего.

4. Дети Финголфина. Жена Финголфина Анайрэ (Anairё) отказалась покинуть Аман прежде всего из-за дружбы с Эарвен (Earwen), женой Арафинвэ (хотя она была нолдо, а не одной из тэлери).

Но все ее дети ушли с отцом: Финдэкано (Findekáno), Турукано (Turukáno), Аракано (Arakáno) и Ириссэ (írissë), его дочь и третий ребенок; она находилась под опекой Турукано, который нежно любил ее, и Эленвэ (Elenwё), его жены34. У Финдэкано не было ни жены, ни ребенка35; у Аракано тоже.

Эти имена были, вероятно, отцовскими, хотя «Аракано» было материнским именем Финголфина. «Кáno» на квэнья означает «командир», обычно это звание младшего вождя, особенно действующего как заместитель старшего по рангу36. Синдаризация этих имён как «Фингон» (Fingon) и «Тургон» (Turgon) учитывает звуковые изменения, отличающие синдарин от тэлерина, но не берёт в расчёт смысл. Если бы эти имена и в самом деле были древнесиндаринскими, то ко времени прихода Изгнанников они бы приняли формы «Фингон» и «Тургон», но не имели бы их квэнийских значений, если бы их вообще можно было интерпретировать. Возможно,  они воспринимались бы как «Волосы-крик» и «Повелитель-крик» [см. прим. 36]. Но это не имеет большого значения, поскольку многие старые синдаринские имена к тому времени стали непонятными из-за изменения звуков, их воспринимали просто как имена, не вникая в смысл. Относительно «Финдэкано/Фингон» можно отметить, что первый элемент – это определенно квэнийское слово «findё» - «волосы, распущенные длинные волосы или коса37» (ср. «findessё» - «шапка волос, чьи-то волосы в целом»), но это не является бесспорным доказательством того, что имя «Финвэ» происходило или считалось происходившим от этого корня. Финголфин вполне мог дать старшему сыну имя, начинающееся с «fin-» - как «эхо» родового имени, а если оно еще и подходило именно Фингону, это было бы сочтено хорошим изобретением. В случае Фингона оно было удачным; он заплетал свои длинные темные волосы в толстые косы, перевитые золотом.

Аракано был самым высоким из братьев и наиболее порывистым, но имя его не было синдаризовано, ибо он погиб в первой битве воинства Финголфина с орками, Битве у Ламмот (но синдаринскую форму «Аргон» (Argon) часто давали в качестве имени и нолдор и синдар в память о его доблести)38.

Ириссэ, что шла всегда с народом Тургона, называли Ирэт39 (Ireth), заменив синдаринским     «-eth» (<«itta»), часто встречающимся в женских именах, квэнийское      «-issё». У Эленвэ, ее матери, не было синдаринского имени, ибо она не достигла Белерианда. Она погибла при переходе через Льды; и с тех пор Тургон всегда был непримирим во вражде к Фэанору и его сыновьям. Он сам едва избег смерти в тех  страшных водах, пытаясь спасти ее и свою дочь Итариль (Itaril), когда под ними проломился предательский лед и они упали в жестокое море. Итариль он спас40; но тело Эленвэ скрылось под обломками льда.

Итариль (в более длинной форме «Итариллэ» (Itarillё)) была единственным ребенком в третьем колене, считая от Финвэ, ушедшим вместе с изгнанниками, кроме Аротира, сына Ангрода, брата Финрода41. Оба они прославлены в преданиях «Сильмариллиона»; но судьба Итариль была высока, ибо она стала матерью Ардамира Эарендиля. На синдарине ее называли «Идриль» (Idril), но это было лишь изменение формы, ибо ни одного из квэнийских корней этого имени нет в синдарине42.

5. Дети Финарфина. Их звали: Финдарато Инголдо (Findaráto Ingoldo); Ангарато (Angaráto); Айканаро (Aikanáro); и Нэрвендэ Артанис (Nerwendë Artanis), прозванная Алатариэль (Alatáriel). Жену Ангарато звали Эльдалотэ (Eldalótë), а его сына - Артахер (Artaher). Прославленнейшими из них были первый и четвертая (единственная дочь), и только их материнские имена сохранились. В поздних песнях и легендах их обычно называли синдаринскими именами: Финрод (Finrod), Ангрод (Angrod) (с женой Эделлос (Eðellos) и сыном Аротиром (Arothir)), Аэгнор (Aegnor) и Галадриэль (Galadriel).

Имена «Финдарато» и «Ангарато» были тэлеринскими по форме (ибо Финарфин говорил на языке народа своей жены); и потому их было легко перевести на синдарин по форме и смыслу, ибо тэлерин Амана и язык их родичей, синдар Белерианда, были близкородственными, несмотря на сильные изменения, которым подвергся синдарин в Средиземье. (Более естественными квэнийскими формами были бы имена «Артафиндэ» (Artafindё) и «Артанга» (Artanga), «arta-» - это эквивалент приставки «arata-», как в «Артанис» и «Артахер»)43. Порядок элементов в составных словах, особенно в личных именах, оставался довольно свободным во всех трех эльдаринских языках; но в квэнья больше использовали старый порядок, по которому корни-прилагательные ставились в начале, в то время как в тэлерине и синдарине они часто помещались на второе место, особенно в поздних именах, как обычно это происходило с прилагательными в повседневной речи этих языков. Однако в именах, что заканчивались древними словами, указывающими на положение, звание, род занятий, племя или род и тому подобное, элемент-прилагательное, даже в синдарине, мог быть поставлен на первое место согласно старым моделям. Квэнийское имя «Артахер» (корень «artahēr-») «благородный владыка» было правильно синдаризовано в форму «Аротир».

«Эльдалотэ» перевели как «Эделлос» согласно значению слова: «Эльфийский цветок». «Ангарато» естественно стало «Ангродом». Возможно, оба брата носили сначала имя «Арато» и лишь потом его переделали в разные имена.

«Find-» в «Финдарато» означала «волосы», но в этом случае имелись в виду золотые волосы этой семьи, унаследованные от Индис. «Ang-» в «Ангарато» произошла от общеэльдаринского «angā» - «железо» (квэнья, тэлерин - «anga», синдарин – «ang»). У Ангрода с юности были очень сильные руки, и он получил эпессэ «Ангамайтэ» (Angamaitë) - «железнорукий», так что «anga» было использовано Финарфином как различительная приставка.

Айканаро отец назвал «Амбарато» (Ambaráto). Синдаринская форма этого имени звучала бы как «Амрод» (Amrod); но Айканаро использовал материнское имя44 (которое, однако, было дано на квэнья, а не на тэлерине) чтобы избежать сходства с именем «Ангрод» и потому, что отдавал ему предпочтение. «Aika-nār» означало «ярое пламя». Отчасти это было «пророческим именем», ибо он был прославлен как один из доблестнейших воинов и внушал оркам великий страх: в ярости битвы глаза его полыхали огнем, хотя в иных случаях он являл великодушный и благородный нрав. Но и в ранней юности в нем могли заметить ярый огонь; ибо волосы его были весьма приметны: золотые, как у братьев и сестры, но густые и жесткие, обрамляющие голову подобно языкам пламени. Однако форма «Аэгнор», которую он придал своему имени, не была истинно синдаринской формой. В синдарине не было прилагательного, соответствующего квэнийскому «aika» - «ярый, страшный, ужасный»; хотя если бы оно существовало, то вполне могло бы звучать как «aeg»45.

Имя «Галадриэль» было избрано Артанис («благородной женщиной») в качестве ее синдаринского имени; ибо это было самое прекрасное из ее имен, хотя оно и являлось эпессэ. Его дал ей возлюбленный, Телепорно (Teleporno) из тэлери, за которого она позже в Белерианде вышла замуж46. На тэлерине, в той форме, что оно было дано, это имя звучало как «Алатариэль(лэ)» (Alatāriel(lë)). Встречается квэньяризованная форма «Алтариэль», хотя, в действительности, она должна звучать как «Налтариэль» (Ñaltariel). Самый благозвучный и точный перевод на синдарин – это «Галадриэль». Имя было выведено из общеэльдаринского корня «ÑAL» - «сияющий отраженным светом»; «ñalatā» - «сияние, сверкающий отблеск» (от драгоценного камня, стекла или полированного металла, воды) > квэнья - «ñalta», тэлерин - «alata», синдарин – «galad», + общеэльдаринский корень «RIG» - «окружать, оплетать», «riga» - «венок, диадема»; квэнья, тэлерин - «ria», синдарин – «ri», квэнья, тэлерин «riellё», «-riel» - «дева, увенчанная праздничным венком». В целом  - «дева, увенчанная сияющим венцом». Это имя было дано Галадриэли из-за ее волос. «Galad» встречается также в эпессэ Эрейниона (Ereinion) («потомка королей»), под которым его главным образом помнят в легендах, «Гиль-Галад» (Gil-galad) - «сияющая звезда»: он был последним королем эльдар в Средиземье и последним (не считая Эльронда Полуэльфа) мужчиной-потомком Финвэ47. Эпессэ было дано ему из-за шлема, кольчуги и щита, покрытых серебром и с эмблемой в виде белых звезд. В солнечном или лунном свете он сиял издали будто звезда, и, стоящего на высоте, его можно было разглядеть эльфийским зрением с большого расстояния.

Были и другие вошедшие в легенды потомки Финвэ, о которых стоит упомянуть здесь, хотя их имена были даны на синдарине или квэнья в более поздние времена, когда синдарин стал повседневным языком нолдор. Эти имена не вызывают тех сложностей с переводом или формальным встраиванием в язык, какие возникают с именами на квэнья, данными перед Изгнанием..

Итарильдэ (Itarildё) (Идриль)48, дочь Тургона, была матерью Эарендиля (Earendil); но отцом его был человек из атани, из Дома Хадора: Туор, сын Хуора49. Таким образом, Эарендиль был вторым из перэльдар (полуэльфов)50, первым был Диор, сын Берена и Лутиэн Тинувиэль, дочери короля Элу Тингола. Однако имена ему дали на квэнья; ибо Тургон после основания тайного града Гондолина вновь сделал квэнья повседневным языком для своих домочадцев. Имя «Эарендиль» - отцовское, а материнским именем было «Ардамирэ» (Ardamirё). В данном случае оба имени оказались «пророческими». Когда Туор долго странствовал по западному побережью Белерианда после побега из рабства, ему явился сам Великий Вала Ульмо. Он направил Туора искать Гондолин, предсказав, что если он найдет город, там у него родится сын, который после станет прославленным мореходом51. Хоть это и показалось Туору невероятным, ибо ни атани, ни нолдор не любили море и корабли, он назвал сына на квэнья «любящий море». В большей степени истинно «пророческим» именем оказалось имя «Ардамирэ» («Драгоценность Мира»); ибо Итарильдэ не могла предвидеть своим проницательным разумом странную судьбу Эарендиля, что даст ему во владение Сильмариль и проведет его корабль сквозь все тени и опасности, которыми Аман в то время был огражден от любого пришельца из Средиземья. В легендах эти имена не переводились на синдарин52, хотя авторы из синдар иногда объясняли, что они означают «Мирн’Ардон» (mír n'Arðon) и «Сэрон Аэарон» (Seron Aearon). Браком Эарендиля и Эльвинг, дочери Диора, сына Берена, две линии перэльдар (перэдиль) соединились. Сыновьями Эарендиля были Эльрос и Эльронд. Эльрос стал первым королем Нуменора (с квэнийским титулом Тар-Миньятур («высокий первый правитель»)). Эльронд был причислен к народу эльдар, обретя их долгую жизнь, он стал оруженосцем и знаменосцем Эрейниона Гиль-Галада. Позже, когда он женился на Келебриан (Celebrian), дочери Галадриэли и Келеборна (Celeborn), две линии потомков Финвэ (от Финголфина и Финарфина) соединились и продолжились в Арвен, их дочери53.

«Эльрос» (Elros) и «Эльронд» (Elrond), имена последних потомков Финвэ, рожденных в Древние Дни, были образованы так, чтобы напоминать имя их матери «Эльвинг» (Elwing). Значение корня «wing» неопределенно, поскольку он не встречается ни в личных именах, ни в записях на синдарине или квэнья. Некоторые из ученых, помня, что после своего возвращения ко второй жизни Берен и Лутиэн жили в Оссирианде54, и что там же, в этой лесной стране среди Зеленых Эльфов, жил и Диор после падения Дориата, предположили, что «wing» - это слово из речи Зеленых Эльфов; но после разрушения Белерианда от того языка сохранилось очень мало. Поэтому перевод «wing» как «пена, брызги, водяная пыль» - от воды, сдутой ветром, или падающей отвесно со скалы - не более чем правдоподобная догадка. Однако ее подтверждает тот факт, что Оссирианд был землей, разделенной семью реками (на что указывает его название), которые стремительно низвергались с крутых склонов Гор Эред-Линдон. Диор жил возле одного из больших водопадов, который на синдарине назывался «Лантир-Ламат» (Lantir Lamath) («водопад звенящего эха»). Более того, имя «Эльрос» (на квэнья – «Элероссэ» (Elerossё)) означает «звездная пена», «пена, осиянная звездами».55

Пронумерованные примечания к тексту даны далее, однако следующие редакторские заметки относительно Гиль-Галада и Фелагунда я счел более удобным поместить здесь.

Происхождение Гиль-Галада

Первоначально отец полагал, что Гиль-Галад был сыном Фелагунда, короля Нарготронда. Вероятно, впервые эта версия была записана в поправке к тексту НН II в «Низвержении Нуменора» (т. V); и этой версии он придерживался вплоть до завершения «Властелина Колец», как можно увидеть из основного раннего текста «Повести Лет» и из текста «О Кольцах Власти», где в опубликованном «Сильмариллионе» «Фингон» – редакторская правка имени «Фелагунд». В добавлениях в «Квэнта Сильмариллион» (т.XI), чья дата точно неизвестна,  написано, что Фелагунд отослал свою жену и сына Гиль-Галада из Нарготронда в Гавани Фаласа ради их безопасности. Также надо упомянуть, что в тексте «Повесть Лет» говорится не только о том, что Гиль-Галад был сыном Фелагунда, но и что Галадриэль была сестрой Гиль-Галада (и, таким образом, дочерью Фелагунда): см. прим. 10.

В «Серых Анналах» 1951 г. (т. XI, § 108), однако, появляется утверждение, что у Фелагунда не было жены, ибо ваниа Амариэ, которую он любил, не было дозволено покинуть Аман.

Здесь необходимо кое-что рассказать об Ородрете (Orodreth), сыне Финарфина и брате Фелагунда, который стал вторым королем Нарготронда (об указаниях на снижение значения Ородрета в ранних фазах Легендариума см. т. III, т. V, а также «Неоконченные Предания», прим. 20). В генеалогических таблицах потомков Финвэ, датированных 1959 г., но которые отец все еще использовал и изменял во время написания экскурса к «Шибболет Фэанора» (см. прим. 26), можно проследить любопытную историю Ородрета. Вкратце это выглядит так: изначально у Финрода (Фелагунда) был сын по имени «Артанаро Родотир» (Artanaro Rhodothir) (это противоречит «Серым Анналам», согласно которым у него не было жены), второй король Нарготронда и отец Финдуилас. Таким образом, «Ородрет» был сдвинут на поколение вниз, став сыном, а не братом Финрода. На следующем этапе отец (очевидно вспомнив версию «Серых Анналов») заметил, что у Финрода «не было детей (он оставил жену в Амане)» и передвинул Артанаро Родотира, сделав его, в том же самом поколении, сыном брата Финрода, Ангрода (который вместе с Аэгнором держал нагорье Дортонион и был убит в Битве Внезапного Пламени).

Имя сына Ангрода (остающегося все тем же «Ородретом») было затем изменено с «Артанаро» на «Артаресто» (Artaresto). В отдельной заметке, найденной в генеалогиях и написанной впопыхах, но, тем не менее, датированной (августом  1965 г.), отец высказал мысль, что лучшим решением проблемы происхождения Гиль-Галада будет сделать его «сыном Ородрета», которому здесь дано имя на квэнья «Артаресто», и продолжил:

Финрод оставил жену в Валиноре, и в изгнании с ним не было детей. У Ангрода был сын Артаресто, которого Финрод любил, и он смог бежать, когда Ангрод был убит, и поселился вместе с Финродом. Финрод сделал его своим «наместником», и он наследовал ему в Нарготронде. На синдарине его звали «Родрет» (измененное на «Ородрет» из-за его любви к горам …). У него родились дети: Финдуилас (Finduilas) и Артанаро=Роднор (Rodnor), позже прозванный «Гиль-Галад». (Их матерью была благородная дева из северных синдар. Она назвала сына «Гиль-Галад».) Роднор Гиль-Галад спасся, и, в конце концов, пришел в Устья Сириона, и стал там королем нолдор.

Слова, которые я не смог прочитать, содержат, по-видимому, предлог и имя собственное, и это имя могло быть «Фарот» (Высокий Фарот к западу от реки Нарог). – В последней генеалогической таблице появляется «Артанаро» («Роднор»), прозванный «Гиль-Галад», с примечанием, что «он бежал и поселился в Устьях Сириона». Единственным дальнейшим изменением был отказ от имени «Артаресто» и замена его на имя «Артахер» (синдарин – «Аротир»); и таким образом, в экскурсе (прим. 23) Аротир [Ородрет] назван «родичем и наместником» Финрода, и (прим. 47) Гиль-Галад – это «сын Аротира, племянника Финрода». Окончательная генеалогия такова:

 

Так как Финдуилас, дочь Аротира, осталась неисправленной в последней генеалогии, она стала сестрой Гиль-Галада.

Без сомнения, эта генеалогия была последним словом отца по поводу происхождения Гиль-Галада; но эти поздние и радикальные изменения никак не коснулись существующих преданий, и представлялось совершенно невозможным вставить их в опубликованный «Сильмариллион». Тем не менее, было бы намного лучше оставить происхождение Гиль-Галада неясным.

Я должен также заметить, что в опубликованном тексте «Алдарион и Эрендис» («Неоконченные предания») письмо от Гиль-Галада к Тар-Менельдуру открывается так: «Эрейнион Гиль-Галад, сын Фингона», но изначально было: «Финеллах Гиль-Галад из Дома Финарфина» (где «Финеллах» (Finellach) было заменой «Финхенлах» (Finhenlach), а оно, в свою очередь - заменой «Финлахен» (Finlachen)). Об имени «Эрейнион» см. стр. 12 и прим. 47. Также в тексте «Описание острова Нуменор» («Неоконченные предания») я заменил «Король Финеллах Гиль-Галад из Линдона» на «Король Гиль-Галад из Линдона». Однако я оставил слова «его родственница Галадриэль», так как Фингон и Галадриэль были двоюродными братом и сестрой. Среди многих заметок и предположений на генеалогических таблицах нет и следа намерения сделать Гиль-Галада потомком Финарфина; но в любом случае «Алдарион и Эрендис» и тесно связанный с ним текст «Описание Нуменора» предшествуют по времени (сейчас я склоняюсь к дате около 1960 г.) решению сделать Гиль-Галада внуком Ангрода и дать ему имя «Артанаро Роднор», мысль о котором впервые появляется (как новая версия) в заметке от августа 1965 г., которую я привёл выше. При более тщательном, чем проделанный мной двадцать лет назад, анализе этих очевидно чрезвычайно запутанных материалов становится ясно, что идея «Гиль-Галада – сына Фингона» была недолговечной.

Гномье происхождение имени «Фелагунд»

Из заметок, сопровождающих эльфийские генеалогии и датированных декабрем 1959г. (см. прим. 26) следует привести и эту. Я упоминал (т. XI), что напротив имени «Фелагунд» в гл. «Осада Ангбанда» «Квэнта Сильмариллион», (где сказано, что «Номы Севера, сначала в шутку, называли его… Фелагунд или «владыка пещер»), отец написал на тексте, отпечатанном на машинке позднее: «На самом деле, это было гномье имя; ибо Нарготронд был впервые возведен гномами, как рассказывали позднее». В заметках 1959 г. утверждается:

Имя «Фелагунд» было гномьего происхождения. Когда Финрод расширял подземную крепость Нарготронд, ему помогали гномы. Предполагается, что изначально это было жилище Малых Гномов (нибинногов), но Великие Гномы презирали их и без сожаления выгнали (отсюда особая ненависть Мима к эльфам) тем более, что им была обещана большая награда*. Финрод принес с Туны больше сокровищ, чем любой другой из принцев.

«Фелагунд»: гномье «felek» - «резать камень», «felak» - «инструмент, похожий на резец с широким лезвием или небольшой топорик без рукоятки, для резьбы по камню»; «использовать этот инструмент», «gunud» - эквивалент эльдаринского «s-rot»56; «gundu» - «подземный чертог», «felakgundu», «felaggundu» - «высекающий пещеры». Это имя было дано Фелагунду за искусность в тонкой резьбе по камню. Он украсил резьбой многие стены и колонны Нарготронда и гордился этим именем. Но другие часто эльдаризировали его в форму «Фелагон» (Felagon), как будто у него было такое же окончание («-káno»), как в «Фингон», «Тургон»; а первый элемент ассоциировался с синдаринским «fael» - «благородный, справедливый, великодушный» или с квэнийским «faila» (? Прилагательное, образованное, от «phaya» - «дух», которое означает «имеющий добрый дух (fёа) или дух (fёа), доминирующий над телом».

Эта заметка легла в основу краткой статьи под названием «Фелагунд» в указателе к «Сильмариллиону».


* Награда была обещана за строительство города. Знал ли Финрод об этом изгнании до того, как его можно было предотвратить, неизвестно. (Прим. пер.)


Имена Сыновей Фэанора с легендой о судьбе Амрода

Отец не выполнил до конца своего намерения изложить в «экскурсе» рассказ об именах Сыновей Фэанора (см. прим. 32), но сохранилось несколько страниц первоначального черновика. Текст начинается с аккуратных записей чернилами, но в конце списка «материнских имен» чернила сменяет шариковая ручка. Легенда об Амроде и Амрасе была бы слишком неразборчивой для воспроизведения, если бы отец вновь не прошелся по ней и не переписал худшие места более четко. Здесь я опустил многочисленные экспериментальные этимологические заметки о словах эльдарина, относящихся к красному цвету и меди, и об именах близнецов. В первый список я для ясности добавил имена на синдарине.

(1) [Маэдрос] Нельяфинвэ (Nelyafinwё) «Финвэ Третий» в роду57. (Нэльо) (Nelyo)

(2) [Маглор] Канафинвэ (Kanafinwё) «громкоголосый или ?командующий». (Кано)58 (Kano)

(3) [Келегорм] Туркафинвэ (Turkafinwё) «сильный, могучий (телом)». (Турко) (Turko)

(4) [Куруфин] Куруфинвэ. Собственное имя Фэанора, данное этому, любимому сыну, ибо он один отчасти выказывал те же способности и нрав, что и у отца. Он также сильно походил на Фэанора лицом. (Курво) (Kurwo)

(5) [Карантир] Морифинвэ (Morifinwё) «темный» - у него были черные волосы, как у деда. (Морьо) (Moryo)

(6) [Амрод] Питьяфинвэ (Pityafinwё) «Маленький Финвэ» (Питьо)59 (Pityo)

(7) [Амрас] Телуфинвэ (Telufinwё) «Последний Финвэ» (Тэльво)60 (Telvo)

Их «материнские имена» (они сохранились, хотя никогда не использовались в повествованиях) записаны как:

(1) Майтимо (Maitimo)  «хорошо сложенный»: у него была прекрасная фигура. Но он, как и самые младшие, унаследовал редкий рыже-каштановый цвет волос родичей Нэрданэли. Ее отец носил эпессе «руско» (rusco) - «лис». А братья и другие родичи Майтимо дали ему эпессе «Руссандол» (Russandol) - «медная верхушка»61.

(2) Макалаурэ (Makalaurё). Значение неясно. Обычно переводится (и считается «пророческим» материнским именем) как «кующий золото». Если это так, то возможно, это поэтическое указание на его искусную игру на арфе, звук которой был «золотым» (слово «laurё» использовалось для обозначения золотого света или цвета, но никогда – для обозначения металла).

(3) Тьелкормо (Tyelkormo) «быстро вскакивающий». Квэнья «tyelka» - «быстрый». Возможно, намек на его вспыльчивый нрав и привычку вскакивать, когда он внезапно приходил в ярость.

(4) Атаринкэ (Atarinkё) «маленький отец» - указание на его внешнее сходство с Фэанором, позднее то же сходство обнаружилось и в характере.

(5) Карнистир (Carnistir) «краснолицый» - у него были темные (каштановые) волосы, но красноватый оттенок кожи, как у его матери.

(6) Амбарто62 (Ambarto)

(7) Амбарусса (Ambarussa)

Эти два имени близнецов (и-Вэнин) очевидно, должны были начинаться одинаково. Имя «Амбарусса» - «рыже-коричневая верхушка» - должно быть, указывало на цвет волос: у первого и последнего из детей Нэрданэли был рыжеватый оттенок волос, как у ее родичей. Имя же «Амбарто [> «Умбарто» (Umbarto)], которое, как можно предположить, начинается с элемента с тем же значением, что и (7), было окружено многими легендами и спорами. Наиболее достоверная из них звучит так:

У обоих близнецов были рыжие волосы. Нэрданэль назвала их обоих «Амбарусса» - ибо они были очень похожи друг на друга и оставались такими всю свою жизнь. Когда Фэанор попросил ее дать хотя бы немного различающиеся имена, ему показалась, что Нэрданэль стала какой-то странной, и через некоторое время она сказала: «Тогда пусть одного зовут [«Амбарто»>] «Умбарто», но которого – покажет время».

Фэанор был обеспокоен этим зловещим именем («Обреченный») и изменил его на «Амбарто» - или, в некоторых версиях, подумал, что Нэрданэль сказала «Амбарто», использовав первый элемент как в «Амбарусса» («amba» + квэнья «arta» - «возвышенный, высокий»). Но Нэрданэль молвила: « «Умбарто» сказала я; но делай, как пожелаешь. Это не имеет значения».

Позже, когда Фэанор становился все более яростным и неистовым и бунтовал против Валар, Нэрданэль, после долгих стараний изменить его нрав, отдалилась от него. (Ее род служил Аулэ, который советовал ее отцу не принимать участия в мятеже. «В конце концов это только приведет Фэанора и всех твоих детей к смерти»). Она вернулась в дом отца; но когда стало ясно, что Фэанор и его сыновья желают покинуть Валинор навсегда, она пришла к нему до ухода воинства на север и просила Фэанора оставить ей двух младших, близнецов, или хотя бы одного из них. Он ответил: «Будь ты верной женой, какой была до того, как тебя обманул Аулэ, ты сохранила бы всех, уйдя вместе с нами. Если ты покидаешь меня, то покидаешь и всех своих детей, ибо они решили идти с отцом». Тогда Нэрданэль разгневалась и ответила: «Ты не сумеешь сохранить их всех. По меньшей мере, один из них никогда не ступит на землю Средиземья». «Оставь зловещие пророчества Валар, которым они понравятся», сказал Фэанор. «Я презираю их». Так они расстались.

Ныне рассказывается о том, как Фэанор силой забрал корабли у тэлери и нарушил верность Финголфину и с теми, кто был предан ему, уплыл на этих кораблях в Средиземье, предоставив остальным идти пешком с великими муками и потерями. Корабли поставили на якорь недалеко от берега в заливе Дрэнгист, а все войско Фэанора сошло на землю и разбило лагерь.

Ночью Фэанор, исполненный злых умыслов, разбудил Куруфина и, взяв его и еще несколько самых преданных эльфов, он пошел к кораблям и поджег их; и темное небо стало алым подобно ужасному рассвету. Весь лагерь пробудился, а Фэанор, вернувшись, сказал: «Ныне я хотя бы уверен, что ни один слабодушный или предатель из вас не сможет увести даже один корабль назад на помощь Финголфину и его народу». Но все, кроме немногих, были потрясены, ибо на борту оставалось еще много вещей, не перенесенных на берег, и корабли могли быть полезны для будущего путешествия. Войско все еще было далеко на севере и намеревалось плыть на юг на поиски лучшей гавани.

Утром войско собралось, но из семи сыновей Фэанора нашлись только шестеро. Тогда Амбарусса (6) побледнел от страха. «Разве ты не разбудил Амбаруссу, моего брата (которого ты назвал «Амбарто»)?» - спросил он. «Он не пожелал сойти на берег, где спать (как он сказал) неудобно». Но думают (и, без сомнения, Фэанор тоже догадался об этом), что Амбарто намеревался уплыть на корабле назад (?позднее) и воссоединиться с Нэрданэлью; ибо он был [?потрясен]63 деянием отца64.

«Тот корабль я сжег первым», сказал Фэанор (скрыв собственный ужас). «Тогда верное имя дал ты младшему из твоих детей», сказал Амбарусса, «и правильно звучало оно «Умбарто» - «Обреченный». Яростным и безумным стал ты». И более никто не осмеливался говорить с Фэанором об этом65.

 

Об упоминании истории гибели одного из близнецов при сожжении кораблей в Лосгаре см. т. Х, § 162 - примечание на машинописи «Анналов Амана»; а рассказ о Нэрданэли и ее отчуждении от Фэанора см. в позднем варианте «Квэнта Сильмариллион» (т. Х).

Материал, касающийся имен близнецов, запутан и сбивает с толку, и несомненно, это произошло из-за того, что только когда отец работал над ним, возникла эта странная и зловещая история. Мне кажется весьма вероятным, что она еще не появилась ни когда он давал близнецам материнские имена (6) «Амбарто» и (7) «Амбарусса», ни когда он начал заметку, которая следует за списком материнских имен, гласившую, что «у первого и последнего из детей Нэрданэли был рыжеватый оттенок волос, как у ее родичей», имея в виду Маэдроса с прозвищем «Руссандол» и младшего из близнецов Амбаруссу (Амраса).

Я думаю, эта история впервые появилась вместе со словами: «Наиболее достоверная из них звучит так: У обоих близнецов были рыже-каштановые волосы. Нэрданэль назвали их обоих «Амбарусса»…» Именно тогда, без сомнения, отец изменил имя «Амбарто» на «Умбарто» в списке и поменял местами имена близнецов (см. прим. 62), так что «Амбарусса» стал старшим из них, а «Амбарто/Умбарто» - младшим из детей Фэанора, как говорится в этой легенде.

В начале первой страницы текста, касающегося имен сыновей Фэанора, когда история уже существовала в настоящем виде, отец написал,:

Все сыновья, кроме Куруфина, предпочли материнские имена, и впоследствии их всегда помнили по ним. Близнецы называли друг друга «Амбарусса». Имя «Амбарто/Умбарто» [?никем не] использовалось. Близнецы оставались похожими друг на друга, но волосы старшего с возрастом потемнели, и отец любил его больше. Когда они перестали быть детьми, их уже [?не] путали…

Поэтому в легенде «Амбарусса (6)» спросил Фэанора, не разбудил ли он «Амбаруссу, моего брата» перед тем, как поджечь корабли.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 [Этот заголовок происходит из первого предложения эссэ, которое на самом деле звучит так: «Случай изменения «þ» > «s» более труден». Я не смог обнаружить, к чему относилось это предложение. Машинописный текст существует как единое целое, страницы пронумерованы последовательно от А до Т.]

2 Мало их было унесено из Валинора, и еще меньше осталось после перехода в Средиземье; но в памяти ученых многое сохранилось в целости.

3 [Термин «ингви», кажется, не использовался с «Ламмас» 1930-х годов, где «ингвэлиндар или ингви» появляется как название дома и народа Ингвэ, вождя Первого Рода эльфов (позже названного линдар), т. V. О более позднем применении термина «линдар» см. т. XI]

4 Без специального изучения. Но многие нолдор могли говорить на тэлерине и vice versa*. Фактически, в этих языках присутствовали обоюдные заимствования; самое примечательное из них – это широкое использование тэлеринской формы «telpё» («серебро») вместо чисто квэнийского «tyelpё». [О заимствовании «telpё» см. «Неоконченные Предания»]


* наоборот (Прим. пер.)


5 Продолжая порицать её, они со временем смогли настоять на том, чтобы различие между старым «þ» и «s», по крайней мере, всегда сохранялось на письме.

6 [См. Заметку о материнских именах в конце эссэ. Нигде больше не утверждается, что «Сэриндэ» было «материнским именем» Мириэли.]

7 [Несколько раз в текстах поздней «Квэнта Сильмариллион» говорится, что «Фэанаро» было «именем проникновения в сущность», данным ему Мириэлью при рождении. Более того, в истории Мириэли (когда она впервые появляется) ее дух уходит в Мандос вскоре после рождения Фэанора, а в «Законах и обычаях эльдар» определенно утверждается, что он никогда не видел матери (т. Х). История в этом отношении полностью изменилась: Мириэль назвала его так, «распознав в сыне пылкий нрав»; «пока она была жива, добрым советом ей часто удавалось смягчить и сдержать его»; и впоследствии «она терпела эту усталость, пока он полностью не вырос, однако, долее терпеть уже не смогла». После «смерти» или ухода Мириэли «некоторое время он также сидел у тела матери, но вскоре его снова  всецело поглотили работа и замыслы».].

8 [О всех других текстах, касающихся этого вопроса, говорится в т. Х. Эти тексты существенно более ранние, чем настоящее эссэ, которое никоим образом не совпадает с ними полностью.]

9 [В других местах «Эзеллохар» - это название не равнины, но Зеленого Холма, на котором росли Два Древа (т. Х); в то время как в «Квэнди и эльдар» сказано, что «Короллайрэ» - это перевод валианского названия «Эзеллохар», первый элемент которого «ezel», «ezella» означает «зеленый». Но возможно, под «равниной Эзеллохар» отец имел в виду «равнину, на которой стоял холм Эзеллохар».]

10 Сомневаясь, что для доказательства неизменности воли любого из Детей достаточно срока в несколько лет; и предвидя, что нарушение закона приведет к гибельным последствиям.

11 Смерть по собственной воле, как у Мириэли, была за пределами его представления. Насильственную смерть он полагал невозможной в Амане; хотя, как записано в «Сильмариллионе», это оказалось не так.

12 [Этот отрывок до слов «пройдя последнее испытание, покинула Средиземье навсегда» (с необходимыми изменениями в первом предложении) был напечатан в «Неоконченных Преданиях» - так как очень важен для истории Галадриэли – но без указания на контекст: поэтому я счел нужным вновь дать его здесь.]

13 [Имя Эльвэ «Тиндиколло» (в других местах «Синдиколло» (Sindikollo, Sindicollo)) было опущено в тексте «Неоконченных Преданий».]

14 Которые вместе с величайшей из всех эльдар - Лутиэн Тинувиэль, дочерью Элу Тингола, были главными героями легенд и историй эльфов.

15 Нельзя даже с уверенностью сказать, что все сыновья Фэанора продолжали использовать «þ» после смерти отца и исцеления вражды прославленным подвигом Фингона, сына Финголфина, освободившего Маэдроса (Maedhros [> Maedros] ) от пытки Моргота.

16 [Совершенно другой рассказ о «Выбранных именах» в «Законах и обычаях эльдар (т. Х) здесь, по-видимому, уже отброшен.]

17 Как это можно заметить в «Сильмариллионе». Ни заголовок, ни сама работа не принадлежат эльдар. Это компиляция, составленная, возможно, в Нуменоре, которая включает (в прозе) четыре великих предания или лэ о героях атани, из которых «Дети Хурина», возможно, было записано еще в Белерианде в Первую Эпоху, но этому предшествует необходимое вступление, повествующее о Фэаноре и о сотворении им Сильмарилей. Однако все это «человеческие» записи. [Ср. с этим т. Х и прим. 17 к «Последним работам. О Глорфиндэле, Кирдане и других» в т. XII].

18 Особенно заметно это в «Манвэ», квэнийском имени «Старшего Короля», главы Валар. Утверждается, что оно возникло тогда же, что и имена «Ингвэ» и т.д., и содержит валаринский элемент «aman», «man» - «благословенный, святой», который эльфы узнали от Оромэ, и, конечно же, не связанный с эльдаринским вопросительным местоимением «ma», «man». [См. т. XI].

19 У него были черные волосы, но лучистые серо-голубые глаза.

20 Связь с тэлеринским «vola» («вал, длинная волна»), которую проводили иногда сами тэлери – это не серьезная «этимология», но всего лишь «игра слов»; ибо имя короля в обычном виде не «Вольвэ» (Volwё) (общий эльдарин «wolwe»), а «Ольвэ» (на тэлерине так же, как и на квэнья) и «w» перед «о» в тэлерине не терялось, в отличие от квэнья. К тому же, связь тэлери с мореплаванием возникла гораздо позже, чем Ольвэ получил свое имя.

21 Иначе было в записанных хрониках (которые нолдор в любом случае по большей части создавали на квэнья). Также имена «чужеземцев», которые не жили в Белерианде и редко упоминались в повседневной речи, обычно оставались неизмененными. Таким образом, имена Валар, которые были придуманы в Валиноре, как правило, не изменялись – подходили они к стилю синдарина или нет. Синдар мало знали о Валар, и не изобретали для них собственных имен, кроме Оромэ (которого видели и знали все эльдар); а также Манвэ и Варды, о чьем высоком положении им сообщил Оромэ, и Великого Врага, которого нолдор звали Мелькором. Имя для Оромэ было составлено на примитивном эльдарине (напоминая звук его великого рога), и «Оромэ» была его квэнийской формой, хотя на синдарине оно стало звучать как «Арав» (Araw). Синдар позднее часто называли его «(Аран) Таурон» (Aran Tauron) – «владыка лесов». Манвэ и Варду они знали только под именами «Старший Король» и «Звездная Королева»: «Аран Эйниор» (Aran Einior) и «Элберет» (Elbereth). Мелькора они звали «Моргот» (Morgoth), «Черный Враг», отказавшись использовать синдаринскую форму для «Мелькор»: «Белегур» (Belegûr) - «восставший в мощи», но иногда (редко) называли его умышленно измененным именем «Белегурт» (Belegurth) – «великая смерть». Эти имена («Таурон», «Аран Эйниор», «Элберет» и «Моргот») приняли  и использовали нолдор, говоря на синдарине.

[О связи имени «Оромэ» с его великим рогом см. т. XI. – Имена «Белегур», «Белегурт», упомянутые в указателе к опубликованному «Сильмариллиону», взяты из настоящей заметки. За много лет до ее написания «Белегор», как быстро отброшенное имя Моргота, было использовано в «Лэ о Детях Хурина», т.III].

22 Его сыновья были слишком заняты войной и раздорами, чтобы интересоваться подобными вопросами, кроме поэта Маглора и Куруфина, его четвертого и любимого сына, которому он дал собственное имя; но Куруфин больше всего интересовался совершенно иным языком гномов, будучи единственным из нолдор, завоевавшим их дружбу. Именно от него ученые получили все имеющиеся сведения о кхуздуле (Khuzdûl).

23 К тому же «ученые» не были отдельной гильдией тихих книжников, скоро сожженных орками Ангбанда на кострах из книг. По большей части они были подобными Фэанору, величайшими из эльдар, королями, принцами и воинами, такими как доблестные вожди Гондолина или Финрод из Нарготронда и Родотир [>Аротир], его родич и наместник. [Об Аротире см. заметку о происхождении Гиль-Галада.]

24 И в качестве предосторожности на случай своей смерти. Ибо книги создавались только в укрепленных городах во времена, когда смерть в битве подстерегала любого из эльдар, но они еще не верили, что Моргот сможет захватить или разрушить их крепости.

25 [В дополнении к «Анналам Амана» первым именем Фэанора было «Миньон Рожденный Первым» (т. Х); в «Законах и обычаях эльдар» его сначала назвали «Финвэ», во второй версии – «Финвион» (т. Х, прим. 20). О предыдущих упоминаниях «Куруфинвэ» см.указатель к т. Х (Curufinwё); а с упоминаемой здесь формой «Фаэнор» ср. прим. на с. 217 в т. Х.]

26 [В «Войне Самоцветов» я говорил о нескольких эльфийских генеалогиях, явно сходных с генеалогиями эдайн, данными в той книге: см. т. XI, с. 229, где я отметил, что за эльфийскими генеалогиями следуют очевидно связанные с ними примечания, датированные декабрем 1959г. Эти генеалогии в четырех отдельных таблицах, посвящённые почти исключительно потомкам Финвэ, явно принадлежат примерно к одному и тому же времени и меняются поэтапно так же, как и генеалогии домов эдайн. По меньшей мере, восемь лет, а, возможно, и больше, отделяют их от настоящего «экскурса», который, как определено, был написан не ранее февраля 1968г. Однако ясно, что они были у отца перед глазами, когда он писал этот текст, и изменения, сделанные в последней из четырех таблиц, согласуются с утверждениями в экскурсе. Во всех таблицах у Финвэ и Индис все еще три дочери: Финдис, Фаниэль и Иримэ (в т. Х появляется «Финвайн» вместо «Иримэ»), и исправлений не было. В экскурсе Фаниэль исчезла и младшей дочерью стала Иримэ (Ириэн) (см. прим. 28).]

27 Если когда-либо он осуществил это. Мало слышали в Средиземье об Амане после ухода нолдор. Те, кто вернулся туда, никогда не приходили обратно с тех пор, как мир изменился. Они часто появлялись в Нуменоре в его первые дни, но лишь малая часть знаний и хроник Нуменора уцелела при Низвержении. [Со словами  об Индис в этом месте текста ср. «Законы и обычаи эльдар» (т. Х, и прим. 17), где Финвэ в Мандосе сказал Вайрэ: «Но Индис разлучилась со мной без смерти. Я не видел ее много лет, и когда Исказитель сразил меня, я был один… Мало радости принесу я ей, если вернусь».]

28 [Странно, что отец дал имя второй дочери Финвэ и как «Иримэ» и как «Ириэн» на протяжении всего нескольких строк. Возможно, в первом случае он намеревался написать «Ириэн» (Irien), но по невнимательности написал «Иримэ», имя, которое употреблено во всех генеалогиях (прим. 26).]

29 Но правильный эквивалент на синдарине был «Гладвен» (Glaðwen) (общеэльдаринский корень «glada» >  квэнья «lala-», тэлерин «glada», синдарин «glað-»).

30 «Мудрость» - но не в значении «проницательность, справедливое суждение (основанное на опыте и достаточном знании)»; ближе было бы «Знание» или «Философия» в прежнем значении этого слова, включающем Науку. «Нолмэ», таким образом, отличалось от «Курвэ» - «технического умения и изобретательности», хотя  занятие одним не исключало другого. Корень появился в квэнья (в котором он, по большей части, и использовался) в формах, развившихся из общеэльдаринского     «ñgol-», «ñgōlo-» со слоговым «n» или без него: как в «Ñgolodō» > квэнья «Ñoldo» (тэлерин «golodo», синдарин «goloð») – нолдор с ранних времен интересовались этим родом «мудрости» и достигли в нем наибольших успехов*; «ñolmë» - область мудрости (наука и т.д.); «Ingolë (ñgōlē)» - Наука/Философия в целом; «ñolmo» - мудрец, ученый; «ingólemo» - некто, обладающий великим знанием, «маг»**. Последнее слово было, однако, архаичным и употреблялось только по отношению к великим мудрецам эльдар в Валиноре (таким как Румиль). Магов Третьей Эпохи – посланцев Валар – звали «истари» (Istari) – «те, кто знают».


* По сравнению с другими народами (прим. пер.)

** В оригинале – «wisard» (прим. пер.)


Отметим форму «Инголдо»: эта форма имени «Нолдо» (Ñoldo) со слоговым «Ñ» и, будучи полной и облагороженной формой, она более или менее соответствует «нолдо, один из выдающихся в своем народе». Это было материнское имя Арафинвэ [Финарфина], и как имя «Аракано» (Arakáno) – «высокий вождь», которое Индис дала Нолофинвэ [Финголфину], считалось «пророческим». Эарвен дала это имя [Инголдо] своему первенцу Артафиндэ (Финроду), и именно так Финрода называли братья и сестра, которые уважали и любили его. Это имя никогда не переводилось на синдарин (где звучало бы как «Анголод» (Angoloð)). От его родичей это имя переняли многие другие, что почитали Финрода, особенно люди (атани), ибо из всех эльдар у них не было друга лучше. Поэтому этим именем часто называли детей в Нуменоре, а затем - и в Гондоре, хотя в Общей Речи оно сократилось до «Инголд». Один такой Инголд появляется во «Властелине Колец» как командир стражи Северных Врат Пеленнора в Гондоре.

[В более ранних текстах (см. т.Х, прим. 10) «Инголдо» было материнским именем Нолофинвэ (Финголфина), «означая, что он происходит от родов ингар и нолдор»; в то время как материнским именем Арафинвэ (Финарфина) было «Ингалаурэ», «ибо у него были золотые волосы народа его матери». Во всех генеалогических таблицах, кроме первой, Финголфину и Финарфину даны материнские имена «Аракано» и «Инголдо», как и в этом тексте.]

31 Кроме «Финарфина», имени его младшего брата. Это было также единственное имя Нолдо, не ушедшего в изгнание, преобразованное в синдаринскую форму. Это случилось потому, что дети Арафинвэ занимали особое положение среди изгнанников, главным образом из-за родства с Королем Тинголом из Дориата. И синдар часто упоминали их всех вместе как «детей Финарфина» или «Нотрим [>Ност] Финарфин» (Nothrim > Nost) – «дом/семья Финарфина».

32 [В этом месте текста стоит ссылка на приведённое позже обсуждение имен сыновей Фэанора, но печатный текст обрывается раньше, чем доходит до него.]

33 Как он сказал (не без справедливости): «Притязание моего брата опирается лишь на приговор Валар; но какую силу имеет он для тех, кто отверг их и пытается бежать из земли, ставшей тюрьмой?» Но Финголфин ответил: «Я не отвергал ни Валар, ни их власти во всех делах, где они вправе ее использовать. Но если эльдар дали право свободно выбирать: покинуть ли им Средиземье и идти ли в Аман, и они согласились на это из-за красоты и блаженства этой земли, нельзя отобрать у них право так же свободно покинуть ее и вернуться в Средиземье, когда ее осквернили и лишили света. Более того, у меня есть в Средиземье дело – отомстить за кровь моего отца Морготу, которому Валар дали волю ходить среди нас. Фэанор же в первую очередь ищет свои утраченные сокровища».

[В этом месте текста сказано, что Финголфин претендовал на звание «вождя всех нолдор после смерти Финвэ»; и то же сказано собственно в эссэ. Все тексты сходятся на том, что после изгнания Фэанора из Тириона и ухода Финвэ вместе с ним в Форменос, Финголфин правил нолдор в Тирионе; и в «Квэнта Сильариллион» (т. V) говорится, что позже, когда начался Исход Нолдор, жители Тириона «не хотели отказываться от правления Финголфина». С другой стороны, в последней версии событий, приводящих к Исходу, когда Фэанор и Финголфин стали полубратьями, они примирились «на словах» перед троном Манвэ на роковом празднике; и при этом примирении Финголфин сказал Фэанору: «Ты будешь вести, а я следовать» (см. т. Х).]

34 [Об Анайрэ, жене Финголфина, и Эленвэ, жене Тургона, см. т. XI, § 12; а об Аракано (на синдарине – «Аргон») см. прим. 38.]

35 [Во всех генеалогических таблицах имя Фингона на квэнья – «Финикано» (Finicáno), кроме последней, где оно пишется как «Финдикано» (Findicáno) (изменено на «Финдэкано» (Findecáno)). Во всех таблицах отмечено, что у него есть жена, хотя имя ее не названо; в первой упомянуты двое детей – «Эрнис» (Ernis) и «Финбор» (Finbor), «Эрнис» впоследствии становится «Эриэн» (Erien), но в последней таблице они вычеркнуты с примечанием, что у Фингона «не было ни детей, ни жены».]

36 Это было производное слово от общеэльдаринского «KAN» - «кричать, громко звать», которое приобрело различные значения (как «call» в английском языке или немецкий корень «halt-»), зависящие от целей, для которых использовался громкий голос: т.е. принести клятву, дать обет или пообещать; огласить важные новости, послания или приказы; отдавать приказы самому; «требовать» - называть желаемую вещь или личность; призывать; звать кого-то по имени, давать имя. Не все из этих значений можно найти в поздних языках (квэнья, тэлерин, синдарин). В квэнья  обычным стало значение «отдать приказ»: приказывать лично – собственной властью или от лица другого; применительно к вещам это слово означало «требовать». В архаичном языке более старая и простейшая агентальная форма «kānō > káno» также имела значение «глашатай или герольд», и «kanwa» - «объявление», так же, как «приказ»; позднее в значении «герольд» (некто, через которого отдаются приказы или делаются объявления) использовалось слово «terkáno». В тэлерине «cāno» значило «герольд», а глагол «can-» по большей части использовался в значении «громко кричать, звать», но также и «призывать или называть кого-то». В синдарине «can-» использовалось в значении «объявлять, кричать, звать» со смыслом, определяемым контекстом; оно никогда не означало «приказывать» или «называть»; «caun (*kānā)» означало «крик, шум», часто во множественной форме «conath», оно подразумевало множество голосов, и часто употреблялось в значении «плач» (но не в  смысле английского слова «cry» - «пролитие слез»): ср. с «naergon» - «горестный плач».

37 Общий эльдарин «phini» - «один волос», «phinde» - «распущенные волосы»; синдарин «fin», «find», «finn».

38 Когда нападение орков застало войско врасплох во время марша на юг, и ряды эльдар подались назад, он прыгнул вперед и прорубал себе дорогу среди врагов, устрашенных его ростом и яростным огнем глаз, пока не добрался до командира орков и не сразил его. Хотя он сам был окружен и убит, орки пришли в ужас, и нолдор преследовали их, перебив многих.

[Третий сын Финголфина, Аракано (Аргон), появился во время составления генеалогий. Карандашная заметка на последней из четырех таблиц сообщает, что он пал в битве у Альквалондэ; она была вычеркнута, и отец написал, что предпочтительнее будет история о его гибели во Льдах. Любопытно, что этот третий сын, о котором никогда ранее не упоминалось, был введен (по всей видимости) без какой-либо сопутствующей истории, и причина его смерти дважды менялась перед примечательным появлением здесь «первой битвы воинства Финголфина с орками, Битвы у Ламмот», в которой он погиб. По версии «Серых Анналов» (т.XI) Финголфин после перехода через Хэлькараксэ «смог без помех пройти с Севера через все укрепления царства Моргота и пересек он Дор-Даэделот, пока враги его прятались под землей»; в то время как в настоящей заметке нападение орков в Ламмоте застало его войско «врасплох во время марша на юг» (см. карту в т. XI).]

39 [Во всех генеалогических таблицах имя дочери Финголфина записано как «Ириссэ» («Ирит»); в последней из них «Ирит» (Irith) было заменено на «Ирэт» (Ireth), форму, употребленную и здесь, но позже оба имени были вычеркнуты и заменены на «(Ар)Фэйниэль» ((Ar)Feiniel) «Белая Владычица» (см. т. XI).

В этом абзаце возникает странная путаница. Выше отец сказал, что Ириссэ находилась «под защитой» Турукано (Тургона), ее брата, и его жены Эленвэ; но здесь Ириссэ – дочь Эленвэ, погибшей во Льдах. Это невозможно исправить простой подстановкой правильных имен («Анайрэ» вместо «Эленвэ» или «Итариль» вместо «Ириссэ», «Ирэт», поскольку отец определенно писал об Эленвэ и Ириссэ.]

40 [Спасение Тургоном своей дочери Идрили Келебриндал от смерти на Хэлькараксэ нигде ранее не упоминалось.]

41 [Аротир уже был назван ранее (прим. 23) «родичем и наместником» Финрода; см. также прим. 47.]

42 (1) «It» в «itila» - «мерцание, сверкание», и «ita» - «вспышка», «ita» - глагол «искриться, сиять». (2) «Ril» - «яркий свет»: ср. с «silmaril(lё)» - именем, данным Фэанором Трем Самоцветам. Первое особенно часто употребляется для яркого света глаз, который был признаком всех Высоких Эльдар, что когда-либо жили в Валиноре, и в более поздние дни освещал порой лица смертных людей, происходящих от Итариль или Лутиэн.

43 «arat-» - расширенная форма корня «ara-» - «благородный». Производное слово «аrātā» часто использовалось как имя прилагательное в тэлерине и синдарине. ( тэлерин – «arāta», синдарин – «arod». В квэнья его значение стало более узким, и слово это использовалось главным образом в названии «Аратар» (Aratar) – «Высочайшие», Девять предводителей Валар. Однако его продолжали использовать и в благородных именах.

44 [Ранее отец сказал, что из всех детей Финарфина нам известны материнские имена только у Финрода (Инголдо) и Галадриэли (Нэрвендэ); он пропустил «Айканаро».]

45 Квэнийское слово «aika» произошло от общеэльдаринского корня «GAYA» - «ужас (благоговейный трепет), страх». Но имя прилагательное «gayakā», от которого произошло «aika», не сохранилось ни в тэлерине, ни в синдарине. Другими производными словами были «gāyā» - «ужас, великий страх»: тэлерин «gāia», синдарин «goe», квэнья «áya». Имена прилагательные, образованные от них (тэлерин «gāialā», синдарин «goeol»), заменили квэнийское «aika». В имени такого рода на синдарине более естественно было бы использовать существительные, что дало бы «goe-naur»> «Гоэнор» (Goenor). См. также и «Gayar» - «Вселяющее ужас», имя, данное Морю, огромному и ужасающему Великому Морю Запада, когда эльдар впервые пришли на его берега: квэнья «Eär, Eären», тэлерин «gaiar»; синдарин «gaear», «gae(a)ron”, «Belegaer». Это слово можно найти также в квэнийском имени «Эарендиль», мореход (любящий море).

В квэнья этот корень приобрел особый смысловой оттенок величия и благородства – кроме как в «eär», хотя море тоже было величественным в своей необъятности и мощи; и «aika», хотя оно редко применялось по отношению к лихим тварям. Таким образом, квэнийское «áya» означало скорее «благоговейный трепет», чем «ужас», глубокое уважение и чувство собственной малости в присутствии вещей или существ величественных и могучих. Прилагательное «aira» было наиболее близким по значению к слову «святой, благой», а существительное «airё» - слову «святость, благость». Эльдар использовали «Айрэ» (Аirё) как титул, обращаясь к Валар и к величайшим майар. К Варде могли обращаться «Айрэ Тари» (Airë Tári). (Ср. с Плачем Галадриэли, где сказано, что звезды трепетали от голоса благой королевы: прозаическая или обычная форма будет звучать как «tintilar lirinen ómaryo Airë-tárío».) Хотя это изменение и могло иметь место (как это было с нашим «awe» (благоговейный страх, трепет)) без влияния извне, но по  утверждениям ученых, произошло оно частично благодаря влиянию языка валарина, где «ayanu-» было именем Духов, которых Эру сотворил первыми [с последней фразой примечания ср. т. XI].

46 [Относительно примечательного изменения, согласно которому Келеборн (Телепорно) стал эльфом из тэлери Амана см. «Неоконченные предания», где цитируется настоящий отрывок. Этимология имени «Галадриэль», которая следует в тексте дальше, была использована в статье об этом имени в Приложении к «Сильмариллиону», корень «kal-».]

47 Он был сыном Аротира, племянника Финрода. [См. заметку о происхождении Гиль-Галада. – Из этой работы было взято имя «Эрейнион», включенное в «Сильмариллион».]

48 [Ранее в тексте имя было написано как «Итариллэ»; «Итарильдэ» дается в первых трех генеалогических таблицах, но в четвертой написано «Итариллэ».]

49 Эти имена были даны на языке того народа атани (эдайн) (но приспособленном к синдарину), от которого по большей части произошел адунайский – родной язык атани Нуменора. Я не пытаюсь здесь их объяснить.

50 [Термин «Перэльдар» - «Полуэльдар» - первоначально использовался для нандор или данов (см. т.V), но здесь он использован в том же смысле, как и синдаринская форма «Перэдиль» в Приложении А (I) для Эльронда и Эльроса; ср. с «и-Перэдиль» (I-Peredhil).]

51 [В рассказе о словах Ульмо Туору на побережье Виньямара в поздней «Повести о Туоре» Вала и в самом деле пророчески упоминает об Эарендиле, но в манере намного более туманной и загадочной: «Не только из-за твоей доблести посылаю я тебя, но дабы через тебя принести в мир надежду, что превыше твоего видения, и свет, что пронзит тьму». («Неоконченные предания»)]

52 Формы в рукописях, такие как «Аэрендиль» (Aerendil), «Аэреннэль» (Aerennel) и т.д., внешне похожие на синдаринские, были неверными и случайными.

53 Когда Арагорн, дальний потомок Эльроса, женился на Арвен, заключив третий союз людей и эльфов, роды всех трех королей Высоких Эльфов (эльдар) – Ингвэ, Финвэ, Ольвэ и Эльвэ воссоединились, и лишь этот род сохранился в Средиземье. Так как Лутиэн была благороднейшей*, самой чистой и прекрасной из всех Детей Эру, что помнят в древних преданиях, потомки этого союза зовутся «детьми Лутиэн». Мир с тех пор постарел на много долгих лет, но возможно, род их еще не прервался. (Лутиэн через мать свою, Мэлиан, происходила от майар, народа Валар, чье бытие началось еще до создания мира. Мэлиан единственная из всех духов приняла телесную форму не только как одеяние, но как постоянное обиталище, по виду и силе подобное телам эльфов. Так она сделала из любви к Эльвэ; и это было дозволено, без сомнения, потому, что сей союз уже был предсказан в начале всех вещей, и был вплетен в «Амарт» мира, когда Эру впервые задумал бытие своих детей, эльфов и людей, как было рассказано (в манере его детей и согласно их пониманию) в том мифе, что зовется Музыкой Айнур.)


* «noblest». Надо полагать, имеется в виду и благородство происхождения, и благородство характера. (Прим. пер.)


[Как было сказано в этом месте текста, Арвен происходила от Финвэ и по линии Финголфина (через Эльронда) и по линии Финарфина (через Келебриан); но также она происходила и от Эльвэ (Тингола) через мать Эльронда Эльвинг, и через мать Галадриэли Эарвен – от Ольвэ из Альквалондэ. Она не была прямым потомком Ингвэ, но ее праматерь Индис была (в более ранних текстах) сестрой Ингвэ (т.Х), или (в настоящей работе) дочерью его сестры. Трудно сказать, что имел в виду отец, когда писал начало этого примечания.]

54 Пока они не умерли как смертные люди, согласно приговору Валар, и не покинули этот мир навсегда.

55 [Здесь печатный текст обрывается, не в конце страницы; и дальше отец пишет:

Изменить это на: «wing». Это слово, которое ученые переводят как «пена, водяная пыль», фактически, встречается только в двух местах легенды об Эарендиле: «Эльвинг» - имени его жены, и (квэнийская форма) – «Вингилотэ» (Vingilotё) (переведенного на адунайский как «Ротинзиль» (Rothinzil) «пенный цветок» - названии корабля Эарендиля. Кроме как там, слово это неизвестно ни в квэнья, ни в синдарине – ни в тэлерине, несмотря на большое количество «морских» слов в нем. Бытовало объяснение, что слово это пришло из языка Зеленых Эльфов Оссирианда.]

56 [В другом месте этих заметок корень «rot», «s-rot» имеет значение «копать под землей, рыть, прокладывать тоннель», откуда происходит квэнийское слово «hrota» - «жилище под землей, искусственная пещера или вырубленный в скале чертог», «rotto» - «маленький грот или туннель».]

57 [«Финвэ третий»: его дедом был «Финвэ», а его отцом – «Куру-финвэ», сперва тоже названный «Финвэ».]

58 [«Кáno»: см. прим. 36.]

59 [«П» в имени «Питьяфинвэ» (но не в короткой форме «Питьо») было заменено на «Н».]

60 [«Питьяфинвэ» и «Телуфинвэ» были заключены в скобки со словами «Близнецы Гвэнин».]

61 [На отдельном листе есть заметка об отце Нэрданэли (жены Фэанора), написанная в то же время:

Отец Нэрданэли был «Аулендилем» [> «Аулендуром»], и стал великим кузнецом. Он любил медь и ценил ее выше золота.

Его звали [пробел; карандашом позже написано «?Сармо» (Sarmo)], но больше он был известен под именем «Урундиль» (Urundil) – «любящий медь». Обычно он носил на голове медный обруч. Волосы его были не такие темные или черные, как у большинства нолдор, но каштановые с проблесками медно-рыжего. Из семи детей Нэрданэли у старшего и близнецов (большая редкость среди эльдар) были волосы такого же цвета. Старший также носил медный обруч.

Примечание, добавленное к «Аулендур»:

«Слуга Аулэ»: тот, кто служил этому Вале. Это слово обычно применялось по отношению к тем эльфам или родам нолдор, кто, фактически, поступил на службу к Аулэ, и, в свою очередь, обучался у него.

Второе примечание на этой странице комментирует имя «Урундиль»:

«RUN» - «красный, раскаленный», часто применялся к вещам вроде раскаленных углей, отсюда имя прилагательное «runya», синдарин – «ruin» - «огненно-красный». У эльдар были слова для обозначения некоторых металлов, ибо под руководством Оромэ они создавали оружие против слуг Моргота, особенно во время Похода, но единственными словами, что встречаются во всех эльдаринских языках, были «железо», «медь», «золото» и «серебро» («ANGA», «URUN», «MALAT», «KYELEP»).

Ранее отца Нэрданэли, великого кузнеца, звали «Махтан» (см. т. Х), и так же он был назван в опубликованном «Сильмариллионе». По поводу более ранних представлениий о вооружении эльдар в Великом Походе см. т. Х)].

62 [«Амбарто» было изменено на «Умбарто», и отец поменял имена Умбарто и Амбаруссы местами.]

63 [«потрясен» - это возможное толкование неразборчиво написанного отцом слова.]

64 [Деянием отца: предательским похищением всех кораблей тэлери для того, чтобы фэанорианы смогли добраться до Средиземья.]

65 [Текст заканчивается короткими заметками о синдаризации квэнийских имен сыновей Фэанора, но они слишком небрежны, запутанны и неразборчивы, чтобы их воспроизводить. Однако, можно упомянуть, что синдаринское «Маэдрос» объяснено как содержащее элементы материнского имени Нэльяфинвэ «Майтимо» (общий эльдарин - «magit» - «хорошо сложенный», синдарин – «maed») и эпессэ «Руссандол» (общий эльдарин - «russa», синдарин – «ross»; а также, что синдаринская форма имени «Амбарусса» (номер 6, т.е. старший из близнецов) дается здесь как «Амрос», а не «Амрас».]

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz