Лэ о детях Хурина. Подстрочник (Арандиль, Анариэль Ровэн)

ПОДСТРОЧНИК

к бОльшей части поэмы "Лэ о Детях Хурина" (из "Лэ Бэлэрианда", 3 тома "Истории Средиземья")

в исполнении Алана (Арандиля) и доведении до ума Анариэль Ровэн

Вместо объяснения:
Однажды я попросила Алана сделать подстрочники к поэме - чтобы как-нибудь потом заняться ее переводом. По моей просьбе подстрочник был снабжен номерами страниц и строк. Потом я подумала - а что это у меня практически без дела валяется такой замечательный сам по себе подстрочник (потому что перевожу я очень медленно)? И решила - с разрешения Алана, убив английские буковки - предать его гласности. Местами вместо подстрочника идет нормальный аллитерационный перевод (мой), но вряд ли это кто заметит .
О существенном: подстрочников обоих прологов тут нет, потому что мне они не понадобились. Но они и переводились, и печатались, так что, думаю, это не очень страшно. Мой перевод первого пролога здесь, а второго - тут.

О самой поэме несколько слов Кристофера Толкина (из предисловия к "Лэ Бэлэрианда", 3 тома "Истории Средиземья"):
"Третья часть "Истории Средиземья" содержит две основные поэмы Дж.Р.Р.Толкина, повествующие о Древних Днях: написанную аллитерационным стихом Лэ о Детях Хурина и Лэ о Лэйтиан, написанную четырехстопным ямбом с парной рифмовкой. Аллитерационная поэма писалась, когда отец занимал должность в университете Лидса (1920-1925); к концу этого срока отец забросил ее, принявшись за Лэ о Лэйтиан, и никогда больше к ней в возвращался. Я не нашел в сохранившихся бумагах и письмах отца никаких упоминаний о Лэ о Детях Хурина (за исключением нескольких слов, процитированных на стр.3) и не припомню, чтобы отец упоминал о ней вслух. Однако эта поэма (в которой больше 2000 строк), будучи всего лишь частью обширного замысла, - самое "пространное" доказательство неизменной любви отца к выразительному и звучному древнеанглийскому стиху. Также создание этой поэмы связано с дальнейшей разработкой истории Древних Дней: отдельные ее места проливают свет на то, как отец представлял себе Бэлэрианд; к примеру, именно здесь грубые пещеры родотлим Утраченных Сказаний превращаются в великую крепость Нарготронд, которая описана только в Лэ о Детях Хурина. Данная поэма существует в двух версиях, из которых вторая является переработкой первой, более подробно повествуя о событиях. Однако вторая версия обрывается существенно раньше первой. В этой книге представлены обе версии".

Что входит в поэму:
ЛЭ О ДЕТЯХ ХУРИНА (THE LAY OF THE CHILDREN OF HURIN)
Пролог (Хурин и Моргот) (Prologue (Hurin and Morgoth))
I Воспитание Турина (Turin's Fostering)
II Бэлэг (Beleg)
III Файливрин (Failivrin)
Вторая версия Лэ:
I (Хурин и Моргот) (Hurin and Morgoth)
II Воспитание Турина (Turin's Fostering)


ПЕРВАЯ ВЕРСИЯ
Перевод пролога можно почитать здесь

 Стр. 8



105 Ло! Леди Морвин в Земле Теней

106 ждала в лесу своего возлюбленного

107 Но он так и не вернулся с битвы домой

108 Не дошло до нее вестей, пленен он или мертв,

109 Пропав во время отступления, блуждает.

110 Разорен его край, рать его пала

111 Владыку доблестного предали забвенью

112 Дорломина люди, его вдовой супруге

 

Стр. 9

 

113 обиды чинили; та ребенка ждала

114 и сына растила, что остался без отца

115 Турина Талиодрина, в летах еще нежных.

116 В ту годину безнадежную дочь родила она

117 что названа Ниэнор, слезное имя,

118 что на языке древности значит Плач.

119 И обратилась она мыслью к Тинголу-королю

120 и его дщери Тинувиэль, Дориата танцовщице,

121 храбрейший из доблестных, Бэрэн Эрмабвэд

122 ее взял в жены. Знал Бэрэн некогда

123 крепчайшую дружбу со своим собратом по оружию

124 Талионом Эритамродом – оттого она и подумала

125 и молвила она мальчику – «Мой милый сын

126 У нас мало друзей, а отец твой не возвращается.

127 Ты должен отправиться далеко к насельникам леса

128 К престолу Тингола в Тысяче Пещер.

129 Если он помнит Морвин и твоего могучего родителя,

130 он с радостью воспитает тебя и владению оружием

131 научит тебя обращенью с тарчем и мечом,

132 и Талиона сын рабом не будет -

133 но помни свою мать, когда приблизится твоя зрелость».

 

134 Тяжкое предчувствие легло на сердце сына Хурина

135 но он подумал, что ее слова были неистовы от скорби,

136 И он не спорил с ней, поскольку не видел необходимости.

137 Ло! У Морвин были преданные слуги, Халог и Гумлин

138 Чья младость минула прежде младости Талиона

139 и единственные из всех ленников этого лорда

140 стойкие в службе остались с ней:

141 и ныне она велит им бросить вызов мрачным горам

142 и лесам, чьи тропы извиваются ко злу;

143 хотя Турин и юн и к тяготам пути непривычен,

144 они должны опоясаться и отправиться в путь; но не были они рады,

145 а Морвин плакала, когда люди не видели.

 

146 Настал летний день, когда солнце просачивалось

147 теплом сквозь качающиеся ветки леса.

148 Тогда Морвин стояла, муку скрывая,

149 У ворот своего двора на лесной поляне.

150 У груди она лелеяла своего младенца, еще не отнятого от груди,

151 и держалась за косяк, чтобы не упасть от боли.

152 И Гумлин повел ее храброго отрока,

153 а Халог нес тяжелый груз;

 

Стр. 10

 

154 но сердце Турина было тяжелым как камень,

155 не осознавая своей грядущей боли.

156 Он искал утешенья, смело молвив:

157 «Быстро вернусь я от двора Тингола

158 задолго до возмужания доставлю я Морвин

159 множество сокровищ и верных товарищей» -

160 ибо он не ведал о заклятье, сплетенном Бауглиром,

161 ни о разлучающей скорби, что встала меж ними.

162 Прощания окончены; и стопы их направились

163 к темным лесам: и дом исчез

164 в переплетении дерев. Тогда у Турина дрогнуло

165 пробудившееся сердце, и он зарыдал безумно,

166 крича: «Не могу я, не могу тебя оставить.

167 О матушка Морвин, зачем заставляешь меня уходить?»

168 Ненавистны горы, где потеряна надежда.

169 О матушка Морвин, я охвачен слезами.

170 Мрачны холмы, и мой дом потерян».

171 И донеслись его крики, звучавшие слабо,

172 по темным проходам меж унылых деревьев

173 и та, что устало плакала на пороге,

174 услышала, как холмы вторят: «мой дом потерян».

 

175 Утомительны были пути и сотканы коварно

176 через горы Хитлума к сокрытому королевству

177 глубоко во тьме Дориатского леса;

178 и никогда доселе из нужды или из интереса

179 дети людей не избирали этой дороги,

180 и мало кто проходил их с тех пор.

181 Там Турин и двое с ним познали муки жажды,

182 и голод, и страх, и ужасные ночи,

183 ибо ездоки на волках и бродячие орки

184 и твари Моргота заполоняли леса.

185 Опутаны чарами, путь теряли

186 И блуждали наугад, а звезды были скрыты.

187 Так прошли они горы, но лабиринты Дориата

188 Сдерживали их, плутающих и усталых в ослабевшей надежде.

189 У них не было хлеба и воды, иссякли их силы,

190 и смертью они чаяли умереть в скором времени,

191 когда услышали рог, прогудевший вдали,

192 и собачий лай. То был Бэлэг-охотник,

193 кто далее всех их своего народа выходил за пределы,

194 на лов в холмах и долинах низинных,

 

Стр. 11

 

195 Кому не было дела до встреч и общения с людьми.

196 Он был высокого роста, хорошо сложен,

197 но строен членами, и легко по земле

198 ступали его ноги, когда вышел он к ним,

199 весь одетый в серое, зеленое и коричневое -

200 Сын глуши, что не знал отца.

 

201 «Кто вы? – спросил он. – Изгои, или, быть может,

202 люди, за которыми гонятся, преследуемые ненавистью?»

 

203 «Нет, от глада и жажды мы изнемогаем, - рек Халог, -

204 Истомились в пути, заплутали и не знаем дороги.

205 Иль слыхом не слышал ты о холмах убитых,

206 о слезном поле, где злоба и пламя

207 Моргота пожирало равно людей и эльфов?

208 Там Талион Эритамрод и его таны, что как боги,

209 с земли исчезли, а его леди отважная

210 Все рыдает, вдовая, ожидая в Хитлуме.

211 Предстали пред тобой последние из вассалов Морвин

212 и Турин, сын Талиона, что к Тингола двору

213 направляется по слову жены Хурина».

 

214 Тогда Бэлэг велел им возвеселиться и сказал:

215 «Боги привели вас под хорошую защиту.

216 Слыхал я о доме Хурина Стойкого -

217 и кто же не слышал о холмах убитых,

218 О Нинин Унотрадин, нет слезам счета?

219 Я не был на той войне, но веду войну

220 бесконечную с орками, которых мои злые стрелы

221 часто жалят невидимо и убивают до смерти.

222 Я – охотник Бэлэг из Сокрытого Народа».

223 Напиться он дал им, с пояса сняв

224 баклагу кожаную, до края полную вином,

225 что из ягод давят Юга жаркого,

226 и народ гномов знает его, и племя эльфов

227 и долгими путями пришло оно в земли Севера.

228 Из сумы его появились мясо и хлеб

229 к их сердечной радости; но разум одурманило

230 вино Дор-Виниона, что проникло в их вены,

231 и они крепко заснули на мягких иглах

232 Сосен высоких, что возносились над ними.

233 Потом они проснулись, и их повели дорогами

234 кружными, вьющимися по темному лесному королевству

 

Стр. 12

 

235 по долинам и склонам, по болотистой чаще

236 одинокими днями и долгими ночами,

237 и если б не Бэлэг, были бы совершенно сбиты с толку

238 зачарованными лабиринтами Королевы Мэлиан.

239 К тенистым берегам он указывал путь,

240 где тихий поток пред вратами струится

241 пещерного чертога Короля Дориата.

242 По охраняемому мосту он довел их до входа,

243 и трижды они благодарили его, в сердцах своих мысля

244 «Благи Боги». Догадайся они,

245 Что будущее им готовит – побоялись бы жить.

 

246 Пред троном Тингола теперь предстали эти трое,

247 И поспешили держать речь; ибо он заговорил с ними учтиво,

248 держа в чести Хурина Стойкого,

249 Собрата по оружию Бэрэна Эрмабведа.

250 Вспомнив Морвин, прекраснейшую из смертных,

251 Он не отверг Турина с презрением,

252 сказав: «Сын Хурина, ты будешь здесь жить

253 В моих пещерных чертогах, ради твоего рода.

254 Не как раб или слуга, но как второй сын короля

255 ты будешь здесь жить в любви, пока не решишь, что пора

256 вспомнить об одиночестве Морвин, твоей матери.

257 Превыше разуменья смертных ты мудрость обрящешь

258 и научишься сражаться как эльфийский воин,

259 и сын Талиона не будет рабом».

 

260 Там оставались двое, что заботились о ребенке,

261 пока не получили телесного облегчения и не пожелали уйти

262 сквозь страх и опасности – к своей дорогой госпоже.

263 Но Гумлин вошел в лета более древние,

264 чем Халог, и не надеялся вернуться домой.

265 Потом он заболел и остался при Турине,

266 а Халог укрепил для похода свое сердце.

267 Ему был дан в помощь эльфийский эскорт,

268 и магия Мэлиан, и награда золотом.

269 и было вложено ему в уста послание к Морвин,

270 слова королевской воли о том, как исполнилось ее желание;

271 о том, что Тингол зовет ее в Тысячу Пещер

272 в странствие отправиться без страха со спутниками

273 поселиться здесь в покое, пока ее сын не вырастет;

274 ибо героя Хурина не забыли,

275 и не достигала мощь Моргота мест, где жила Мэлиан.

 

Стр. 13

 

276 О пути эльфов и того Халога

277 История не рассказывает – лишь что в срок они явились

278 к порогу Морвин, и послание Тингола

279 было передано там, где сидела она в своем одиноком чертоге,

280 но она не посмела принять любезного предложения,

281 Ибо Ниэнор, ее малышка, еще не была отнята от груди.

282 Более того, гордость ее народа, князей людских,

283 позволила ей послать своего сына к Тинголу,

284 когда ее подгоняло отчаяние; но проводить свои дни

285 принятой из милости гостьей других, пусть даже эльфийских владык -

286 это ей было не по душе; и все еще жила даже тогда

287 в ее сердце надежда, что Хурин вернется,

288 и дорого ей было жилище, где он некогда жил.

289 По ночам она вслушивалась, не стукнут ли в дверь,

290 не послышатся ли шаги, которые она с любовью узнает;

291 Так что она не ушла, и судьба ее была предрешена.

292 Но танов Тингола она благородно поблагодарила,

293 и стыда не показала - что от прежнего великолепия,

294 чтобы наградить их за приход, мало богатств у нее осталось,

295 но отдала им в дар свои золотые вещи,

296 последние, что остались, и унесли послы с собой

297 шлем Хурина, изрубленный в битве,

298 когда бился он вместе с Бэрэном, своим братом по оружию,

299 против огров и орков, неприятелей злобных;

300 Покрыт он был рунами древних умельцев.

301 Она просила Тингола принять его и помнить о ней.

 

302 Так Халог, вассал ее, поход завершил, но эльфы,

303 Тингола таны, воротились в леса

304 и Морвин посланье чрез месяц пути,

305 ибо быстро они шли, было доставлено королю.

306 Тогда Мэлиан была тронута жалостью,

307 и принял вежественно ее дар король,

308 у которого глубокие подземелья были полны

309 эльфийскими арсеналами оружья старинного,

310 но он принял шлем так, будто сокровищницы его были скудны;

311 сказав: «Высока была глава, что носила эту вещь,

312 увенчанную знаком вздыбленного дракона,

313 что Талион Эритамрод, трижды прославленный,

314 часто нашивал в битвах с жестокими врагами».

315 Тут возникла мысль у Тингола в сердце

316 и позвал он Турина и сказал ему по приходе,

 

Стр. 14

 

317 что Морвин, его мать, великую вещь

318 прислала сыну, наследье отцово,

319 шлем, что закалили древние молоты,

320 и его создатели вложили в него магию

321 и цена его безмерна, а владелец его храним

322 от секиры сверкающей и клинка сбережен.

323 «Ло! Храни шлем Хурина до того, как возраст мужчины

324 не призовет тебя в битву; тогда отважно надень его»

325 И Турин коснулся его, но не взял,

326 слишком слабый пока, чтобы поднять такой вес

327 и сердце его восскорбело об ответе Морвин,

328 И первая из скорбей переполнила душу.

 

329 Так случилось при дворе Тингола,

330 где Турин остался на двенадцать долгих лет

331 с Гумлином, своим попечителем, который привел его туда,

332 когда семь лет свою скорбь возложили

333 на сына Талиона. Семь первых лет

334 был облегчен его удел, так как он время от времени узнавал

335 от странствующего народа, что творится в Хитлуме,

336 и правдивые эльфы рассказывали слухи

337 о том, что Морвин, его матери, становится легче жить;

338 они упоминали Ниэнор, которая теперь расцвела

339 нежной красотой стройной девицы.

340 Так сердце его знало надежду, и жизнь его была лучше,

341 там возрастал он чудесно и снискал хвалу

342 во всех землях, где Тингол почитался за лорда,

343 за телесную силу и отвагу сердца.

344 Много знания он приобрел и любил мудрость,

345 но судьба потворствовала ему в немногих желаниях:

346 часто оборачивалось вкривь и во зло то, что он делал;

347 что любил – то терял, чего желал – не обрел;

348 и крепкую дружбу обретал он с трудом,

349 Нелегко было любить его, так как вид имел печальный.

350 Был он редко радостен, угрюмый сердцем

351 ибо печаль разлуки опалила его юность.

 

352 На пороге зрелости он многого добился

353 во владении оружием; и в творении песен

354 он владел уменьем менестреля, но не было в том веселья,

355 ибо он скорбел о невзгодах людей Хитлума.

356 И впоследствии еще более возросла его скорбь,

357 когда с холмов Хитлума перестали приходить слухи,

 

стр. 16

 

358 и ни один странник не приносил вестей от Морвин.

359 Ибо в те дни близился Рок Гномов

360 и мощь Князя Народа Ада,

361 жестоких гламхот, быстро росла,

362 пока земли Севера не стали исполнены их шума,

363 и они несли огонь и гибель народам,

364 которые не склонялись пред Бауглиром, или переходили границы

365 темного Дорломина с его страшными соснами,

366 что люди кличут злополучным Хитлумом.

367 Там Моргот их затворил, и Тенистые Горы,

368 отгородили их от фэери и народа лесов.

369 Даже Бэлэг не ходил в такие далекие пределы,

370 как некогда было у него в обычае, и леса полнились

371 армий Ангбанда и деяний злых,

372 и убийство бродило у пределов Дориата;

373 только могущественные чары королевы Мэлиан

374 Сокрытый Народ от разоренья хранили.

 

375 Чтобы утишить скорбь и утолить гнев

376 и ненависть сердца из-за скорбей своего народа,

377 взял тогда наследник Хурина шлем своего отца

378 и оружие тяжкое для вооружения людей,

379 и пустился в леса с эльфийскими воинами;

380 и в бой далеко носили его ноги,

381 в черную битву, хотя годами он был дитя.

382 Раньше возмужания встречал он и убивал

383 орков Ангбанда и злых тварей,

384 что бродили и рыскали у границ королевства.

385 Тяжка была его жизнь, и не избежал он и ран,

386 получал раны от стрел и для войны созданный мечей,

387 и доблесть его была доказана, и слава возрастала,

388 и несмотря на годы, заслужил он честь,

389 ибо он отводил руку погибели

390 от Тингола подданных, и Тху его боялся -

391 Тху, кто воцарился как могущественнейший из танов

392 под рукой Моргота Бауглира; кому сей великий приказал:

393 «Ступай, опустоши королевство вора Тиногла

394 и разрушь магию королевы Мэлиан».

 

395 Лишь один был более велик в войне,

396 и больше в чести в сердцах эльфов,

397 чем Турин, сын Хурина, необузданный в битвах, –

 

Стр. 17

 

398 а именно охотник Бэлэг из Сокрытого Народа

399 сын дикого леса, кто не знал родителя

400 (чтоб согнуть его лук из черного тиса,

401 ни у кого не хватало силы) – несравненный в знании

402 тайн леса и усталых гор.

403 Он был возлюбленным вождем легковооруженных отрядов,

404 следопытов, что рыскали, презрев опасность,

405 далеко по горам логовища врагов;

406 и рассказы и слухи приносили вовремя

407 о лагерях и советах, о наступлениях и уходах -

408 обо всех передвижениях сил Моргота Ужасного.

409 Оттого Турин, который доверял мечу и щиту,

410 охочий до схваток с врагами лицом к лицу,

411 и военные отряды его храбрых товарищей

412 редко попадали в ловушки и нападали неожиданно.

 

413 Тогда слава битв на дальних рубежах

414 донеслась до двора Короля Дориата,

415 и истории о Турине прозвучали в его чертогах,

416 и как нестареющий Бэлэг стал братом по оружию

417 черноволосому мальчику из побежденного народа.

418 Тогда король призвал их предстать перед ним,

419 когда получится, когда ослабнут орочьи налеты;

420 чтобы те отдохнули и повеселились, и немного послушали

421 Тайных песен сынов Инга.

422 Вовремя подоспел Турин к трапезе Тингола -

423 там был долгий смех и громкий шум

424 пребольшой компании, что в изобилье пила мед,

425 мешая его с вином Дор-Виниона, что лилось щедро

426 в их золотые кубки; и великолепная еда

427 громоздилась на столах, в сиянии факелов

428 высоко укрепленных в тех залах, высеченных в камне.

429 Многие веселились там; и менестрели звонко

430 пели им песни о городе Тун,

431 что у Тайн-Гветиль, возносяшейся горы,

432 где великие боги восседают и смотрят на мир

433 от хранимых брегов залива Фэери.

434 И один запел об убийстве в Лебединой Гавани

435 и о проклятье, которое пало на роды с тех пор;

436 все сидели молча и беззвучно внимали,

437 и ждали продолжения – все, кроме одного -

438 человека среди эльфов, того, кого выносила Морвин.

439 Мало внимания обращал он на праздник

 

Стр. 18

 

440 на лэ и на смех, и казалось, находился

441 далеко отсюда, в темноте снаружи,

442 и прислушивался к звукам тихих мест,

443 к голосам, что исчезали под покровом ночи.

444 Он был гибок и худ, и волосы его были в беспорядке,

445 и лесной траур носил он – коричневый,

446 серый и зеленый, и нарядного самоцвета

447 или золотой безделушки не знала его одежда.

 

448 Там был эльф – Оргов – из древнего народа,

449 что заблудился в этих землях, когда долгий поход

450 от Куивиэнэн спокойных вод

451 был предпринят в сумраке тьмы среднего мира,

452 до того, как свет вознесен над землей;

453 Но кровь гномов тоже была примешана в его жилах.

454 Он был близким родичем короля Дориата -

455 выносливый воин-охотник с отважным сердцем,

456 но скор был он на смех и несдержан на язык,

457 и гордость его превышала отвагу в битвах.

458 Более всего он был охоч до красивых одежд,

459 до самоцветов и алмазов, и ревновал к тем,

460 кого ставили перед ним самим.

461 Ныне одетый роскошно в блестящие цвета,

462 сидел он на почетном месте, утвержденном

463 недалеко от короля и королевы, и близко к Турину.

464 Когда оба они были за столом, он то и дело поддевал его,

465 беспечно, со смехом, за его лишенные любви пути,

466 за неопрятную одежду и неухоженные волосы,

467 но Турин, не обращая внимания, не поворачивал головы

468 и не тратил слов на остроты Оргова.

469 Но сегодняшним праздничным днем он был еще мрачнее,

470 чем обычно, и от него труднее было добиться слов;

471 ибо прошло двенадцать долгих лет

472 с тех пор, как на Морвин, свою, мать, сквозь пелену слез

473 он взглянул в последний раз, и длинные тени

474 леса скрыли его исчезающий дом;

475 и он мало говорил, а с Орговом – и вовсе нет.

476 Тогда веселье глупца еще больше обуяло,

477 до величайшей остроты отточились его насмешки

478 над грубой одеждой и нечесаными волосами

479 Турина, только прибывшего из непролазного леса.

480 Он элегантно извлек дорогое сокровище,

 

Стр. 19

 

481 золотой гребень, который носил с собой,

482 и предложил его Турину; но тот не взглянул на него

483 не снизошел вниманием и не слушал Оргова

484 который, сильно пьяный, не взирал на такое пренебрежение:

485 «Да ты не знаешь ни что тебе нужен гребень,

486 ни как им пользоваться, - сказал он, - слишком юным ты вышел

487 из-под опеки своей матери, до того, как она

488 научила тебя ухаживать за спутанными прядями -

489 если, конечно, женщины Хитлума не так же дики и лишены любви,

490 грубы и неухожены, как их сыны-изгои».

491Тогда пламенная ярость, как огонь вспыхнувший,

492 родилась из горечи его израненного сердца;

493 белый гнев пробудили слова насмешки

494 над женщинами Хитлума, что умывались слезами;

495 и тяжелый рог, лежавший под рукой,

496 украшенный золотом, рог для доброго питья

497 не сознавая своей силы, подвигнут гневом

498 схватил он, и с размаха быстро бросил его

499 в лицо Оргову. «Ты, глупец, - сказал он, -

500 заткни рот вот этим, и ко мне более

501 не обращай своей болтовни, порожденной вином» -

502 но лицо того было разбито, и упал он назад,

503 и сильно его голова ударилась о камень

504 пола, выложенного плитами, средь бутылей и сосудов

505 с перевернутого стола, что обрушился на него,

506 ибо он схватился за стол, падая; и более не придирался,

507 умолкнув в смерти. Онемели все

508 на скамьях за столом; в полном изумлении

509 они поднялись вкруг него, и с сокрушением сердца

510 он взирал, ошеломлен, на свое прискорбное деяние,

511 на свою запятнанную вином руку, изумленными глазами

512 наполовину понимая. На пятках он развернулся

513 и устремился в ночь; и никто не остановил его,

514 но некоторые наполовину извлекли мечи из ножен,

515 они были родичи Оргова – но из почтения к Тинголу

516 не посмели их обнажить, покуда король в оцепенении

517 с каменным лицом взирал на своего убитого тана

518 и не подавал им ни знака. А убийца устало

519 омыл свои руки в потайном потоке,

520 что лился пред воротами, не сдерживая слез:

521 «Кто наложил, - вскричал он, - проклятье на меня?

 

Стр. 20

 

522 ибо все, что я делаю – во зло, и теперь я изгой,

523 в горьком изгнании, повинный в убийстве,

524 я должен бежать из чертогов своего приемного отца,

525 и никогда не видеть возлюбленную госпожу» -

526 да, его сердце теперь влекло его в Хитлум,

527 но на такой путь он не осмелился, чтобы не привлечь гнева

528 эльфов, которые пойдут за ним, и их ярость возгоревшаяся

529 не направила их пики, несмотря на Моргота,

530 на холмы Хитлума, чтобы выследить его;

531 чтобы удел более ужасный, чем они когда-то претерпевали,

532 не постиг его мать и Деву Слез.

 

533 В самых дальних долах Дориатского леса,

534 в темнейших падях на его страшных границах,

535 в спешке он спрятался, чтобы преследователи не догнали его;

536 и они не отыскали его следов, те, кто шел следом,

537 таны Тингола; кто тридцать дней

538 искал его в скорби, разыскивал напрасно

539 безо всякого злого намерения, лишь неся прощение

540 от престола Тингола в Тысяче Пещер.

541 Он на совете вынудил род Оргова

542 позабыть свою скорбь и прощенье явить,

543 причиной горя называя слова

544 эльфа Оргова; он сказал: «Пришел час

545 душе его – взыскивать горестного пути

546 в дол глубокий Ожидания Мертвых,

547 там должен он трижды тысячу лет размышлять

548 в сумраке Гуртронда над своей жестокой шуткой

549 До того, как явится он в Фаэри снова пировать».

550 Тем не менее распахнул он двери собственных сокровищниц

551 и щедрые дары золотом и драгоценными камнями

552 дал сыновьям убитого; и его народ

553 счел сие деянье благим. Но об этом приговоре короля

554 Турин не знал, и что обратились против него

555 руки эльфов, он, к несчастью, считал,

556 со скорбью в сердце в лесах скитаясь;

557 ибо рок судил, что народу пещер

558 приюта не дать боле отпрыску Хурина.

 

Стр. 29

 

II

БЭЛЭГ

 

559 Долго жил он один в холмах,

560 На зверя охотясь, ненавидя людей,

561 и орков, и эльфов, пока изгои

 

Стр. 30

 

562 там один за другим, яростные и отчаянные,

563 вокруг него не собрались; и, скитаясь вдали,

564 Их боялся равно враг и старый друг.

565 Ибо пылало от ненависти сердце Турина,

566 Друга в нем не находил народ Тингола,

567 Коли встречал он таких в цитадели леса.

 

568 Там Бэлэга отважного на границах Дориата

569 Они встретили и сразились с ним – и немногие с ним были,

570 И превосходящим числом связали его наконец,

571 До тех пор, пока их командир не вернется в лагерь под вечер.

572 Вдалеке от этой схватки судьба тем днем

573 вела Турина по следу орков,

574 которые спешили домой в Чертоги Железа,

575 с добычей, награбленной в землях людей.

576 Но вскоре доложили ему, что некоего слугу Тингола

577 привязали они к дереву – и Турин, явившись,

578 узрел пораженно суровое лицо

579 Бэлэга отважного, своего брата по оружию,

580 от которого научился он искусству стремительных мечей,

581 и изогнутого лука, и колючей стрелы,

582 и тайному знанию диких лесов,

583 когда мешали они в битве кровь своих ран.

 

584 Тогда сердце Турина отверглось ненависти,

585 и повелел он развязать Бэлэга-охотника.

586 «Ступай теперь, ты свободен! Но если что-нибудь от дружбы

587 Сохранилось в твоем сердце к сыну Хурина,

588 не рассказывай никому, что Турина ты видел

589 ненавистным изгнанником от эльфов и людей,

590 коего таны Тингола до сих пор жаждут убить.

591 Не предай моего доверия или своей былой верности!»

592 Тогда Бэлэг Лука обнял его -

593 он не был на пиру и при гибели Оргова -

594 и поцеловал с любовью, говоря утешительно

595 «Ло! Ничего не знаю я из новостей, о которых ты сказал,

596 но в изгнанье или в чести, ты всегда останешься-пребудешь

597 Бэлэгу братом, в бедах иль в радости

598 Но мало мне по нраву, что твой стремительный меч

599 должен пить жизнь осажденных эльфов.

600 Или злобные орки стали столь редки,

601 Или враги Фэери столь трусливы сердцами,

602 что человеку-воину нечем заняться?

 

Стр. 31

 

603 Или враги Фэери будут людям друзьями?

604 Или ты изменил своим заветам, коим мы некогда верили?»

 

605 «Ни вооруженного орка, ни эльфа лесов,

606 Никого на земле не чту я и не люблю,

607 Бэлэг-лучник. Только этих разбойников

608 я считаю товарищами, моим родом по скорби

609 и одиночкой судьбе – а враги нам весь мир».

 

610 «Позволь луку Бэлэга присоединиться к твоей шайке

611 И смерть суля сыновьям тьмы,

612 Да отвергнемся мы скорби и горестей рока!

613 Наша доблесть не исчезла, не увяла слава,

614 Кою некогда мы завоевали в лесах прошлых дней».

 

615 Так надежда в сердце потомка Хурина

616 проснулась при этих словах; и пришлись они по нраву

617 храбрейшим из шайки, кроме одного Блодрина -

618 Блодрина, сына Бора, кто лишь крови и денег

619 одних вожделел, и мало ему было дела,

620 кого он грабил или лишал жизни

621 эльфа ли, орка; но он не раскрыл

622 мыслей своего сердца. Звучала арфа

623 там, где костры горели, и пылающие дрова

624 сосновые пылали посреди их лагеря,

625 где довольные люди собрались в доброй дружбе,

626 когда спустился сумрак на мрачный лес.

627 Тут звонкая песня, внезапно воспарившая -

628 и сумрачные деревья, вздымавшиеся во мраке, прислушались -

629 полилась: о разорении Королевства Богов,

630 о бедствиях Гномов в Узком Проходе

631 О Фангроса битве, Фэанора сынов

632 Обете незыблемом. Тут Бэлэг восстал:

633 «Чтобы наша похвальба и наши обеты вовек не стали тщетны,

634 как они поклялись, те семь вождей,

635 поклянемся и мы клятвой нерушимой

636 как высокая гора Тайн-Гветиля!»

637 Они обнажили клинки, как кровь горевшие

638 в пламени костров, пока воздевали их и соединяли вместе.

639 и единым гласом были сказаны слова,

640 и клятва прозвучала, которой нельзя отменить

641 и ослушаться вовеки, узы верности

642 и братства по оружию, и верности в опасности.

 

Стр. 32

 

643 Так в лесах снова пробудилась война

644 с врагами Фэери, и слава ее повсюду,

645 и страх того братства ныне распространился

646 когда слышался охотничий эльфийский рог,

647 сотрясались леса и широкие долины.

648 Мечи обнажались, звенели тетивы луков,

649 и стрелы летели, пущенные из теней,

650 и сыны тьмы умирали, поверженные;

651 даже в Ангбанде трепетали орки.

652 И слух разнесся по лесным дорогам,

653 что Турин Талион вернулся к войне;

654 И Тингол услышал об этом, и его таны поспешили

655 чтобы привести потерянного с любовью в его чертоги;

656 но судьба его сложилась так, что они его не нашли.

657 Мало золота обрели они в сей мрачной борьбе

658 лишь утомительные дозоры и раны в награду;

659 но к разбойничьим набегам не возвращались они более,

660 отгоняя от фэери демонов Ада.

661 Но Блодрин, сын Бора, жаждал добычи,

662 громкого смеха беззаконных дней,

663 и обильной пищи, и кубков меда

664 наполняемых вновь и вновь, и бутылей вина,

665 что текло как вода на их бурных пирушках.

666 И сказание говорит, что, похищен в детстве,

667 был притащен он карлами в их подземные чертоги,

668 и взращен был в Ногроде, и ничем был не подобен,

669 кроме крови и рождения, блаженным эльфам.

670 Его сердце ненавидело потомка Хурина

671 и лучника Бэлэга; так что, улучив время,

672 он бежал из братства и лесных укрытий

673 к безжалостным оркам, чьи лунно-бледные

674 жестоко изогнутые клинки не обходятся без убийств;

675 алчность к золоту ни у кого не пылает так сильно,

676 кроме только голодных сердец адских драконов.

677 Он нарушил слово; сделался предателем

678 и лесной оплот своих братьев по оружию

679 открыл он оркам, презрев свою клятву.

680 На них напали и одолели превосходящими силами,

681 предательски схваченные ночной порой,

682 когда костры погасли, и немногие бодрствовали -

683 некоторые более не проснулись, и ни шум неистовый,

684 ни крики, ни проклятия, ни лязг стали

 

Стр. 33

 

685 не донесся до ушедших в долины смерти.

686 Но Турина взяли живым, хотя стоя несокрушимо

687 рядом с Охотником, он разил своих врагов,

688 Как медведь на ловитве средь рычащих гончих,

689 не обращая внимания на раны; по приказу Моргота

690 все же взяли его живым, его члены обвив

691 волосатыми лапами и отвратительными руками.

692 А Бэлэг был погребен под телами павших

693 когда, тяжко раненый, он лишился чувств;

694 и все кончилось, и торжествовали орки.

695 Рассвет, бледно разгоревшийся над Дориатом,

696 увидел Блодрина, сына Бора, стоящим у бука

697 с горлом, насквозь пронзенным стрелой,

698 чье оструганное древко, смазанное ядом

699 и оперенное, глубоко вошло в дерево.

700 Он продал кровь своих братьев за золото

701 так ему была отмеряна награда – в темноте волей случая

702 Орочья стрела вернула его клятву обратно.

 

703 От магии Мэлиан, морока тканого

704 влачили злосчастное чадо Хурина,

705 чтоб судьбы не избег своей; все ж не быстро шли они

706 пути их тяжкого все тянутся лиги

707 чрез холмы и лощины – к возвышенностям,

708 где пики и вершины безжалостного камня

709 маячащие в высоте, окутаны облаками

710 и скрыты дымами густыми и черными;

711 где Эйглир Энгрин стоят, железные

712 над темницами мрачными, подземельями адскими,

713 что в устоях устроены утесов грохочущих

714 Тангородрима страх наводящего.

715 Туда шли они, нагруженные добычей и злобные;

716 но Бэлэг все дышал, мокрый от крови,

717 без сознания, покуда солнце не подошло к югу

718 и глаза дня не раскрылись широко.

719 Тогда очнулся он, дивясь, и рыдания охватили его,

720 и к Турину Талиону направились его мысли,

721 которого видел он в битве поверженным и связанным.

722 Тогда выбрался он из-под трупов, что его покрывали,

723 изможденный, раненый, слишком слабый, чтобы встать.

724 Так таны Тингола жаждущим и истекающим кровью

725 нашли его в лесу: его судьба не желала,

 

Стр. 34

 

726 чтобы испил он напиток смерти от рук врагов.

727 И принесли его назад в горькой муке

728 поведать вести в освещенных факелами чертогах

729 короля Тингола; в Тысячу Пещер

730 чтобы исцелиться под волшебными дланями

731 Мэлиан Маблуи, лунно-сияющей королевы.

 

732 Не прошло и недели, как раны его исцелились,

733 но бремени с его сердца те снежные руки

734 не сняли и не облегчили, и обременен скорбью

735 он отправился в лес. Не искал он товарищей

736 в своем безнадежном рискованном деле, но спешно в одиночку

737 пошел он по следам врагов земли эльфов,

738 пренебрегая опасностью и жестокой мукой,

739 что держали сердца людей Хитлума

740 и смелейших из Дориата в постоянном страхе.

741 Несравненным среди людей, или владеющих магией

742 Эльфов, или охотников орочьего народа,

743 или хищных зверей, что жаждут крови,

744 было его искусство и ловкость – что холодный и давний

745 невидимый след помогало почуять на камне,

746 отпечатки ног отыскать на лесных тропах,

747 что едва отпечатаны были на листве много лун

748 тому назад и смыты ветреными дождями.

749 Жестокие Гламхот, рати гоблинов

750 ходят хитрым образом, но его искусство не подвело

751 в том, чтобы проследить их путь до темных земель,

752 где свет угасал в неведомых землях.

753 Ночь без рассвета покрывала сетью, опутывала

754 черные ветви нависающих деревьев;

755 удрученный едкими запахами соснового леса

756 одолеваемый дремотой по мере сгущения тьмы,

757 он брел без дороги. Звезд не было видно,

758 и луна была скрыта. Здесь магия умирала

759 в сгущавшемся мраке, где даже гоблины

760 (чьи зоркие глаза проницают темнейшие тени)

761 блуждают смятенно, теряя дорогу

762 и ощупью выбираясь на поляны, где маячат в сумраке

763 неохватными ставшие за века роста

764 высочайшие стволы зачарованных деревьев.

765 Эта огромная котловина народом эльфов

766 - Таур-на-Фуин, Бездорожным Лесом

767 Смертельной Тени Ночи зовется – страшным именем.

 

Стр. 35

 

768 Затерян и измучен, там Бэлэг лежал,

769 слушая дыхание ветра, стенавшего

770 в переплетении ветвей; и скрип сучьев

771 высоко над головой, где огромные крыла

772 сосновых крон невнятно стонали,

773 предсказывая недоброе. Там, скорчившись безнадежно

774 в смятении разума, призывая смерть,

775 внезапно увидел он слабое сияние,

776 свет, мерцающий вдалеке средь теней

777 как огонек светлячка, тускло светящийся.

778 Он подивился, что бы это могло быть, и тихо двинулся туда

779 ибо не знал он о несчастных Гномах, что работают в шахтах

780 в глубоких подземельях темного Моргота.

781 Несравненна их магия в работе с металлом,

782 кто самоцветы и алмазы, радовавшие Богов,

783 некогда создал, еще будучи свободными,

784 ныне же – тяжко труждающихся рабов, что работают без отдыха

785 в кузнях Ангбанда, и никогда им не позволено

786 отлучаться, постоянно охраняемым.

787 Но маленькие фонарики из прозрачных кристаллов

788 и холодного серебра тончайшим искусством

789 они мастерили загадочным образом, и постоянное пламя

790 светилось, не мигая, голубым и белым,

791 никогда не угасая. Искусство, которое зажигало их,

792 было тайной творцов самоцветов, ревностней всего хранимой.

793 Ни Моргота мощь, ни мука, ни подкуп,

794 не помогали вырвать у них это знание;

795 но все же огоньки и фонарики живого света

796 многочисленные и волшебные, они для Моргота создавали.

797 Никакая тьма не могла замутить их в глубинных странствиях;

798 чей рудник они освещали – те редко терялись

798 в бездонных пещерах или пропастях глубоко под ними.

 

800 Гнома он увидел на груде хвои

801 сосновой прикорнувшего, когда, настороженно вглядываясь

802 он подкрался ближе. Шкура, которой он покрывался,

803 сползла с фонарика живого света,

804 сиявшего рядом. Окутанное сном

805 его измотанное тревогой лицо было в тени.

806 Чтобы в сетях беспробудного сна,

807 сплетавшихся вокруг него в этих темных местах,

808 он навек не остался лежать, одинок и потерян,

809 Охотник окликнул его в молчащем лесу -

 

Стр. 36

 

810 в дремотные бездны его глубокого сна

811 вечно преследующий страх резко ворвался;

812 как неистовая молния, вскочил он на ноги,

813 уверенный, что страх и смерть его настигли,

814 Флиндинга го-Фуилина, бежавшего в муке

815 из подземелий Моргота. С изумленьем услышал он

816 древнюю речь эльфов Туна;

817 и обнял его Бэлэг Лучник,

818 и узнал его родословную и злую судьбу,

819 как, попавший в рабство с толпою пленников,

820 разлученный с родичами и с пещерными чертогами,

821 известными средь гномов как Нарготронд,

822 долгие годы трудился тот под ударами бичей и цепов

823 жестокосердых балрогов, выжидая время.

824 Не утаил он истории ужасного побега

825 через пылающие горы и дымящиеся лощины,

826 по выжженным дюнам Равнин Засухи,

827 тогда в его сердце появилась надежда и бдительность ослабла.

828 «Тогда Таур-на-Фуин оплел мои ноги

829 паутиной путей; и безумие мной овладело,

830 так что блуждал я без мыслей, неосторожно оступаясь,

831 натыкаясь на стволы столпившихся сосен

832 в бессильном гневе – и меня услышали орки.

833 Они стояли лагерем на поляне, совсем близко -

834 я чудом не вышел туда. Дорога, по которой они шли,

835 проложена, широкая, через черные тени,

836 чародейством защищенная от странствующих эльфов;

837 Но знают они страх Смертельной Тени Ночи,

838 и только в большой спешке ходят этим путем.

839 И яростные крики и шум голосов

840 поднялись в лесу, и оперенные стрелы

841 из роговых луков засвистели вокруг меня;

842 и шаги преследователей, проворные и тихие,

843 зашуршали и затопотали по сосновым иглам;

844 и волосатые руки, и жадные пальцы

845 в сумраке шарили, я же, ослабев, упал ниц и лежал

846 пока они, наклонившись, не отыскали меня. Быстро меня схватили

847 избитого, истекающего кровью и сломленного духом,

848 смеясь, они повели меня, мои неверные шаги

849 ускоряя копьями. Грудами была навалено награбленное,

850 и бессчетные узники были скованы в их лагере,

851 и девы эльфийские рыдали в скорби.

 

Стр. 37

 

852 Один, за которым они следили, сторожили неусыпно,

853 был с суровым лицом, сильный и ростом высокий,

854 как люди Хитлума с туманных холмов.

855 Он был растянут и привязан к кольям

856 жестокими узами, но оставался храбр сердцем,

857 уста его не просили милости Моргота,

858 но проклинали врагов. Его стали жестоко бить.

859 Тогда он выкликнул – так же звонко, как голос охотника,

860 зовущего своих гончих в лощинах

861 знаменитое имя благородного короля,

862 которого забывчивые люди почти не помнят -

863 Хурина Талиона, высокого Эритамрода,

864 Несгибаемого – ибо оркам и балрогам

865 и мощи Моргота на горе до сих пор

866 он бесстрашно бросает вызов, на клыке скалы

867 Расколотого громом Тангородрима».

 

868 В яром гневе вскочил тут Бэлэг,

869 плача и взывая, позабыв о Флиндинге:

870 «Турин, Турин, мой названный брат,

871 злым оковам неужто я оставлю тебя

872 и темным вратам Адских Глубин?»

 

873 «Ты разделишь с ним путь в пасть скорби,

874 безумный лучник, если твой яростный крик

875 донесется до орков; их уши кошачьих

876 лучше слышат, и хотя лагерь,

877 где я видел все это, отсюда в дне пути,

878 кто знает – если они сейчас преследуют гнома

879 что сбежал из их лап, пресмыкаясь, как червь

880 ползком по земле, которого они бросили, истекающего кровью,

881 в смертельном бесчувствии в нечистоты и слизь

882 Своего смрадного логова. Свет Валинора!

883 И вы, славные Боги! Как горят их глаза,

884 как красны их языки!» «Все же вырву я Турина

885 из их жадных лап, или буду оттащен в Ад,

886 или усну вместе с убитыми в долине Смерти.

887 Твой светильник поведет нас, вновь зажжет мое умение

888 и хитроумное лесное искусство!» «Неразумный охотник,

889 Твои слова безумны – бессонные волки

890 и магия охраняют их несчастных узников;

891 их стрелы не промахиваются; ледяная сталь

892 их изогнутых клинков не тупясь рассекает

 

Стр. 38

 

893 кольца кольчуги; пронизывать мрак

894 способны их глаза; их ужасный смех

895 леденит плоть! Я туда не пойду,

896 ибо страх сковывает меня в Лесу Ночи:

897 лучше во тьме умереть, потерянным, заблудившимся,

898 чем по собственной воле пойти на скорбь и муку!

898 Пути я не знаю». «Или ослабли колени

900 у Флиндинга го-Фуилина? Или свободнорожденный гном

901 покажет себя как трусливый раб,

902 кто, дважды захваченный, дважды спасся?

903 Вспомни же мощь и радость прошлого,

904 славу Гномов Нарготронда!»

 

905 Так Бэлэг-лучник говорил, храбросердый,

906 но Флиндинг поборол страх своего сердце

907 и дал разгореться огоньку своего голубого светильника,

908 который теперь пылал еще ярче. В темных лабиринтах

909 заплутав, они блуждали, устало взыскуя,

910 меж высоких древесных стволов, безмолвно высившихся

911 или поваленных, загораживая путь; слепо спотыкаясь

912 о каменно-твердые корни, мучительно корчившихся;

913 и впадая в тяжелый сон от неясных запахов

914 пока не утратили надежду. «Чу, прислушайся, Флиндинг;

915 то голоса без тел, неясные и далекие,

916 приглушенная поступь шагающих ног

917 крадущихся тайно, нарушает безмолвие».

 

918' «Я не слышу шума, - отвечал гном,

919' твоя надежда тебя обманывает» - «Я слышу, как цепи

920 звенят и скрипят, как натягиваются веревки,

921 как волки крадутся по старым тропам.

922 Я чувствую запах крови, которой измазаны клинки,

923 что жестоки и изогнуты; каркающий смех -

924 вот, слушай! – громче и громче становится», -

925 сказал охотник. «Я не слышу ни звука,

926 молвил Флиндинг испуганно. «Тогда следуй за мной!» -

927 с натянутым луком ответил Бэлэг, -

928 «Мое умение проснулось, моему искусству не нужно,

928 чтоб нас вел твой светильник». Быстро вскочив,

930 он исчез в тенях; с прикрытым светильником

931 Флиндинг пошел за ним, и лесная тьма

932 и дремотный сумрак медленно плыл,

933 отступая от них бегущими тенями,

 

Стр. 39

 

934 и уменьшалась его магия, пока они не узрели, дивясь,

935 что достигли его границ. Там черно разверзшийся

936 открылся им арочный проход. Древними стволами

937 он был сумрачно обрамлен, которые в далекие дни

938 разбила молния; ныне изгибались, иссохшие,

939 их члены, покрытые проказой лишайника, вырваны с корнем.

940 Как тени летучие мыши, пронзительно визжа,

941 носились туда-сюда, рассекая воздух,

942 когда они беззвучно подкрались. Неверный свет

943 слабо сочился, и, взглянув на Север,

944 узрели они над лигами земель скорби,

945 над унылыми голыми валунами, над волдырями дюн

946 и над пыльной засухой Дор-на-Фауглита;

947 за этой Равниной Жажды – грозные пики,

948 ныне серо виднеющиеся сквозь зловещую арку

949 подступающей мощи Железных Гор,

950 и неясные, далекие в колеблющемся сумраке

951 грозовые башни Тангородрима.

952 Но, широкая, сквозь черные тени

953 от этих темных врат вилась сумрачная

954 древняя орочья дорога, и как раз когда они смотрели,

955 тишину внезапно ужасные звуки

956 позади них разорвали, и дрожащее эхо

957 отозвалось издалека. Ноги топотали,

958 позвякивали доспехи и оружие, и тревожный ропот

959 голосов бестелесных под сводом мрака

960 все приближался. «А! Теперь я слышу, -

961 сказал Флиндинг испуганно. «Скорее бежим

962 от ненависти и ужаса и чудовищных лиц,

963 от горящих глаз и неумолимой поступи!

964 Ах! Увы мне, что пошел я с этим безумным охотником!»

 

965 Тогда забилось в груди, предчувствуя недоброе,

966 в непривычном страхе бесстрашное сердце

967 Бэлэга Храброго. С побледневшими щеками

968 в увядшем папоротнике и легких сухих листьях

969 бурого орляка они глубоко залегли,

970 где ров был прорезан, сырой и темный

971 на границах леса сочащейся водой,

972 текущей вниз, чтоб иссякнуть на засушливой равнине.

973 И едва они спрятались, как рать на глаза

974 из-за темного поворота в тенистый сумрак

 

Стр. 40

 

975 вышла неожиданно быстрой тяжелой поступью

976 множества ног по палой листве.

977 Ряд за рядом безжалостных копий

978 шло это войско, устало спотыкающихся

979 бессчетных узников, безжалостно нагруженных

980 залитой кровью добычей, в железных оковах,

981 тащили они за собой, держа их под стражей

982 всадников на волках и волков Ада.

983 Их гибельный путь дымился от слез:

984 много чертогов и поселений, много тайных убежищ

985 лордов гномов, осажденных в ночи,

986 их подавляющая мощь лишила радости,

987 много прекрасных вещей осквернила, и поля залила

988 Отважнейшей кровью убитых бойцов.

 

989 В военную рать злобный орочий отряд

990 который Блодрин, сын Бора, привел себе на беду

991 к границам леса, соединившись с ордами,

992 спешившими домой в чертоги скорби,

993 быстро разросся в сметающий все на пути мор.

994 Как грохочущий гром в грозных глубинах

995 глухих облаков, хмурящихся мраком,

996 внезапно грянула ужаснейшая песня,

997 и адским гимном они приветствовали свой дом;

998 начатый передними отрядами свирепых копейщиков,

999 которые увидели средь дымов огромную и черную

1000 тройную вершину Тангородрима,

1001 он был подхвачен задними, мрачно громыхая,

1002 как барабаны в далеких пустых пещерах.

1003 Тут взвыл волколак; и прогремело слово,

1004 как сталь по камню; во множестве вознеслись

1005 их копья и клинки, воздетые часто

1006 как поля дикой пшеницы в землях бога войны,

1007 с остриями, что бледно пронизывали сумрак.

1008 будто колеблемые ветром, они дружно колыхались

1009 и склонялись, когда отряды размеренной поступью

1010 двинулись, безрадостные, из мрачных лесов,

1011 от безверхих стволов Таур-на-Фуин,

1012 под покрытые струпьями члены клонящихся ворот.

 

1013 Тогда Бэлэг-лучник, залегший в орляке,

1014 смотрящий сквозь листья на ненавистные рати,

1015 увидел Турина статного, когда тот еле тащился вперед

 

Стр. 41

 

1016 под кнутами орков, свистевшими над ним,

1017 и ярость поднялась в его гневном сердце,

1018 и пронзительная жалость исторгла наружу слезы.

1019 Гимн утих; войско исчезло

1020 спускаясь к аду по заднему склону горы;

1021 и безмолвие опустилось, медленное и гнетущее,

1022 меж стволов деревьев Таур-на-Фуин,

1023 и приближавшаяся ночь подползла извне еще ближе.

 

1024 «Иди за мной, Флиндинг, из проклятого леса

1025 Поспешим ему на помощь, если надобно – и в Ад,

1026 или к смерти от стрел ужасных Гламхот!»

1027 И Бэлэг, как безумный, выскочил из зарослей,

1028 как олень, выгнанный лающими псами

1029 из своего укрытия в холмах и низинах;

1030 И Флиндинг, полон страха, последовал за ним

1031 в разверзшиеся врата; сквозь заросли тиса

1032 по топям и полям, через переплетения кустов,

1033 пока скал не достигли и вересковых пустошей

1034 и бесприютных болотистых пустошей, что уныло спускались

1035 к душным дюнам Дор-на-Фауглит.

1036 В углублении на холодном склоне горы,

1037 чей неровный край уныло и скудно обрамляли

1038 кривые кусты, скорчившиеся от боли

1039 под клинком северного ветра, внизу под ними

1040 располагался лагерь, где пировали их враги;

1041 жаркие вспышки дымящих факелов

1042 и черные фигуры в пламени они увидели,

1043 бессчетные, мелькающие, и крики услышали,

1044 И голодных волков отдаленный вой.

 

1045 Вот луна поднялась над плывущими туманами,

1046 и резкое сияние холодного лунного света

1047 четче обрисовало тени в глубоких расселинах

1048 и перечеркнуло склоны косыми полосами черноты;

1049 клубами вздымавшийся дым костров

1050 преобразился в трепещущие извивы серебра.

1051 Потом огни угасли, и враги заснули

1052 пьяным сном. Ни одного часового не следило,

1053 и стража не окружала их – что проку было

1054 ставить бдительную охрану в этих иссохших землях

1055 близ Эйглир Энгрин, куда очи Бауглира

1056 Взирали бессонно от врат Адовых?

 

Стр. 42

 

1057 Не блестят ли то немигающие глаза волколаков

1058 в бледном лунном свете – волков, что не спят,

1059 что сидят кругами, с мокрыми от слюны языками

1060 вокруг лагеря или стоянки жестоких Гламхот?

1061 Содрогнулся Бэлэг, и немигающие глаза

1062 едва не заледенили ему мозг в костях, сковывая плоть

1063 неизмеримым страхом, пока распластавшись на земле

1064 он лежал за валуном. Ло! Черные облака

1065 нахлынули, как дым, с кромешного севера

1066 и скрыли пеленой свет дрожащей луны

1067 налетел стонущий ветер от скорбных гор,

1068 и унылая вересковая пустошь шипела и шелестела;

1069 и послышались слабые стоны мучимых несчастных

1070 из проклятого лагеря. Дрожь его усилилась,

1071 когда встал он на ноги и взялся за лук

1072 крепкий, с роговыми кончиками, искусной рукою

1073 сработанный из черного тиса, с медвежьими сухожилиями

1074 на него туго натянутыми; сил, чтоб натянуть его,

1075 не хватило бы ни человеку, ни эльфу без помощи магии

1076 которой Бэлэг-лучник ныне один владел.

1077 Орочьи стрелы не били так метко,

1078 как его оструганные древки, способные поразить цель

1079 различимую едва-едва, пока ее не скрыл сумрак.

1080 И извлек он Дайлир, свой дрот любимый;

1081 как бы далеко она ни летала, или ни падала незамеченной,

1082 и не ища, он находил ее с целыми оперением

1083 и пропилом неповрежденным (пока наконец она не сломалась)

1084 и стремительно лететь он приказал этому оперенному

1085 древку с жалом змеиным, натягивая тетиву

1086 проворно на рог лука, и голой рукой

1087 оттянул ее до уха. Воздух засвистел

1088 и отпущенная тетива зазвенела за стрелой,

1089 и беззвучно часовой пал под нею -

1090 то был один из волков, что больше не проснулся.

1091 И стрелы вослед он пускал стремительно

1092 и те не промахивались мимо цели, и беззвучно сеяли

1093 смерть во мраке, ужасно жаля,

1094 пока трое волков с пронзенными горлами

1095 не пали, а четверо – с быстрокрылыми

1096 стрелами, трепетавшими в их потухших глазах.

1097 Велика была брешь, открывшаяся в кольце стражи,

1098 и Бэлэг выпрямил лук и сказал:

 

Стр. 43

 

1099 «Пойдешь ли в лагерь, друг Флиндинг,

1100 или подождешь меня, наблюдая? Если случится беда,

1101 ты мог бы добраться сквозь леса к дому с вестью

1102 для короля Тингола – о том, чем мои поиски увенчались,

1103 как Турин статный одолен был роком,

1104 как Бэлэг Лучник судьбу свою встретил».

1105 Рек Флиндинг горячо, хотя страх сотрясал его:

1106 «Я прошел за тобой далеко, лесной странник,

1107 и теперь тебя не оставлю, не расторгну наш союз!»

1108 Тогда и лук, и меч Бэлэг оставил там,

1109 вместе с расстегнутой перевязью схоронил в кустах

1110 темной густой поросли в лощине поодаль;

1111 а Флиндинг оставил там свой мерцающий светильник

1112 и подкованные башмаки, и один только нож

1113 взял с собой, чтобы без труда можно было тихо красться.

 

1114 Так эти храбрецы в страхе вниз по нагому склону

1115 к лагерю карабкались, ползли осторожно

1116 и решились на подвиг давних дней,

1117 чья слава прошла сквозь врата земли

1118 и песни о том поются, звеня непрестанно,

1119 где бы эльфы ни собрались в древних землях

1120 разделить свет или смех в последующие дни.

1121 Сдерживая дыхание, на краю дола

1122 они стояли и всматривались сквозь обманчивые тени,

1123 пока не разглядели места, где круг бессонных глаз

1124 был разомкнут; с замирающими сердцами

1125 они миновали место, где пронзенные и истекающие кровью

1126 валялись волки, крылатой смертью

1127 незримо пораженные; как беззвучный дым

1128 они тихо проскользнули сквозь дремлющую толпу

1129 как смутные призраки, проходящие незримо

1130 из тени в тень, пока их не привели Боги

1131и искусство и знания мудрого охотника

1132 к Турину статному, туда, где лежал он, брошен на землю,

1133 лицом вниз в вонючей грязи,

1134 с путами на ногах, и крепко оковами

1135 боль скрутила за спиной его руки.

1136 Спал он или был без чувств, погруженный в забвение

1137 снадобьями тьмы, губительно смешанными;

1138 он не услышал их шепота; никакая надежда не пробуждала его

1139 не нарушало сна и глубокое отчаяние;

 

Стр. 44

 

1140 Разбудить его разум было не под силу никаким словам.

1141 Никакое лезвие не могло разрубить его оков,

1142 хотя Флиндинг потянулся за кованым ножом

1143 из стали карлов, своим великолепным кинжалом

1144 который носил на поясе в бодрствовании и во сне:

1145 его лезвие бесшумно разъедало железо,

1146 как ком глины рассекает лемех.

1147 Был сработан он мастерами в царствах восточных,

1148 в черном Бэлэгосте, бородатыми карлами

1149 о чести забывшими; он предал его сейчас,

1150 ибо выскочил из ножен, когда через косматые прогалины

1151 и по грубо расколотым камням они путь держали.

 

1152 «Мы должны унести его любой ценой», -

1153 сказал Бэлэг, склоняя могучие плечи.

1154 И поднял он голову потомка Хурина,

1155 а Флиндинг го-Фуилин взялся за его ноги;

1156 То редкое деянье, ибо хоть в прошлые дни

1157 были складом телесным люди слабее,

1158 пока блага земли не перешли к ним от эльфов

1159 и хотя пока не состарилось солнце, эльфы

1160 еще не утратил мощи и под луной они не скитались

1161 призрачно-увядающие, на вид как тени,

1162 по местам безлюдным – все же не были те народы равны

1163 по кости и плоти, и по телосложению,

1164 а Турин был высочайшим во всех десяти родах,

1165 что в холмах Хитлума строили свои дома.

1166 Как бревно, они подняли его могучее тело,

1167 и с трудом, шатаясь, таясь в страхе,

1168 изогнувшись под тяжестью, с ломотой в костях,

1169 от жестоких спящих лагеря страха,

1170 где во сне копейщики растянулись, пьяные,

1171 рядом со своими лунно-бледными клинками, отточенными убийством,

1172 средь оструганных древков, грудами сложенных.

 

1173 Так Бэлэг отважный вывел их обратно,

1174 но нога его запнулась, и он почувствовал, что падает

1175  вместе с несомым Турином, и, задрожав, он толкнул

1176 Флиндинга вперед; замерев, лежали

1177 долго они, слушая, не поднимется ли тревога,

1178 не поднимется ли шум и гам – и сердца их сжимались;

1179 но не нарушилось дыхание спящих отрядов,

1180 пока тьма сгущалась к мертвой полночи,

 

Стр. 45

 

1181 и часу безжизненному, когда ослабшие души

1182 часто сбрасывают оковы дрожащей плоти.

1183 Тогда они осмелились перевести дыхание

1184 и снова оказались на ногах, на грязной земле,

1185 и снова согнули они оба спины,

1186 чтоб продолжить тяжкий труд, ибо Турин не пробудился.

1187 Рука же охотника была сильно поранена

1188 во время падения на землю блестящим острием

1189 так Дайлир, свою бесценную стрелу,

1190 он нащупал ногой, сломанную надвое

1191 и с пропилом погнутым: она сломалась наконец

1192 под его упавшим телом. Это предвещало недоброе.

 

1193 Как в смутном сне, от страха цепенея,

1194 они продвигались своим путем, медленно от усталости,

1195 шаг за шагом, пока судьба не позволила

1196 удалиться от того лагеря по меньшей мере на лигу,

1197 и они опустили свою ношу, задыхаясь и хватая воздух,

1198 на голое лоно земли и немного помедлили

1199 перед тем, как извилистым путем прокладывать дорогу

1200 вверх по крутым склонам в молчаливом усердии,

1201 истратив все силы на то, чтобы достигнуть

1202 темную лощину под густой порослью.

1203 Отыскав свой меч, песни магии

1204 над его заточенным лезвием эльфийским голосом

1205 там прошептал Бэлэг, пока сине мерцал

1206 светильник Флиндинга под сенью терний.

1207 Чудесным образом сплетал он заклятия остроты,

1208 и имена кинжалов и гномских клинков

1209 произнес он над мечом: и копье Огбара

1210 и клинок Гаурин, чей сверкающий взмах

1211 расколол скалы чертога Родрима;

1212 и меч Сайтнар, и серебряные клинки

1213 зачарованных детей, из цепей скованные

1214 в их глубоком подземелье; и кинжал Наргиль,

1215 клинок севера, откованный в Ногроде;

1216 и даже все сметающий серп бушующей бури,

1217 стремительный клинок сверкающей молнии,

1218 сам Кэлэг Айторн, что рассечет весь мир.

1219 Потом со свистом прокрутил он заточенное лезвие

1220 и трижды три раза оно рассекло мрак,

1221 пока пламя не разгорелось, чудесно мерцающее,

 

Стр.

 

1222 как лижущие языки огня, в сиянии светильника

1223 синее и зловещее по краям лезвия.

1224 Ло! Злобный смех, одинокий и жуткий,

1225 в порыве ветра до них донесся;

1226 члены их онемели, внимая в ужасе,

1227 они воображали шаги врагов наступающих

1228 слыша рога приближающейся охоты

1229 в шелестящем ропоте блуждающих ветров.

1230 Они быстро закрыли шкурой

1231 огонек светильника, и Бэлэг, вскочив,

1232 рассек мечом жгучие путы

1233 на кистях и плечах, как пеньковые веревки

1234 - столь сильна заточка; простертый в оцепенении

1235 связанный Турин все еще лежал неподвижно.

1236 По оковам ног целясь во тьме,

1237 Бэлэг, вслепую промахнувшись, своим острым клинком

1238 неосторожно ранил изможденную плоть

1239 стоптанных ног, и хлынувшая кровь

1240 оросила его руку – слишком темна была его магия:

1241 и глубокий сон внезапно прервался:

1242 в страхе пробудился Турин и различил фигуру,

1243 нависшую над ним, с мечом обнаженным.

1244 Время смерти иль муке, он подумал, настало,

1245 ибо часто орки ради злого развлечения

1246 над ним радостно издевались, наносили раны ножами,

1247 которые они ловко метали, или жестокими копьями.

1248 Ло! Лопнули узы, что сковывали его руки:

1249 хрипло выкрикнув боевой клич,

1250 он неистово бросился на воображаемого врага,

1251 и Бэлэг, задохнувшись, падая на землю,

1252 был придавлен его телом. Обезумев от мук,

1253 сватил тот меч сын Хурина,

1254 вложенный в его руку провидением рока;

1255 и пронзил горло; насквозь пропорол,

1256 так что кровь впиталась в мокрый от крови мох;

1257 прежде чем Флиндинг понял, что произошло этой ночью,

1258 все было кончено. С проклятьями и руганью

1259 велел он гоблинам теперь поберечься,

1260 или отведают его меча: «Ло! Сын Хурина

1261 свободен от оков!» В воображении он находился

1262 в лагерях и стоянках жестоких Гламхот.

1263 Побега не искал он, бросаясь на Флиндинга

 

Стр. 47

 

1264 с предсмертным смехом, собираясь продать жизнь

1265 среди воображаемых врагов; но сын Фуилина

1266 глубоко поражен, подавшись назад,

1267 вскричал: «Чары Моргота! А! Проклятое безумие!

1268 Ты сражаешься с друзьями!» – и, внезапно упав,

1269 перевернул светильник, схороненный в листве,

1270 и его освобожденный свет бледно осветил

1271 неверным огнем лицо Бэлэга.

1272 Тогда, пригвожденный к земле, остолбенев, как стволы деревьев,

1273 с каменным лицом он замер, глядя застывшим взглядом

1274 на ту страшную смерть, и, осознавая свое деяние,

1275 диким взором смотрел он с пробуждающимся ужасом,

1276 как запечатленный в камне образ бесконечной муки.

1277 Так страшно было его лицо, что Флиндинг скорчился

1278 и смотрел на него, дивясь, что за сети рока

1279 черного, беспощадного, захватили его

1280 по воле Моргота; и скорбел о нем

1281 и о Бэлэге, кому более не натягивать лука,

1282 его черный тис в битве сгибая, -

1283 его жизнь отлетела к долгому ожиданию

1284 в чертоги Луны за холмами морскими.

 

1285 Внемлите! Флиндинг услышал рога, громко гудящие,

1286 не призрачный смех мрачного привидения,

1287 не поступь духов, смутно шуршащую -

1288 то поднялись Орки; их уши уловили

1289 крики Турина; их лагерь всколыхнулся,

1290 их страсть возгорелась раньше, чем последние тени

1291 ночи рассеялись. Оцепенев от страха,

1292 хриплым шепотом ушам неслышащим

1293 он высказал свой страх; ибо Турин ныне

1294 с ослабшими членами, с остановившимся взглядом, склонился

1295 рухнул, согнувшись, рядом с недвижным трупом;

1296 ни проблеск, ни звук его чувств не достигали,

1297 и дрожащие слова бормотал он в безумии.

1298 «Бэлэг! – шептал он, - мой брат по оружию!»

1299 Хотя Флиндинг тряс его, он того не чувствовал:

1300 а если и осознавал, его это не заботило.

1301 Тогда ветры пробудились в диких пещерах,

1302 где гудящие громы бились и громыхали;

1303 надвигалась буря, шагая со струящимися стягами

1304 с четырех сторон притихшего мира;

 

Стр. 48

 

1305 и тучи были расколоты ударом молнии,

1306 и швыряемый, как камни из бесчисленных пращей,

1307 со свистом несясь, град низвергся

1308 в черном потопе хлынувшего дождя.

1309 Отнесенные прочь, доносящиеся издалека,

1310 голоса Гламхот кричали и гикали,

1311 и волчий вой с ревом небес

1312 сливался тоскливо: они потеряли дороги,

1313 ибо, вздымаясь, неслись там бушующие потоки

1314 вниз по чернеющим склонам, и след пропал,

1315 так что, тащась назад по разбитой дороге

1316 ко вратам мрака, многие заплутавшие гоблины

1317 утопли или забрели в Смертельную Тень Ночи,

1318 к смерти во тьме; пока не пришел рассвет,

1319 пока всадники бури ярились и громыхали

1320 весь бессолнечный день, промокший насквозь

1321 Флиндинг го-Фуилин в безмолвном ужасе

1322 там дрожал, скорчившись; холодный и безжизненный

1323 лежал Бэлэг-лучник; и в немом раздумье

1324 Турин Талион под сплетением терний

1325 Сидел, не видя, без звука и движения/

 

1326 Душные дюны Дор-на-Фауглит

1327 шипели паром. Столпами громадными

1328 дым восходил, удушливо-смрадный?

1329 темные тучи гнетущей жажды

1330 и разгорелся рассвет, смутный и унылый,

1331 когда проползли день и ночь.

1332 Орки исчезли, унося свою тщетную ярость,

1333 спутанными путями устало направляясь

1334 к своим безнадежным чертогам в королевстве Ада;

1335 не увели они в рабство Турина Талиона –

1336 легла на него ноша тяжче их оков,

1337 в отчаянии скованный, опустошенным духом

1338 в безнадежной скорби остался он позади.

 

 

Стр.  56

III

 

ФАЙЛИВРИН

 

1339 Флиндинг го-Фуилин, верный сердцем,

1340 клинок Бэлэга, запятнанный кровью,

1341 поднял с отвращением с лиственного покрова

1342 и спрятал в дупле огромного тернистого дерева,

1343 после чего обратился к Турину, все еще размышлявшему в трансе,

1344 и тихо сказал: «О сын Хурина,

1345 Злосчастносердый, чем это поможет -

1346 сидеть так в молчаливой муке скорби

1347 без надежды или совета?» Но сын Хурина,

1348 пробужденный этими словами, отвечал неистово:

1349 «Я останусь с Бэлэгом; не убеждай меня его оставить,

1350 Ты, предательский голос. Все напрасно.

1351 О смерть чернорукая, приди ко мне;

1352 если жалость тебе свойственна, освобожденного от скорби,

1353 сокруши меня, брось, побежденного, к его холодной груди!»

1354 Флиндинг ответствовал, и страх его оставил,

1355 Дав место гневу и жалости: «Пробуди свою гордость!

1356 Не так, бездумно, на Тангородрима

1357 Высотах прикованный, говорил Хурин».

1358 «Проклятье на твои утешения! Сталь и та была менее холодной!

1359 Если Смерть не является к желающему смерти

1360 - Я добуду ее мечом. Меч – где лежит он

1361 О холодный и жестокий, где ты прячешься теперь,

1362 убийца своего хозяина? Воздаяние возможно,

1363 Лишь убей меня быстро, о даритель сна».

1364 Не ищи, злополучный, похитить собственную жизнь,

 

Стр. 57

 

1365 не пятнай снова его несчастного меча

1366 плотью друга, чей свободы взыскуя,

1367 он пал волей судьбы, не тронут врагами.

1368 Да, думай, что ради возмещения можешь сделать ты,

1369 оскверненный клинок меча умиротворяя гневом,

1370 его жажду утоляя трижды ненавистной

1371 кровью злобных легионов Бауглира.

1372 Или вражда сумела оковы твоего отца

1373 на тебя наложить, или ослабла от этого последнего зла?

1374 Не мечтай, что Моргот будет оплакивать твою смерть,

1375 или по тебе споют погребальные песни ужасные Гламхот -

1376 куда меньше бы им понравилась твоя живая ненависть

1377 и клятвы мести; не тщетна отвага,

1378 Хотя победа редко бывает следствием доблести».

 

1379 Тогда неистово Турин вскочил на ноги

1380 и вскричал, снова обезумев: «Вы, трусливые орки,

1381 что ж вы поджали хвосты? Чего вы мешкаете теперь

1382 когда сын Хурина и меч Бэлэга

1383 в гневе вас ожидают? К вашей скорби и вреду

1384 здесь готово возмездие. Если вы не осмелитесь (его встретить),

1385 я буду преследовать вас по четырем сторонам

1386 гневной земли. Погонюсь за вами!»

1387 Флиндинг, слабея, боролся с ним

1388 и слова мудрости его безумному слуху

1389 повторял, задыхаясь: «Повремени, о Турин,

1390 ибо сейчас нужно тебе залечить твои раны

1391 И силы собрать, и получить добрый совет.

1392 Кто несется в битву – не носит на себе знаков страха,

1393 И отложенная месть исполняет свои обеты».

1394 Безумие прошло; пораженный, в размышлении

1395 под переплетенными деревьями сидел Турин безмолвно,

1396 мрачно думая о горькой мести,

1397 пока сгущался сумрак дня его пробуждения,

1398 И ранние звезды показались, бледные.

 

1399 И могилу Бэлэга в тех унылых землях

1400 выкопал Флиндинг; там, где пал он прегорестно,

1401 положил Флиндинг его Бэлэга, и слегка его

1402 медленно и печально присыпал листвой.

1403 Но Турин бесслезный, внезапно сорвавшись с места,

1404 бросился к трупу и поцеловал губы,

1405 холодные и раскрытые, и закрыл ему глаза.

 

Стр. 58

 

1406 Его черный лук положил он рядом с ним,

1407 и слова прощания сплел вокруг него:

1408 «Доброго пути тебе, Бэлэг, к долгому празднику

1409 близ Тэнгвэтиль в чертогах безвременья

1410 где пируют Боги, под золотыми куполами

1411 за сияющим морем». Дрожал его голос в песне,

1412 но слезы были высушены в его измученных глазах

1413 огнем страдания, наполнявшего его душу.

1414 Его разум снова был опутан тьмой,

1415 когда сложили они высоко над любимой головою

1416 Курган грязи и перемешанных листьев.

1417 Легко легла земля над одиноким мертвым;

1418 тяжко легло горе на сердце живого.

1419 Эта скорбь запечатлелась мрачной отметиной

1420 на его лице и теле, и не исчезла никогда:

1421 и такова была третья из скорбей Турина.

 

1422 Оттуда побрел он в безумии, без желаний и целей;

1423 и если бы не верный Флиндинг, он пришел бы к смерти,

1424 или пропал в землях, где таится зло.

1425 Оживились у этого гнома из Нарготронда

1426 сердце и отвага, пробужденные ненавистью,

1427 так что он охранял и вел своего мрачного товарища;

1428 светом своего светильника он освещал их дороги,

1429 и они прятались днями, чтобы спешно идти ночами,

1430 укрытые тьмой или смутными испарениями.

 

1431 Сказание не говорит об их осторожном странствии,

1432 как брели они своей дорогой по окраине леса,

1433 чьи выступающие ветви, черные и нависающие,

1434 жадно тянулись с сумрачной злобой,

1435 чтобы поймать их души в ловушку в безмолвной тьме.

1436 Они же все шли к западу, путями жажды

1437 и изнуряющего голода, часто преследуемые,

1438 в пещерах с лощинами ища убежища:

1439 их судьба ограждала. Дале достигли они

1440 у Дор-на-Фауглит предела последнего

1441 кургана могучего, что грозно высился

1442 под луной полночной, венчаный туманом,

1443 Усыпан росой, что как слезы сочилась.

1444 «А! Укрыли курган сей травы, что не вянут,

1445 клинки упокоив кланов семи -

1446 Числа нет полегшим из племени фэери

 

Стр. 59

 

1447 Народ нарек ту брань былую

1448 Нирнайт Орнот, нет слезам счета.

1449 Крепок курган тот кровью погибших.

1450 Солнце, Луна ли – не ступят на холм

1451 ни люди, ни эльфы; слуги Моргота

1452 Ворошить страшатся ушедших останки».

1453 Так молвил Флиндинг, потревожив отчасти

1454 тяжкое безразличие Турина. Простер он длань

1455 к Тангородориму сторону и трижды проклял

1456 Моргота Бауглира, муки виновника.

 

1457 Оттуда потом их увел их медленный путь

1458 через небольшой поток юности Сириона:

1459 не так далеко он выплескивался серебряным кружевом

1460 из своего сияющего родника в окутанных пеленой горах,

1461 Тенистых Горах, чьи острые пики

1462 там склонялись смиренно пред нависшими вершинами,

1463 Скрытыми дымкой, горами Севера.

1464 Здесь орки могли перейти его; ведь они не решались

1465 переплывать Сирион, чьи разрастающиеся воды

1466 чрез вересковые пустоши и топи, луга и леса,

1467 через пещеры, высеченные в холодном лоне

1468 Земли в глубине, через пустынные земли

1469 и лиги нехоженые, любимы Ильмиром,

1470 струясь, текли, бессмертно прославленные

1471 в песнях гномов, наконец впадая в море.

1472 Так добрались они до корней, до грозных подножий

1473 Тенистых Гор, сосной поросших,

1474 Хитлум охвачен их хмурой грядою.

1475 О ту пору их принял призрачный сумрак

1476 и путей паутина, темных, нечистых,

1477 Нан Дунгортина, где богов безымянных

1478 сокрытые капища окутаны тайной,

1479 они старше, чем Моргот, иль златые боги,

1480 владыки древние огражденного Запада.

1481 Однако незримые стражи угрюмой долины

1482 тропы не заступили трепещущим странникам,

1483 вреда не содеяли дрожью пронизанным.

1484 Но из томительной дали смех временами,

1485 издевки демонов долгое эхо

1486 резкий и грубый во мраке безмолвном

1487 жестокий, нечестивый – не раз достиг Флиндинга.

 

Стр. 60

 

1488 Лихой сей хохот, глухой и жуткий,

1489 звучал в утесах в час жестокий

1490 убийства Бэлэга. «То Бауглира глас,

1491 что неумолимо преследует нас злобной насмешкой», -

1492 подумал он, содрогнувшись; но остатки страха

1493 и темные предчувствия исчезли полностью,

1494 когда они вскарабкались по утесам и крошащимся скалам,

1495 что ограждали тот дол бдительного зла,

1496 и к югу увидали склоны Хитлума,

1497 более теплые и дружелюбные. Этим путем они пошли

1498 при свете дня через долы и овраги,

1499 через горные пастбища, вересковые пустоши и валуны,

1500 через болотистые пустоши и водопады сверкающих вод,

1501 что стекали вниз, к Сириону, чтоб увеличить его поток

1502 в его восточном течении, несущемся вперед

1503 к югу, к морю, к своей песчаной дельте.

 

1504 После семи дней пути, ло – одолел их сон

1505 звездной ночью, когда они уже почти пришли

1506 в те возлюбленные земли, что долго знал

1507 некогда Флиндинг. Сначала утром

1508 раскаленные стрелы катившегося солнца

1509 радостно взглянули на зеленые долины

1510 и приветные склоны, что раскинулись пред ними.

1511 Там стройные стволы древних буков

1512 стояли величественным строем, в бессчетные листья

1513 золото-коричневые зарывшись серыми корнями,

1514 светло облаченные в листву прозрачную

1515 их ветви, вздымающиеся вверх, качались поутру

1516 под крылами ветров, что летели вниз

1517 через цветущий луг, дыша ароматами,

1518 к мерцающему краю колеблющихся вод.

1519 Там тростник и камыш свои шуршащие плюмажи

1520 и копьевидные листья поднимал, трепещущие

1521 пронизанные солнцем. И возрадовалась душа

1522 Беглеца Флиндинга; лицо его утро

1523 золотило, и его блестящие волосы

1524 были омыты солнцем. «Восстань от печали,

1525 Турин Талион, и от горестных мыслей!

1526 На озере Иврин – вечный смех

1527 О! Холодное и чистое, прозрачными источниками

1528 Оно питается неизменно, хранимо от осквернения

 

Стр. 61

 

1529 древним Ильмиром, кто в дни былые,

1530 Владыка вод, здесь создал его красоту.

1531 Из Внешнего Океана до сих пор часто приходят

1532 сюда его послания, волшебно несущие,

1533 исцеление сердец, надежду и доблесть

1534 для врагов Бауглира. Друг нам Ильмир,

1535 что единственный в Землях Радости помнит

1536 о нуждах гномов. Здесь Нарога воды,

1537 (что на языке гномов зовется «неистовым потоком»),

1538 рождаются, и, весело скача по камням,

1539 чрез луга окрестные, в рвущейся пене

1540 вьется далее, к югу, к тайным чертогам

1541 Нарготронда, что гномами выстроен,

1542 которые смерти и рабства в ужасных муках

1543 Нирнайт Орнот в небольшом количестве

1544 избежали, уцелев. Там, огибая бешено

1545 Охотничьи Холмы, обитель Бэрэна

1546 Дочери Тингола, Дориата танцовщицы

1547 он вьется и скитается пред тем, как по ивовым лугам,

1548 по земле Нан-Татрин, девятнадцать лиг

1549 радостно промчаться, чтобы слить свой поток

1550 с Сирионом на юге. К соленым пределам,

1551 где бекас и чайка, и морские ветра

1552 начинают петь и играть, они текут вместе,

1553 катясь безмолвно к трону Ильмира,

1554 где воды Сириона и волны морские

1555 с журчаньем смешиваются. Поле песка

1556 лежит там, освещенное долгим солнечным светом,

1557 там целый день шуршит морщинистый Океан,

558 - и морские птицы взывают торжественным хором,

1559 белокрылые рати, надрывно поющие,

1560 бессчетные голоса, бесконечно кричащие.

1561 Там сверкающая галька покрывает побережье,

1562 чьи камешки – как жемчуг или бледный мрамор,

1563 омытые пеной и брызгами вечерами

1564 блестят под луной, или стонут и трутся друг о друга,

1565 когда Обитатель Глубин вздымает в гневе

1566 белые воды к стенам суши;

1567 когда длинноволосые всадники на своих пенных скакунах

1568 с удилами и уздой из развевающейся пены,

1569 опутанные водорослями и вервиями морских трав,

1570 к грому несутся в грохоте прибоя»

 

Стр. 62

 

1571 Так Флиндинг говорил, почуяв чары

1572 древнего Ильмира, что не забывчив,

1573 сильные и священные чары, что наполняли Иврин

1574 и бурливый Нарог, так что туда никогда не ступал

1575 Морготов орк, и сей стремительный ток

1576 не переходил ни один разоритель. Если цель их была

1577 достичь королевств, что простирались за ним,

1578 (до сих пор ничего не знали они о Нарготронде),

1579 они пускались через Хитлум, взбираясь на высоты,

1580 что лежали за лощиной этого озера,

1581 Тенистые Горы, отраженные в блеске

1582 водоемов Иврина. Бледный и решительный,

1583 внимал Турин речи Флиндинга:

1584 плеск вод звучал в его словах,

1585 словно эхо грозных раковин Ильмира,

1586 гудящих в бездне. И снова возродилась

1587 надежда в его сердце, когда спешили они вниз

1588 к озеру смеха. Длинный и узкий

1589 рукав оно простирает, что скалы древние,

1590 заросшие зеленью, мощно окружают,

1591 а на дальнем его конце внезапно открывается

1592 брешь, врата в серых валунах;

1593 откуда протискивается тонкими струйками

1594 новорожденный Нарог, и девятнадцать фатомов

1595 над мерцающей мощью стремится вниз чудесно,

1596 и сверкающий кубок стеклянно-прозрачными

1597 источниками наполняет, высеченный его струями

1598 В холодном лоне хрусталя и камня.

 

1599 Там воды напились воды до исхода дня

1600 Турин изможденный и его верный товарищ;

1601 боль его утихла, сердце укрепилось,

1602 от пут отчаяния освободилась его душа,

1603 когда сидели они на поляне под звуки воды

1604 и изумленно смотрели, как клонящееся к закату солнце

1605 переваливает через стену диких гор,

1606 чьи пики пурпурные пронзали вечерний сумрак.

1607 Потом оно скатилось во тьму, и глубокие тени

1608 ползущие вверх по утесам, затопили сумраком

1609 последние маяки, окрашенные багровым.

1610 Поднятые к звездам каменными вершинами

1611 горы ожидали, пока не поднялась луна

 

Стр. 63

 

1612 над бескрайним востоком, и заводи Иврина,

1613 глубоко уснув, смутно отразили

1614 их бледные лики. В размышления глубокие

1615 погрузясь, безмолвные, ни звука они не пробудили,

1616 пока холодные ветры резким дыханием

1617 их не обвили, ароматным и чистым;

1618 тогда отыскали они для сна песком выстланную

1619 пещерку в скале; там разожгли огонь,

1620 в коем ярко расцвели буковые дрова

1621 цветами пламени; поднимался кверху

1622 тонкий дымок, когда вдруг Турин

1623 взглянул на освещенное огнем лицо Флиндинга

1624 и нерешительно выговорил вопрошающие слова:

1625 «О гном, я не знаю твоего имени и цели,

1626 и крови отца твоего – что за рок привязал тебя

1627 к пути безумного изможденного бродяги,

1628 убийцы Бэлэга, своего брата по оружию?»

 

1629 Тогда Флиндинг, боясь, что новое безумие

1630 может охватить из-за скорби душу Турина,

1631 снова поведал историю своих тягот и скитаний;

1632 - как бездорожье падей Таур-на-Фуина,

1633 Смертельной Тени Ночи, поймало его в ужасные сети;

1634 о Бэлэге-лучнике отважном, неустрашимом,

1635 и о деянии, на которое они отважились на туманном склоне горы,

1636 которое с тех пор непрестанно пробуждало песни;

1637 и о роке рассказал он неохотно, что пал на них

1638 в густой чаще под зарослями терний,

1639 когда мощь Моргота распространилась широко.

1640 Тут голос его умолк, сорвавшись от скорби,

1641 и ло! – слезы струились по лицу Турина,

1642 пока не освободились наконец удерживаемые потоки

1643 его беспредельной скорби. Долго он плакал

1644 беззвучно, содрогаясь, сжимая песок

1645 тисками пальцев в скорби безмерной.

1646 Но верный Флиндинг не боялся больше;

1647 он не искал благородно холодных утешений,

1648 ибо сон сморил его глубочайшей дремой.

1649 Вдруг его сон нарушило тихое пенье,

1650 он проснулся и поразился: сторожевой костер погас;

1651 ночь увядала, все было неподвижно,

1652 но песня, проницавшая безмолвный мрак,

 

Стр. 64

 

1653 летела ясно и громко в звездное небо.

1654 Это был Турин, что, возвышаясь на берегу озера,

1655 стоял над истоком утихшей воды,

1656 сейчас стекавшей вниз чуть слышно, и ширилась и отдавалась эхом

1657 песня скорби и горестного величия,

1658 плач о бессмертной славе Бэлэга.

1659 Столь чудесно сплетал он зачарованные слова,

1660 что леса и вода пробудились и ответили,

1661 и скалы терзались от жалости к Бэлэгу.

1662 Ту песнь, что пел он, помнят доныне,

1663 ее восстановили гномы в Нарготронде,

1664 и повсюду побуждала она бранные рати

1665 биться с Бауглиром – «Дружба Лучника».

 

1666 Сказано, что Турин наконец оборотился

1667 и вернулся к Флиндингу, и бросился на землю,

1668 и спал беспробудно, пока солнце не встало

1669 в небесную высь и не поспешило на запад.

1670 Видение явилось ему, когда в широких просторах

1671 сна блуждал он: казалось ему, что бредет он

1672 вверх по холодным утесам по нагому склону горы

1673 к чаше выбитой в камне страшной лощинй,

1674 чьи острые края кусты с руками, переломанными

1675 ножом северного ветра в искорежившем их мучении,

1676 ограждали в запрете. Там черная, недружелюбная

1677 стояла мрачная чащоба, лощина колючих деревьев,

1678 Перемешанных с тисами, подточенными временем.

1679 Безлиственные ветви, которые они безнадежно вздымали,

1680 были покрыты пятнами и черны, лишены коры, наги,

1681 безжизненные останки после удара молнии,

1682 обугленные стылые персты, неизменно указующие

1683 в ледяной сумрак. Там воззвал он в тоске:

1684 «О Бэлэг, брат мой! О Бэлэг, поведай,

1685 где похоронено твое тело в этих горьких пределах?» -

1686 и эхо раз за разом отвечало ему – «Бэлэг»,

1687 но глас отдаленный, слабый, неясный

1688 различил он, взывавший, как крик в ночи

1689 над молчанием моря: «Не ищи более.

1690 В кургане гибельном сгнил мой лук

1691 моя роща сожжена свирепой молнией;

1692 здесь страх живет, никто не смеет осквернить

1693 эту злую землю, ни орк, ни гоблин;

 

Стр. 65

 

1694 никто не достигнет врат мрачного леса

1695 этой гибельной тропой; они не посмеют пройти,

1696 но жизнь моя отлетела к долгому ожиданию

1697 в чертогах Луны за холмами моря.

1698 Да будет мужество тебе утешением, одинокий друг!»

 

1699 И пробудился он, дивясь; разум его исцелился,

1700 мужество утешило его, и он громко позвал

1701 Флиндинга го-Фуилина, поднимаясь на ноги.

1702 Вот солнце пустило свои стрелы сребристые

1703 сквозь буйные пряди падающих вод,

1704 увенчанных сверкающей трепещущей радугой.

1705 «Куда же, о Флиндинг, ныне направим мы стопы -

1706 или мы поселимся навсегда у танцующих вод,

1707 у озера смеха, в одиночестве, никем не тревожимые?»

1708 «В Нарготронд гномов, думается мне, -

1709 сказал Флиндинг, - охотнее всего направились бы мои стопы;

1710 его Кэлэгорм и Куруфин, искусные сыны

1711 Фэанора, основали, когда бежали на юг;

1712 там возвели они оплот против ненависти Бауглира,

1713 а ныне живут они, таясь, в тайном союзе

1714 с остальными пятью в лесах востока,

1715 яростные и неколебимые враги Моргота.

1716 Майдрос, коего Моргот мучил, калекой сделав

1717 властелин их и лорд, в левой он держит руке

1718 свой стремительный меч; хмурый Карантир,

1719 Дамрод и Дириэль, доблестный Маглор,

1720 Искателей семеро наследства бесценного.

1721 Ныне правит Ородрет гротами и землями,

1722 и многочисленным народом Нарготронда.

1723 Там будет и во взрослую женщину возросшая

1724 хрупкая Финдуилас, стремительная дева,

1725 его милая дочь, его сумрачных чертогов

1726 свет и смех, ее некогда любил я,

1727 и сейчас люблю, томясь, и любовь зовет меня».

 

1728 Там, где поток Нарога струился и со скрежетом пробирался

1729 вниз по руслу, усыпанному камнями и валунами,

1730 быстро отыскали они дорогу на юг,

1731 и улыбающееся лето стлало перед ними путь

1732 изо дня в день, по долам и лесу,

1733 где птицы радостно льющимися через край мелодиями

1734 звенели и трепетали в гуще дерев.

 

Стр. 66

 

1735 Никто их не видел на их пути,

1736 пока не достигли они ущелья, где Гинглит поворачивает,

1737 Вся в злате и радости, навстречу Нарогу

1738 Там ее более спокойный поток сливается с его буйным,

1739 и вместе текут они по хранимой равнине

1740 к Охотничьим Холмам, что высоко на юге

1741 вздымают свои скалы, поросшие зеленью.

1742 Там бдительно следили Стражи Нарога,

1743 чтобы не явилась с севера беда для гномов,

1744 ибо с юга их охраняло Море,

1745 А восток защищал бурный Нарог.

1746 Их окруженные деревьями башни на вершинах высоких холмов

1747 не выдавали себя ни огнем, прячась среди дерев,

1748 ни единого рога не пело, звеня в холмах,

1749 громко трубя тревогу; молчаливая стража

1750 незримо и незаметно окружала чужака,

1751 как настороженные дикие звери, что следят неподвижно,

1752 а потом быстро преследуют на бархатных лапах

1753 свою невнимательную добычу крадущейся ненавистью.

1754 Таким образом сражались они, призрачные охотники,

1755 что забредшего орка и дикого врага

1756 незримо преследовали и убивали из засады.

1757 Мертвые немы, и немы были стрелы

1758 проворных гномов Нарготронда,

1759 что слово или шепоток отслеживали неусыпно

1760 из своих хорошо спрятанных жилищ, так что слухи никогда

1761 не доходили до Бауглира. Имели они ясную надежду,

1762 и на восток от Нарога в открытую битву

1763 никакая причина или совет их еще не призывали,

1764 хотя щиты, копья и мечи в ножнах,

1765 и воины искусные сейчас приумножились в их войске,

1766 богатом силой и отвагой, и в дальние пути

1767 их следопыты и охотники пускались на охоту.

 

1768 Так следили и за этими двоими, пока лес не сгустился

1769 и под обрывистым брегом не забурлила река,

1770 спеша в пене к подножию гор.

1771 В зеленом сумраке они ощупью пробирались вперед;

1772 там судьба защитила от летящей смерти

1773 Турина Талиона – петля древесная,

1774 извилистый корень обвил его ногу,

1775 и когда он падал, там мелькнула, быстрая, белоперая,

1776 острая стрела, что срезала ему прядь волос

 

Стр. 67

 

1777 и затрепетала, нежданная, в дереве позади.

1778 Тогда Флиндинг неистово крикнул над упавшим

1779 «Кто тут пускает в неведении свои стрелы в друзей?

1780 Флиндинг го-Фуилин из народа Нарога

1781 и сын Хурина, его верный товарищ,

1782 здесь бегут к свободе от врагов Севера».

 

1783 Его слова не пробудили эха в лесах;

1784 ни один лист не шелохнулся, ни одна поколебленная веточка

1785 не треснула, ни звука крадущегося движения

1786 не нарушило тишину. Тихи и беззвучны

1787 на полянах вокруг лежали зеленые тени.

1788 Они двинулись дальше, и чувствовали, что глаза

1789 незримые взирают на них, и быстрые шаги,

1790 неслышные, все время спешат за ними,

1791 пока от каждого прошелестевшего куста или тенистой заросли

1792 они не стали бежать в ненадобном страхе

1793 ибо после того в них не летело более оперенных стрел,

1794 и ступили они на земли, заботливо ухоженные;

1795 по заливу цветенья и владеньям прекрасным

1796 шли они, и встречали пустыми, безлюдными

1797 луга и поля, и лужайки Нарога,

1798 колосившиеся пашни, окруженные деревьями,

1799 меж холмами и рекой. Забытые мотыги

1800 были брошены в полях, и упавшие лестницы

1801 лежали в длинной траве пышных садов;

1802 каждое дерево тут поворачивало свою лохматую голову

1803 и смотрело на них исподтишка, и слушали их уши

1804 клонившихся трав; хотя полдень сиял

1805 над зеленой землею, хладны были их члены

1806 ни чертога, ни усадьбы с высоким коньком

1807 вздымающего на свету, не видели они в этой земле,

1808 но ровная дорога многими ногами

1809 была широко вытоптана. Туда свернул

1810 Флиндинг го-Фуилин, чьи ноги помнили

1811 эту белую дорогу. Через некоторое время они дошли

1812 до конца этих земель, что, постепенно сужаясь

1813 меж стеной и водой, наконец сузились

1814 в цветущие насыпи по обочине пути.

1815 Пенящийся поток, половодьем обрушивающийся

1816 с высочайшей горы Охотничьего Нагорья,

 

Стр. 68

 

1817 раскалывал и пересекал путь; там из камня

1818 со стройной и изящно сложенной аркой

1819 был выстроен мост, дуга сияющая

1820 в пене и искрящихся брызгах Ингвиля,

1821 что неудержимо мчался вниз и шипел.

1822 Там, где встречался он с потоком бегущего издалека Нарога,

1823 обрывисто возвышались могучие уступы

1824 гор, нависая над спешащей водой;

1825 там под покровом дерев обрывистый уступ,

1826 вился, широкий, извилистый, временем сглаженный,

1827 был выбит в плоскости отвесного склона.

1828 Там смутно виднеющиеся огромные врата

1829 были вырезаны в горе; велики их опоры

1830 и столбы и перемычки из тяжелого камня.

 

1831 Врата были несокрушимо заперты. Тут пропела труба,

1832 как призрачные фанфары, едва трубящие

1833 в горе, по полым чертогам глубоко внизу;

1834 скрипучие врата с лязгом назад

1835 распахнулись, и наружу выскочила толпа,

1836 выпрыгнув легко, вооруженная копьями,

1837 и, быстро окружив, захватила смятенных

1838 и изможденных дорогой странников, без слов повлекла их

1839 через разверстые врата – в сумрак за ними.

1840 Заскрежетали и заворчали на огромных петлях

1841 гигантские двери; с грохотом тяжким

1842 они лязгнули и сомкнулись, как удар грома,

1843 и ужасное эхо по пустым коридорах

1844 помчалось и прокатилось под невидимыми сводами;

1845 свет исчез. И повели их вперед

1846 по длинным извилистым проходам темноты

1847 их стражи, направляя их запинающиеся стопы,

1848 пока слабые блики пылающих факелов

1849 не замерцали перед ними; прерывистый ропот

1850 многих голосов, собравшихся вместе,

1851 Они услышали в пути. Высоко вздымался свод.

1852 Из-за нежданного поворота они вышли, изумленные,

1853 и узрели торжественный безмолвный совет,

1854 где множество народа, утихнув в великом сумраке

1855 под высокими сводами, что в сумраке терялись,

1856 ждало их в безмолвии. Там воды бежали

1857 с эхом шума струй петляя быстро

 

Стр. 69

 

1858 среди толпы, и возносившийся бледно

1859 на пятьдесят фатомов, бил фонтан,

1860 и, плещась бледно, вспыхивая красным,

1861 бил струей, и, вспыхивая в пламенных огнях,

1862 падал в дальней тени к стопам

1863 Короля в короне, на троне из камня.

1864 Послышался голос, раскатившийся под сводом,

1865 и король к ним обратился: «Кто вы, пришедшие сюда

1866 с ненавистного севера в Нарготронд,

1867 человек безвестный и невольник-гном?

1868 Не встретит здесь гостеприимства изгой и бродяга;

1869 он не получит желаемого, разве что если это – смерть,

1870 ибо те, кто видел наше последнее убежище,

1871 не должны рассчитывать на иной дар от меня».

1872 Тогда Флиндинг го-Фуилин свободно ответил:

1873 «Или стража иссякла в лесах Нарога

1874 с тех пор, как Ородрет правит этим народом и землей?

1875 Или как преследуемые смогли войти сюда,

1876 если стражи позволили это не из подчинения твоей воле?

1877 Или как ты мог не слышать, что твой тайный стрелок,

1878 который выпустил свою стрелу в лесной тени,

1879 узнал наше происхождение, о Владыка Нарога,

1880 и, узнав наши имена, своих зазубренных стрел

1881 боле не слал?» Тогда приглушенно

1882 прокатился ропот по собранию,

1883 и иные говорили: «В этом есть истина

1884 давно ожидаемый, потерянный – нашелся,

1885 он знал узкую дорогу к Нарготронду,

1886 тот, кто был здесь рожден и взращен из младенца в юношу»;

1887 а иные говорили: «Сын Фуилина

1888 сгинул, и его искали долгие годы.

1889 Какой знак или доказательство, что вернулся именно он,

1890 мы видели или слышали? Впрямь ли этот изможденный беглец

1891 с сутулой спиной – и есть храбрый вождь,

1892 следопыт, что вел разведку, презирая опасность,

1893 далее всех из народа Нарога?»

1894 «Вашу историю нам рассказали, - ответил ему

1895 владыка Ородрет, - но поверить было бы необдуманно.

1896 Тот единственный из пропавших, кого за многие лиги

1897 орки Ангбанда в узах жестоких

1898 утащили в глубины – ты, рискнувший вернуться домой

 

Стр. 70

 

1899 удачей иль доблестю, из мрачного рабства -

1900 какое ты предоставишь доказательство? Какой предъявишь довод,

1901 чтобы человек, смертный, наши сокрытые чертоги

1902 узрел и остался жив, вступив в наш союз?»

 

1903 Так проклятие рода из-за жестокой резни

1904 в Лебединой Гавани овладело его сердцем,

1905 но Флиндинг го-Фуилин яростно ответил:

1906 «Неужно сын Хурина, что сидит на вершине

1907 бессмертным роком ужасно скованный,

1908 безвестен, безымян, нуждается в доводах,

1909 чтобы защитить его от удела врага и шпиона?

1910 Верный Флиндинг, пришедший издалека,

1911 хотя тело его и лицо огонь мучений

1912 и горького рабства, пытки балрогов

1913 иссушили и исказили, на песню привета

1914 надеялся в сердце своем по приходе домой,

1915 о котором мечтал он давно в тяжких трудах.

1916 Или эти пещеры обратились в темницы,

1917 в меньший Ангбанд в земле гномов?»

 

1918 Тогда всколыхнулся гнев в сердце Ородрета,

1919 и ропот возрос во многоголосый,

1920 и то и это кричала толпа;

1921 когда внезапно послышалось нежное пение,

1922 музыкальный голос над многоголосым ропотом

1923 поднимался в мелодии к затуманенным куполам;

1924 звонким эхом высеченные в камне своды

1925 он наполнил, и трепетал, хрупкий и тонкий,

1926 плетя те слова приветствия по возвращении,

1927 которые просили все уставшие от тягот пути,

1928 с тех пор, как гномы впервые узнали нужду и скитания.

1929 И утихли толпы; не оборотился ни единый,

1930 ибо давно знаком и любим был тот вознесшийся голос,

1931 и узнал его Флиндинг, у ног короля

1932 застыв безмолвно, как высеченный из камня,

1933 с сердцем тяжелым; но сын Хурина

1934 был изумлен и подвигнут на тоскливую думу,

1935 и, всматриваясь в тени, что окружали сиденье,

1936 королевский трон, он ясно различил

1937 мерцание, проблеск, как от белых одежд.

1938 Это была хрупкая Финдуйлас, тонкая и быстрая,

1939 ныне в женщину изумительной красоты

 

Стр. 71

 

1940 выросшая в сиянии, та, что радостные слова привета

1941 вознесла, объятая жалостью, и гнев утишился.

1942 Крепко запертая, в ее сердце была заключена любовь,

1943 что выросла в смехе в давно минувшие годы,

1944 когда в лугах весело играла девочка

1945 с быстроногим отпрыском Фуилина.

1946 Никакие опаляющие рубцы лет разлуки

1947 не могли ослепить этих глаз, сиявших радушием

1948 и мокрых от слез, тоскливо дрожавших

1949 при виде скорби, изрезавшей мрачными морщинами

1950 лицо Флиндинга. «Отец, - сказала она, -

1951 Что за напрасное сомнение опутало тебя

1952 Это Флиндинг го-Фуилин, в чьей верности прежде

1953 никто не посмел бы усомниться. Этот мрачный, одинокий

1954 человек горькой судьбы, что стоит рядом с ним -

1955 если он говорит, что это воистину отпрыск

1956 Хурина Талиона, чье сердце в этой толпе

1957 не поверит ему или откажет в любви?

1958 Но разве нет никого среди нас, кто бы знал некогда

1959 того могучего человека, чтобы признаки родства

1960 отыскать и увидеть в этих отмеченных скорбью

1961 фигуре и чертах? Друзья Моргота

1962 не так, сдается мне, через голод и жажду

1963 являются без товарищей, и не может у них быть лиц

1964 столь грустных и простодушных, ни взглядов столь решительных».

 

1965 Тогда сердце Турина всколыхнулось, дивясь

1966 кроткому состраданию, мягкому и ласковому,

1967 в этом нежном голосе, тронутом мудростью,

1968 которая летам тоски медленно поддавалась;

1969 и Ородрет, чье сердце редко знавало жалость,

1970 но все же крепко любило эту милую леди,

1971 прислушался и ответил на ее горячие слова,

1972 и свои сомнения и страх ужасного предательства,

1973 и свой скорый гнев он в себе подавил.

1974 Немало нашлось там и тех, кто некогда сражался

1975 там, где Финвэг пал в пламени мечей,

1976 и Хурин Талион прорубался сквозь толпы

1977 дьявольских легионов темных Гламхот,

1978 и они воззвали, взглянув и громко возопив:

1979 «Се, лицо его отца вновь явилось на земле,

1980 и его могучий стан, и крепкие руки;

 

Стр. 72

 

1981 хотя такой тревоги и скорби никогда не было видно в его отце,

1982 чьи смеющиеся глаза сияли ясно

1983 на пиру или в брани, в радости иль скорби».

1984 Никто более не мог отказать в доверии их словам

1985 и в вере во Флиндинга, когда друзья и родичи,

1986 и его отец, подоспев, увидели его лицо.

1987 Ло! Отец и сын обнялись нежно

1988 под деревьями, соединяющими сплетенные ветви

1989 в темных дверных проемах тех глубоких чертогов,

1990 что род Фуилина построил вдали

1991 и жил в глубине темного леса

1992 к востоку от склонов Охотничьего Нагорья

1993 Из четырех родов, что последовали за королем,

1994 лордов сторожевых башен, хранителей нагорья

1995 и стражей моста, сияющей арки,

1996 что была перекинута над пенным потоком Ингвиля,

1997 из потомков Фуилина сначала избирали,

1998 благороднейшего именем, прославленного отвагой.

 

1999 В тех чертогах подгорных из-за этого возвращения

2000 веселье было перемешано с потоками слез,

2001 ибо несгибаемые годы, чье ярмо боли

2002 стать и лицо сына Фуилина

2003 исказило и отяготило, остудило смех,

2004 что некогда легко приливал к его губам и глазам.

2005 Ныне нежной любовью были облегчены заботы,

2006 песней смягчена печаль их сердец

2007 огни были зажжены, и светильники сияли

2008 над ломившимся столом; пригласили пировать

2009 Турина Талиона с его верным товарищем

2010 за длинными столами, изобильно нагруженные,

2011 где стояли блюда и кубки на темно-блестящем

2012 вощеном дереве, где кувшины с вином,

2013 гравированные, блестели золотом и серебром.

2014 Тогда Фуилин наполнил потоком меда,

2015 бережно хранившимся напитком темным и хмельным,

2016 резную чашу и искусной резьбой по краю,

2017 старинным искусством древних кузнецов

2018 дивно созданную, чудес исполненную;

2019 сверкал и жил в ее сером серебре

2020 народ фэери времен расцвета

2021 Королевств Блаженных – с челом, увенчанным

 

Стр. 73

 

2022 золотыми венками, с сияющими волосами,

2023 летящими в ветре, со стопами изменчивыми,

2024 перемежающимися в движении, на неувядающих лужайках

2025 древние эльфы там (на чаше) вечно

2026 танцевали бессмертно на таинственных пажитях

2027 в садах Богов; там Глингол сиял

2028 и Бансиль цвел, мерцая лучами,

2029 белым, как ночные мотыльки, лунным светом из своих туманных цветов;

2030 высоты Туна, высокие и зеленые,

2031 венчал Кор, взбирающийся вверх, обвивающий холм кольцами

2032 град белостенный, где башня Инга

2033 бледной вершиной пронзала сумрак,

2034 и ее хрустальный светильник ясно отбрасывал

2035 тонкую дорожку на Тенистые Моря.

2036 Разорение и опустошение, гнев Богов,

2037 усталые скитания, разор и изгнание

2038 прошла эта чаша, вырезанная в дни счастья,

2039 сохраненная в дни скорби, убывающей надежды,

2040 когда мало осталось от мудрости былого.

2041 Сейчас Фуилин на пиру наполнял ее редко,

2042 разве что в залог любви к испытанному другу;

2043 радостно пригласил он отпить из этой чаши

2044 за своего сына, который посадил с собой рядом

2045 Турина Талиона в знак нерушимого

2046 союза любви, длящейся долго.

2047 «О дитя Хурина, властителя Хитлума,

2048 израненное скорбью, пусть эльфийский мед

2049 поднимет твой дух, надеждой исполнив;

2050 не покинешь ты нас, когда кончится пир,

2051 здесь соизволишь жить; если этот подгорный чертог,

2052 темный, выбитый в камне, под сумрачными сводами,

2053 не претит тебе – место есть для тебя».

2054 И отпил долгий глоток сладости

2055 Турин Талион, и ответил благодарностью

2056 горячо и искренне, пока весь народ

2057 громким смехом и долгим ликованием,

2058 скорбным лэ и буйной музыкой

2059 волшебных менестрелей, что могущественные песни

2060 сплетали чудесно, защищал свои сердца

2061 от темных предчувствий; и отдых в постели

2062 был предоставлен гостю, когда в тихом сумраке

2063 свет и смех и оживленные голоса

 

Стр. 74

 

2064 были угашены дремой. И холодный и тонкий

2065 серебряный серп Луны клонился

2066 над бледными водами, что шумели бессонно,

2067 Нарогом в ночных тенях, рекой гномов.

2068 В высоких верхушках деревьев густого леса

2069 С глухим уханьем охотились совы.

 

2070 Так устроила судьба, что в доме Фуилина

2071 поселился на время темный рок

2072 Турина статного. Там трудился он и сражался

2073 с народом Фуилина из любви к Флиндингу;

2074 давно забытую мудрость изучал среди них,

2075 ибо свет еще оставался в этих осажденных землях,

2076 и мудрость все жила в том диком народе,

2077 чья память хранила Горы Запада

2078 и лица Богов, все еще исполненном славой,

2079 более яркой и сильной, нежели темные роды

2080 или люди, не ведающие о былой радости.

 

2081 Так Фуилин и Флиндинг явили ему дружбу,

2082 и их чертоги стали ему домом, в то время как радостное лето

2083 увяло в осень, и западные шторма

2084 листву срывали с ветвей беспокойных

2085 основания леса в блекнущем золоте

2086 и буром блеске тонули глубоко;

2087 неустанный шорох вниз по лишенным сводов нефам

2088 вздыхал и шептал. Ло! Серебряная Ладья,

2089 плывущая Луна с тонкой мачтой,

2090 была полна огней, как из золотого горна,

2091 трюм ее был нагружен теплом лета,

2092 ее покровы сработаны из сияющего пламени,

2093 и поднимали ее, красноватую, над окоемом Вечера

2094 К туманным причалам на краю мира.

2095 Так летели месяцы, и много он странствовал

2096 по лесу с Флиндингом, а рок его ждал,

2097 задремав на время, пока тот искал радостей,

2098 разделяя союз и изучение наук

2099 со славными гномами Нарготронда.

 

2100 По лесным дорогам далеко он ходил

2101 и тайны той земли выучил быстро -

2102 не затрудняла его зима, привычного к любой погоде,

2103 снег ли, дождь со снегом, или косой дождь

 

Стр. 75

 

2104 с хмурящихся небес, серых и бессолнечных,

2105 холодный и жестокий, летел на землю,

2106 пока потоки не переполнились, и мутные воды

2107 несущегося Нарога, раздувшегося, злобного,

2108 наполнялись плавающими обломками, и, мутно пенясь,

2109 буйно мчались; или, бледно сверкая,

2110 обрамленный льдом вечер широко раскрывал

2111 хрустальный купол над глубокой тишью

2112 над безветренными пустошами и лесами, стоявшими

2113 как замерзшие призраки под мерцанием звездным.

2114 И днем и ночью опасности без нужды

2115 он искал, рискуя, его ужасная месть

2116 все время искала, неутоленная, сынов Ангбанда;

2117 но когда пришла зима, яростная и бездорожная,

2118 и кусачие снежные бураны по нагим лицам

2119 хлестали и били одинокие холмы

2120 и измученные вершины, в чертогах все чаще

2121 видели его, в дружбе с народом Нарога,

2122 и там усовершенствовался он в ручных ремеслах,

2123 и в тончайшем мастерстве песни и музыки

2124 и несравненной поэзии, вдобавок к своей признанной учености

2125 и мудрой лесной науке; и удивительные истории

2126 были рассказаны Турину на языках золота

2127 в тех подгорных чертогах, где долгое время

2128 к очагу в залы надменного короля

2129 те друзья хаживали пировать и играть,

2130 ибо хрупкая Финдуилас убедила отца

2131 к своему столу пригласить этих двоим,

2132 и неохотно согласился на это сей суровосердый

2133 король, ни с кем не советующийся – холодна его ярость,

2134 нескорый на жалость, постоянный в гневе;

2135 исступленным и лютым пламенем ненависти

2136 его грудь горела, ведь отродья адовы

2137 смерти предали его сына Халмира,

2138 легконогого ловчего оленя и вепря,

2139 и в этом общность король вскоре

2140 обнаружил в своем сердце с сыном Хурина,

2141 мрачным и молчаливым, ходившим как во сне

2142 боли и сожаления, и вечно возрастающей

2143 неудовлетворенной вражды. И потому милость

2144 была королем дарована – стать одним из тех,

2145 кто сидел за его столом, и много деяний

 

Стр. 76

 

2146 и рискованных походов на запад и на север

2147 он предпринял, прославлен среди избранных воинов

2148 и бесстрашных лучников; в далеких битвах,

2149 в секретных засадах и внезапных налетах,

2150 - где носились их летающие змеи с беспощадными жалами,

2151 их отравленные стрелы – в окутанных пеленой долинах

2152 делал он свое дело, но это мало радовало его,

2153 кто доверял щиту и закаленному мечу,

2154 чья рука скучала по рукояти,

2155 но не осмеливалась клинка со времен гибели Бэлэга

2156 - обнажить или взять. И его любили,

2157 хотя он не хотел того и не добивался, и его труды восхваляли.

2158 Когда же рассказывались истории о прошедших временах,

2159 о доблести прежней, о минувших победах,

2160 о полузабытой славе и незабвенной скорби,

2161 тогда просили и упрашивали его оживиться и спеть

2162 о деяниях в Дориате, темном лесу

2163 на тенистых берегах, избегавших света,

2164 где Эсгалдуин, эльфов река,

2165 с огражденными корнями заводями, укрытыми тишиной,

2166 с глубокими водоворотами, темно журчащими,

2167 быстро катилась вдаль мимо хмурившихся врат

2168 Тысячи Пещер. Так на память ему приходили

2169 лесные дороги, по которым некогда давным-давно

2170 Бэлэг-лучник водил мальчика

2171 по холмам и долинам, по болотистой чаще,

2172 под зачарованными деревьями; тогда речь его прерывалась

2173 и обрывалась история.

К скорби Турина,

2174 некто дивился и был растроган – прекрасная дева,

2175 хрупкая Финдуилас, которая Файливрин,

2176 мерцающим светом на зеркальной воде

2177 озера Иврин – эльфами с любовью

2178 была заново прозвана. По ночам она размышляла,

2179 а днем дивилась, какие глубины скорби

2180 заключены в его сердце, портя ему жизнь;

2181 ибо рок страха и смерти, который пал

2182 на Бэлэга лучника, в нерушимом молчании

2183 хранил Турин, нельзя было узнать той истории

2184 и от Флиндинга верного – о том, что они делали в странствии

2185 вдвоем в пустошах. Ныне ослабела ее любовь

 

Стр. 77

 

2186 к фигуре и лицу, изборожденному страданием,

2187 к согнутой спине и надломленной силе,

2188 тоскливым глазам и иссохшему смеху

2189 верного Флиндинга, хотя было исполнено ее сердце

2190 глубочайшей жалости и нежной дружбы.

2191 Рано постаревший и тронутый сединой,

2192 он был мудр и добр, владел разумом и советом,

2193 видением и предвидением, но медлен на гнев

2194 и лишен неистовой храбрости, хотя если биться

2195 приходилось – он не уклонялся, хотя остатки страха

2196 еще жили в его сердце; он никого не ненавидел,

2197 но улыбался редко, разве что внезапно свет

2198 сверкал на его мрачном лице, и взгляд его загорался:

2199 может быть, Финдуилас, легко проходящую

2200 по траве, он замечал – или мелькнувшую бледно,

2201 блеском серебра по тенистому чертогу.

2202 Но к Турину обратилось ее беспокойное сердце,

2203 вопреки воле и мудрости, и пробудившейся мысли:

2204 во снах она искала его, его мрачную скорбь

2205 облегчая любовью, так что смех сверкал

2206 во вновь засиявших глазах, и ее эльфийское имя

2207 он горячо называл, и бесконечной весной

2208 они брели, свободные сердцами, средь волшебных цветов

2209 рука в руке по счастливым лугам

2210 той земли, что освещена не земным светом,

2211 не луной или солнцем, по извилистым дорожкам

2212 к черному обрывистому краю пробуждения.

 

2213 Неисцеленное от скорби раненое сердце

2214 Турина статного обратилось к ней.

2215 Изумленный и растроганный, тайну своей души

2216 наполовину догадываясь о ней, наполовину остерегаясь, в сумрачный час

2217 ночной стражи, когда по узким извилистым

2218 тропам размышления он шагал устало,

2219 он мог в одиночестве раскрыть, потом, верный сердцем,

2220 крепко закрыть и остеречься, или забыть свою скорбь

2221 во сне без сновидений, в глубоком забытьи,

2222 куда не долетало эхо бесконечной войны

2223 миров бодрствования - ни горя, ни дружбы,

2224 ни дома, ни очага, ни пены морей,

 

Стр. 78

 

2225 Земля, не освещенная никаким светом.

 

2226 «О! Нечестивые руки, о, скорбное сердце,

2227 изгой, чье злодеяние еще не искуплено,

2228 неужели ты, нарушитель клятвы, новое предательство

2229 добавишь к своему бремени; своего брата по оружию,

2230 Флиндинга го-Фуилина так подло предашь,

2231 того, кто заботился о тебе, безумном, в смертельной опасности,

2232 к водам исцеления твои блуждающие стопы

2233 привел наконец – к землям мира,

2234 где жизнь его коренится и живет его любовь?

2235 О! Запятнанные руки не похитят его надежды!»

 

2236 Так любовь была скована оковами верности

2237 и облечена холодными словами вежества;

2238 но все же он искал и желал ее красоты,

2239 находя радость в ее ласковых словах,

2240 любуясь ее лицом, когда не боялся, что кто-нибудь

2241 заметит его настроение. Лишь один все замечал -

2242 лицо Файливрин, бегущие проблески света,

2243 как солнце, быстро плывущее сквозь облака

2244 над увядшими полями, - которые (проблески) вспыхивали и исчезали,

2245 когда Турин проходил мимо; робкие улыбки,

2246 его грустные взгляды исподтишка,

2247 его потайные вздохи – один видел все это,

2248 Флиндинг го-Фуилин, который обрел свой дом

2249 и потерял любовь из-за обманчивых лет,

2250 он смотрел и дивился, ничего не говоря,

2251 и сердце его стало мрачным, меж ненавистью и жалостью,

2252 смятенным и усталым в тенетах судьбы.

2253 А Финдуилас, ставшая еще бледней и хрупче,

2254 меж прежней любовью, ныне низверженной,

2255 и новой, отвергнутой, по ночам плакала;

2256 и народ дивился на тонкую бледность

2257 ее рук на струнах арфы, ее золотым волосам,

2258 по хрупким плечам рассыпанным в беспорядке,

2259 красоте ее глаз, что сверкали огнями

2260 тайных мыслей в безмолвных глубинах

2261 Многие сердца, отягченные смутным предчувствием,

2262 прятали свою мрачность под радостным смехом.

2263 В песнях и молчании, снеге и буре

2264 уходила зима; в мир явился

 

Стр. 79

 

2265 новый год в незапятнанной юности,

2266 листья были так же зелены, свет – золотист,

2267 цветы – так же прекрасны, хотя в увядших сердцах

2268 не родилась весна, хотя подступающие все ближе

2269 опасность и страх и шаги рока

2270 приближались к их чертогам. О железной рати,

2271 подходящей все ближе, пришли слухи и новости;

2272 бессчетные орки к востоку от Нарога

2273 рыскали и бродили у границ королевства,

2274 мощь Моргота двинулась в его пределы.

2275 Никакая засада их не останавливала; лучники уступали

2276 дол за долом, хотя отравленные стрелы

 

ВТОРАЯ ВЕРСИЯ

Перевод второго пролога

 

Стр. 104

II

ВОСПИТАНИЕ ТУРИНА

 

248 Ло! Леди Морвэн в земле теней

249 ждала в лесах своего возлюбленного,

250 но он не вернулся, чтобы сжать ее в объятиях,

251 из черной битвы. Ожидала она напрасно,

252 не приходило ей слухов, взят ли в плен он, иль умер,

253 или потерян в отступлении и до сих пор мешкает.

254 Разорен его край, рать его пала,

255 Владыку доблестного предали забвенью,

256 Дорломина люди, его вдовой супруге

257 обиды чинили; та ребенка ждала

258 и сына должна была поддерживать, горестно осиротевшего,

259 Турина Талиона, в летах еще нежных.

260 В ту годину безнадежную дочь родила она

261 и назвала Ниэнор, именем слезным,

262 что на языке древности означает Плач.

263 И обратилась она мыслью к Тинголу-эльфу,

264 и к Лутиэн легконогой, с сияющими членами,

265 его дочери милой, Дайроном любимой,

266 которую называли Тинувиэль и в ее землях, и вдали,

267 Укрытой Звездами, до сих пор не забытой,

268 которая, легка, как липы лист,

269 танцевала в Дориате в прежние дни,

270 пела на лужайках в долгом лунном свете,

 

Стр. 105

 

271 пока искусно извлекал музыку Дайрон

272 быстрыми пальцами из серебряной флейты.

273 Храбрейший из доблестных, Бэрэн Эрмабвэд,

274 получил ее в жены, кто некогда в старину

275 в дружбе поклялся и братский любви

276 Хурину из Хитлума, храброму воину,

277 на краю туманных вод Митрима.

278 Так молвила она сыну: «Мое милое чадо,

279 у нас мало друзей; твой отец пропал.

280 Ты должен отправиться далеко к лесным насельникам,

281 к престолу Тингола в Тысяче Пещер.

282 Если помнит он Морвэн и твоего великого отца,

283 он примет тебя благосклонно и искусствам войны,

284 уменью щита и меча он обучит тебя,

285 чтобы не был рабом в Хитлуме сын Хурина.

286 Возвратись, мой Турин, когда пройдет время;

287 вспомни свою мать, когда возмужаешь,

288 или когда скорбь тебя охватит». И она умолкла,

289 Ибо слезы прерывали ее дрожащий голос.

290 Горе предчувствовало сердце сына Хурина,

291 который, не ведая ее страдания, смутно дивился,

292 но полагал, что слова ее безумны от скорби,

293 и не спорил с ней; ему казалось, в том нет нужды.

 

294 Ло! Майльронд и Халог, Морвэн верные,

295 чья младость минула прежде младости Хурина,

296 и единственные из всех ленников этого лорда

297 ныне оставались подле нее, верные в службе:

298 теперь же она попросила их бросить вызов черным горам

299 и лесам, чьи дороги ко злу приводят;

300 хотя Турин и юн и к тяготам пути непривычен

301 они должны препоясаться и пуститься в путь. Они не были рады,

302 но усомниться открыто не осмелились в мудрости

303 Морвэн, которая скорбела, когда ее не видели.

 

304 Пришел летний день, когда мрачное молчание

305 высоких дерев обращалось в неверные

306 шорохи, бродившие в тихом воздухе,

307 далекие и слабые; в пятнах танцующих

308 серебряных отблесков и прочерченных тенями

309 внезапных лучей солнца лежали потайные полянки,

310 где изменчивые ветры мягко веяли

311 теплом сквозь переплетенные лесные ветви.

 

Стр. 106

 

312 Тогда Морвэн встала, муку скрывая,

313 у ворот своего двора на поляне Хитлума;

314 у груди держала она дитя, еще не отлученное от груди,

315 тихонько напевая в его беззаботные ушки

316 песню с нежной и печальной мелодией,

317 чтобы не изнемочь от скорби. Тогда двери раскрылись,

318 и вышел Халог под тяжелым грузом,

319 и Майльронд старый вывел к своей госпоже

320 ее прекрасного Турина, мрачного, бесслезного,

321 с тяжелым, как камень, сердцем, твердым и безжизненным,

322 не осознающего своей будущей скорби.

323 И воскликнул он отважно, ища утешения

324 «Ло! Быстро вернусь я от дальнего двора,

325 Я задолго до возмужания доставлю Морвэн

326 Множество сокровищ и верных товарищей».

327 Не знал он о чарах, сплетенных Морготом,

328 ни о разлучающей скорби, что встала меж ними,

329 когда произнесли они слова прощания онемевшими губами.

330 Последние поцелуи и мешкающие слова

331 иссякли, окончены; и пуста горная долина

332 в темных лесах, где исчезло жилище

333 в переплетении деревьев. Тогда в Турине пробудилось

334 к осознанию скорби его смятенное сердце,

335 и он зарыдал навзрыд, пробуждая эхо,

336 горестно отзывавшееся в угрюмых лощинах,

337 когда взывал он: «Не могу, не могу я тебя оставить.

338 О матушка Морвэн, зачем заставляешь меня уходить?

339 Ненавистны горы, в коих погибла надежда;

340 О матушка Морвэн, я охвачен слезами

341 ибо мрачны горы, а дом мой утрачен (потерян».

342 И донеслись его крики, взывающие слабо,

343 по темным аллеям мрачных деревьев

344 так что та, что устало плакала на пороге,

345 слышала, как горы вторят: «дом мой потерян».

 

* * *

 

346 Утомительны были пути, сотканные обманом,

347 через холмы Хитлума к сокрытому королевству

348 глубоко во тьме Дориатского леса,

349 и никогда доселе из нужды или любопытства

350 дети людей не избирали этого пути,

351 кроме Бэрэна отважного-храброго, преград не знавшего

 

Стр. 107

 

352 для своих странствующих стоп, он не боялся ни лесов,

353 ни пустошей, ни чащоб, ни ледяных гор,

354 и мало кто следовал по его стопам впоследствии.

355 И историю поведал Турину Халог,

356 та, что из Лэ о Лэйтиан, Освобождении от Оков,

357 плетением слов была давно соткана,

358 о Бэрэне Эрмабведе храбросердом;

359 как стройную Лутиэн полюбил он в давние дни

360 в зачарованном лесу, скованный изумлением, -

361 он назвал ее Тинувиэль – соловьиного

362 был слаще ее голос, когда, укрыта мягкими

363 колеблющимися прядями ткущегося сумрака

364 пронизанного звездным светом, с сияющими глазами,

365 она танцевала, как сны из несомого ветром света,

366 - бледно мерцающие жемчужины в озерах тьмы;

367 как ради любви Лутиэн он оставил леса

368 в походе опасном, о котором боятся говорить люди,

369 посланный Тинголом на жажду и страх

370 в Земли Скорби; о прядях Лутиэн

371 и магии Мэлиан, и о чудесных деяниях,

372 что после случились в чертогах Ангбанда,

373 и о бегстве через пустоши и леса бездорожные,

374 когда Кархарот жестокозубый,

375 волк-страж Скорбных Врат,

376 чье нутро огонь поглотил в муке,

377 преследовал их, завывая, руку Бэрэну

378 он откусил с кисти, когда тот храбрец держал

379 несказанное чудо, кристалл Гномов,

380 где свет живой заключен был чарами,

381 смешение всех оттенков. Было изъедено его нутро,

382 и леса исполнились яростным безумием

383 его ужасных мучений, и деревья Дориата

384 мрачно дрожали в полных эхом долинах;

385 как охотник из Хитлума, Хуан-волкобойца,

386 на травлю отправился, Тинголу в помощь,

387 и лишь серый рассвет озарил леса Дориата

388 убит был губитель. Но Бэрэн безмолвно

389 лежал, сраженный, с жизнью прощаясь.

390 Поцелуями Лутиэн, истомленная скорбью,

391 излечила молчанье, но умчался он прочь

392 к ожиданию долгому; все ж его дева эльфийская

393 воротиться заставился чудотворством Мэлиан,

 

Стр. 108

 

394 уменьем матери, Маблуи луннорукой,

395 так что они живут вечно, проводя дни бессрочные,

396 и трава не высыхает в зеленом лесу

397 где они проходят на запад или восток.

398 И песню он спел им для облегчения печали,

399 неожиданно нежную в молчаливом лесу,

400' что зовется «Легка, как липовый лист»:

401 в ее музыке мешаются радость и печаль

402 и отзываются эхом в сердце. Так Халог спел им:

 

(стр. 401-473, перевод Алана (Арандиля))

 

Трава, долга, как шелк лилась

Лежал ковер листвы резной

Корней старинных сеть плелась,

Свет озарял чарующий

Ног легких танец под луной;

Трель Дайрона, тонка, лилась

Болиголов плел свод резной

Тинувиэль танцующей.

 

Сонм белых мотыльков в тиши

Порхал средь сумрачной листвы

В тот час, как Бэрэн из глуши

Пришел, в тоске сгорающий,

Ступил на шелк ночной травы

И там, дивясь, стоял в тиши,

И танец зрел сквозь сеть листвы

И белый рой порхающий.

 

Коснулись чары сбитых ног

И след тоски с души исчез,

И танец вмиг его увлек

Под лунный свет блистающий.

Но в темной чаще Эльфинесс

Угасла поступь быстрых ног,

Остался он, как свет исчез,

В пустом лесу внимающий,

 

Он мнил – вот шорохи шагов

По мягкому ковру листвы,

 

Стр.109

 

Вот музыки подземной зов

В пещерном граде Дориат,

Но средь седеющей травы

Увял и сник болиголов,

И опадающей листвы

Шум скорбный полнил Дориат.

 

Искал окрест он и вдали,

И землю листопад устлал,

И звезды зимние взошли,

Луча огонь мерцающий

Ее он в танце отыскал -

Дух белый, кружащий вдали,

Ей плащ туман под ноги стлал

Под лунным светом тающий.

 

Вечнозеленый холм ласкал

Травою танец белых ног

Из флейты Дайрон извлекал

Трель музыки трепещущей

Вновь танец Бэрэна увлек

На свет луны, что холм ласкал,

Но дева снова со всех ног

Бежала, дух трепещущий.

 

В тоске и жажде он воззвал -

«Тинувиэль, Тинувиэль»,

Спеша вперед, где исчезал

Сей отблеск угасающий

И замерла она - ужель

И впрямь тот глас в тоске воззвал

«Тинувиэль, Тинувиэль»

На свет ее сияющий?

 

И вот, в объятьях деву сжав,

Он целовал ее глаза,

Ее любовью удержав

В лесу, где сумрак полнит даль

Рассвета ждали небеса,

И, длань ее своею сжав,

Танцуя с ней глаза в глаза

Он пел, забыв свою печаль,

 

Стр. 110

 

И вновь трава, как шелк, лилась

Шуршал ковер листвы резной

Корней старинных сеть плелась,

Как прежде помнил Дориат

Кружились двое под луной,

Но флейты трель уж не лилась,

Собою полня свод резной,

как Бэрэн прибыл в Дориат.

 

475 так для ободрения сердец спел им Халог,

476 когда сомкнулась вокруг них хмурая крепость леса,

477 и глубочайшая ночь поймала их в свою сеть.

478 Там Турин и двое с ним познали муки жажды,

479 и голода, и страха, и страшного бегства

480 от ездоков на волках и бродячих орков,

481 и тварей Моргота, наполнявших леса.

482 Там им, окоченевшим и промокшим, приходилось идти ночи напролет,

483 холодным и льнущим друг к другу, когда скрипучие ветра

484 изгнали лето, и в безмолвных долинах

485 унылый дождик в далеких тенях

486 вечно капал и лился сквозь бесконечные пространства

487 дождливых листьев, пока не загорался свет

488 бледно и неохотно, еле брезжил

489 на промозглом рассвете. Они попались, как мухи,

490 в лабиринты чар; они потеряли дорогу

491 и блуждали без цели, а звезды были скрыты

492 и солнце не показывалось. Угрюмыми и утомительными

493 были горы; границы Дориата

494 сбитых с толку и усталых, закружили безнадежно

495 в тщетном блуждании, и они пали духом.

496 Без хлеба и воды, с кровоточащими ногами

497 с сякнущей силой в лесу блуждая,

498 они предвидели смерть, чаяли умереть, заблудившись,

499 когда услышали звук рога, гудевшего вдали,

500 и лай собак. Ло! Поляны унылые

501и безмолвные лощины пробудились к охоте,

502 и эхо вторило нетерпеливыми отзвуками,

503 ибо Бэлэг-лучник трубил в веселии,

504 тот, кто из своего народа далее всех уходил за рубежи

505 в холмы и долины на лов далекий,

506 не нуждаясь в товарищах и в переполненных чертогах,

507 легкий, как лист, как сильные ветры,

 

Стр.

 

508 в одиноких местах свободен и бесстрашен.

509 Он был высокого роста, хорошо сложен,

510 но тонок в обхвате, и легко по земле

511 его шаги ступали, когда вышел он к ним,

512 весь одет в серое, зеленое и коричневое.

 

513 «Кто вы? – спросил он. – Быть может, изгои,

514 скрывающиеся, гонимые, преследуемые ненавистью?»

 

515 «Нет, от глада и жажды мы изнемогаем, - рек Халог, -

516 Усталые, заплутали мы и пути не знаем.

517 Иль слыхом не слышал ты о холмах мертвецов

518 о поле слез, где в пламени и злобе

519 Моргот сломил мощь и доблесть

520 воинств Финвега и правителя Хитлума?

521 Там Талион Эритамрод и его таны неустрашимые

522 с земли исчезли, а его леди отважная

523 все рыдает, вдовая, ожидая в Хитлуме.

524 Предстали пред тобой последние из вассалов Морвэн,

525 и Талиона чадо, что в чертоги Тингола

526 Ныне ведомо по слову жены Хурина».

527 Тогда Бэлэг велел им возвеселиться, сказав:

528 «Боги направили вас под хороший присмотр,

529 Слыхал я о доме Хурина неустрашимого,

530 и кто же не слышал о горах убитых,

531 О Нирнайт Орнот, нет слезам счета!

532 Я не ходил на ту битву, но все же веду войну

533 бесконечную с орками, которых мои быстрые стрелы

534 часто разят незримо – быстро и смертельно.

535 Я охотник Бэлэг из сокрытого народа;

536 Лес – мой отец, и пустоши – мой дом».

537 Напиться он дал им, с пояса сняв

538 баклагу кожаную, до края полную вина,

539 что из ягод давят Юга жаркого

540 - гномы его знают: из Ногрода карлы

541 долгими путями донесли его в земли севера

542 для эльфов-изгнанников, которые из-за злой судьбы

543 более не видят покрытых виноградниками долин

544 земли Богов. Там ярко разгорелся

545 костер с языками огня, которые вспыхивали и трещали,

546 из древесины, поваленной ветром, которую его волшебное умение

547 гнилую, пропитанную дождем, в гудящее пламя

 

Стр. 112

 

548 обратило лаской и разожгло искусством магическим;

549 там испекли они мясо в углях головней;

550 белый пшеничный хлеб к сердечной их радости

551 достал он из котомки, и вот голод утолился

552 и надежда возросла, но головы их были одурманены

553 тем вином Дор-Виниона, что проникло в их вены,

554 и они крепко уснули на мягкой хвое

555 сосен высоких, что возносились над ними.

556 Потом они пробудились и дивились, ибо леса стали светлыми,

557 и радостным было утро, и дымка отступила

558 от сияющего солнца. Они вскоре были готовы

559 проделать долгие лиги пути. Ныне ведомые дорогами

560 кружными, петляющими по темному лесу,

561 долиной и склоном, и болотистой чащей,

562 - одинокими днями и долго тянущимися ночами

563 они шли решительно и благословляли своего друга,

564 ибо если бы не Бэлэг, они бы пали пред

565 волшебными лабиринтами королевы Мэлиан.

566 Он указал путь к тем тенистым берегам,

567 где тихий поток пред вратами струится

568 пещерного чертога Короля Дориата.

569 Через охраняемый мост он обеспечил им проход,

570 и трижды они благодарили его, в сердцах своих мысля

571«Благи Боги» - но догадайся они,

572 Что будущее им готовит – побоялись бы жить.

 

573 Пред троном Тингола теперь предстали эти трое;

574 спешно молвили речь, и он говорил с ними благосклонно,

575 ибо Хурин из Хитлума у него был в чести,

576 кого Бэрэн Эрмабвэд как брата любил

577 а вспомнив Морвэн, прекраснейшую из смертных,

578 он не отверг Турина с презрением.

579 Ласково обнял его король Дориата,

580 ибо Мэлиан подвигла его на это тихим советом,

581 и сказал: «Ло, о сын стремительнорукого

582 быстрого на смех, верного в беде,

583 Хурина из Хитлума, твой дом – там, где я,

584 живи же здесь и будь принят как мой сын.

585 В этих пещерных чертогах ради твоих родичей

586 ты будешь жить в любви, пока в свое время не решишь

587 вспомнить об одиночестве Морвэн, твоей матери;

588 Превыше разуменья смертных ты мудрость обрящешь

 

Стр. 113

 

589 и научишься владеть оружием, как эльфийские воины,

590 И не будет рабом сын Хурина».

 

591 Там оставались двое, что привели ребенка

592 пока члены их не получили облегчение, и они не возжелали уйти

593 сквозь страх и опасности к своей дорогой госпоже,

594 так крепка была их верность. Но холодом и снегом

595 старость тронула тяжче древнюю голову

596 Майльронда старого, и с любовью к госпоже

597 не равнялась в нем мощь; более обессилен годами,

598 нежели Халог, он не надеялся больше попасть домой.

599 И одолела его болезнь, и взгляд помутился;

600 «Должен обратить я на Турина свою верность и преданность, -

601 сказал он со вздохом, - на моего милого ребенка».

602 Но Халог укрепил для похода свое сердце.

603 Эльфийский эскорт был дан ему в помощь,

604 и магия Мэлиан, и награда золотом,

605 и было вложено ему в уста послание к Морвэн,

606 радостные слова, что желание ее исполнилось

607 и Турин взят под нежную опеку

608 Владыки Дориата; по своей доброй воле

609 ныне Тингол звал ее в Тысячу Пещер,

610 отправиться без страха с его народом в путь,

611 поселиться здесь в покое, пока ее сын не вырастет;

612 ибо Хурин из Хитлума был жив в памяти,

613 и не имел власти Моргот там, где жила Мэлиан.

 

614 О дороге эльфов и ревностного Халога

615 сказание не говорит, кроме того, что в свое время они явились

616 к порогу Морвэн. Там послание Тингола

617 прозвучало, где сидела она в своем одиноком чертоге,

618 но не решилась она сделать, как ей было любезно предложено,

619 ибо Ниэнор, свое дитя, только что отлученное от груди,

620 не хотела она ни оставлять, ни нести с собой к дальним рубежам,

621 подвергать испытаниям ее хрупкость в глухом лесу;

622 гордость ее народа, древних князей,

623 позволила ей послать сына к Тинголу,

624 когда ее подгоняло отчаяние; но проводить свои дни

625 как принятая из милости гостья, пусть даже у эльфийских королей

626 мало пришлось ей по душе; и жила до сих пор

627 в ее сердце надежда, что Хурин вернется,

628 и было дорого ей жилище, где прежде он жил;

629 по ночам она слушала, не постучат ли в дверь

 

Стр. 114

 

630 или звук шагов, которые она с любовью узнает.

631 Посему она не ушла; так судьба ее была предрешена.

632 Но танов Тингола она благородно поблагодарила

633 не показала она своего бесчестья – сколь оскудели

634 ее богатства, чтобы вознаградить их за приход,

635 но отдала им в дар последние золотые вещи,

636 последние, что остались, и унесли послы с собой

637 шлем Хурина, некогда порубленный в битвах,

638 когда бился он вместе с Бэрэном, как брат и друг,

639 против огров и орков, неприятелей злобных.

640 Золотой отделкой сталь серосверкающую

641 мастера украсили, руны высекли

642 мощи и победы, которые налагали на шлем чары

643 и защищали его носящего от ран или смерти,

644 того, кто носил в битве ярко сверкающий

645 Его ужасный гребень, увенчанный головой страшного дракона.

646 Вот что просила она Тингола принять вместе с благодарностями.

 

647 Так Халог, вассал ее, в Хитлум вернулся,

648 но таны Тингола нижайше ее поблагодарили

649 и препоясались к походу обратно, хотя седая зима

650 покрыла горы и стонущие леса,

651 Горы не задержали сокрытого народа.

652 И вот, Морвэн посланье чрез месяц похода -

653 столь быстро они шли, - было доставлено в Дориат.

654 Мэлиан исполнилась жалости к Морвэн,

655 но вежественно принял король тот шлем,

656 ее золотой дар, с учтивыми словами -

657 тот, чьи глубокие подземные хранилища были полны

658 эльфийскими арсеналами оружья старинного,

659 однако принял он шлем так, будто скудны были его оружейни.

660 Высока была глава, на которой возвышался этот шлем

661 увенчанный сим знаком - вздыбленным гребнем,

662 что дорог Дорломину – дракон Севера.

663 что Талион Эритамрод, трижды прославленный,

664 часто нашивал в битве с беспощадными врагами.

665 О, если б в день безнадежный надел он шлем

666 в губительной битве избегнуть гибели!»

667 Тут возникла мысль у Тингола в сердце,

668 и Турина он позвал и сказал ему ласково,

669 что мать его Морвэн великую вещь

670 послала сыну, наследье отцово,

 

Стр. 115

 

671 что рунами украсили древние умельцы

672 в темном краю карлов, во время оно,

673 раньше, чем туманного Хитлума и Митрима люди

674 достигли в странствиях; носил его некогда

675 отец отцов народа Хурина,

676 чей сын, Гумлин, отдал ее своему сыну,

677 прежде чем душа его была исторгнута из пронзенного сердца.

678 «Это несказанной цены работа Тэльхара,

679 кто носит сей шлем – храним от ран и волшбы,

680 от секиры сверкающей и клинка сбережен.

681 Храни же шлем Хурина, пока возмужание

682 не призовет тебя в битву, тогда отважно надень его,

683 И носи его славно!» Скорбя сердцем,

684 коснулся его Турин, но не взял в руки,

685 слишком слабый, чтобы поднять такую тяжесть,

686 и душа его в печали из-за ответа Морвэн

687 Смущена была и уныла.

Так немало дней

688 Прошло и минуло при дворе Тингола,

689 Ибо там Турин жил двенадцать долгих лет.

690 Но семь зим наложили скорбь

691 на сына Хурина, когда в мир то лето

692 пришло, радостное и золотое, неся скорбное расставание

693 последовали девять лет воспитания в лесу

694 и удел его был облегчен, ибо время от времени он узнавал

695 от странствующего народа, что творится в Хитлуме,

696 и вести ему рассказывали надежные эльфы

697 что для Морвэн, матери его, настали времена получше

698 и облегченье скорбей; и горячо говорили

699 все о Ниэнор, прозванной Северным Цветком,

700 стройной деве, в нежной красоте

701 теперь изысканно возрастающей. Тогда он делался радостней,

702 и надежда то и дело оживляла его сердце.

703 Он рос и возрастал, и заслужил известность

704 во всех землях, где Тингола держали за лорда,

705 за стойкость сердца и за силу телесную.

706 Много знаний он приобрел и любил мудрость,

707 но судьба потакала ему в немногих желаниях:

708 часто оборачивалось во зло и неудачу то, что он делал,

709 что любил – он терял, чего желал – не обретал,

710 и крепкой дружбы с трудом добивался,

 

Стр. 116

 

711 и нелегко было любить его, ибо вид он имел печальный;

712 он был угрюм сердцем и редко радостен,

713 ибо младость его опалила разлуки печаль

 

714 На пороге зрелости он был могуч

715 во владении оружием; в плетении песен

716 он обладал искусством менестреля, но не было в том веселья,

717 ибо скорбел он о страданьях людей Хитлума.

718 И впоследствии еще более возросла его скорбь,

719 когда с холмов Хитлума перестали приходить слухи,

720 и ни один странник не приносил вестей от Морвэн.

721 ибо в те дни приблизился рок гномов

722 и сила Князя безжалостного королевства,

723 мрачных гламхот, быстро росла,

724 пока земли севера не наполнились их шумом,

725 и устремились они с огнем и гибелью на народ,

726 который не склонился пред Бауглиром или пересекали границы

727 темного Дорломина с его страшными соснами,

728 что народ несчастный нарек Хитлумом.

729 Там Моргот их затворил за горами мрака,

730 отрезав от фэери и от народа лесов.

731 Даже Бэлэг не ходил в такую даль за пределы,

732 как некогда было в его обычае, ибо леса были полны

733 армий Ангбанда и деяний злых,

734 и убийство бродило у пределов Дориата;

735 только могущественная магия Королевы Мэлиан

736 сокрытый народ от разоренья хранила.

 

737 Чтоб успокоить свою печаль и утолить гнев

738 - от ран его народа горело его сердце, -

739 взял тогда наследник Хурина шлем своего отца

740 и оружие тяжкое, каким сражались люди,

741 и пустился в леса с воинами-эльфами,

742 и далеко в чаще носили его ноги

743 в черную битву, хотя годами он был еще мальчик

744 До того, как возмужать, он уже встречал и убивал

745 орков Ангбанда и злых тварей,

746 что рыскали и бродили у границ королевства.

747 Тяжка была его жизнь, и не избежал он и ран,

748 ранений от стрел или взметнувшегося блеска

749 серпов-скимитаров, Преисподней мечей,

750 кровожадных клинков, на черных наковальнях

751 скованных в Ангбанде, но он тоже наносил удары,

 

Стр. 117

 

752 не ослабевшие, бесстрашные, и судьба хранила его.

753 Так была доказана его доблесть, и была провозглашена хвала ему,

754 и свыше лет его был удостоен он хвалы,

755 ибо он отводил руку погибели

756 от Тингола подданных, и Тху его боялся,

757 и широко разошлась весть о Турине:

758 «Ло! Мы почитали дракона Севера мертвым,

759 но высоко над войском возносится его глава,

760 и крылья его раскинуты! Кто пробудил этот дух

761 и пламя разжег в его пасти свирепой?

762 Или то Хурин из Хитлума вырвался из Ада?»

763 И Тху, кто воцарился как могущественнейший из танов

764 под рукой Моргота Бауглира, кому сей хозяин повелел:

765 «Ступай и опустоши королевство вора Тингола,

766 и разрушь магию королевы Мэлиан», -

767 Даже Тху трепетал и его таны страшились.

 

768 Только один был, кто превосходил его в делах войны,

769 кто более был в чести в сердцах эльфов,

770 чем Турин, сын Хурина, опора Хитлума,

771 и то охотник Бэлэг из сокрытого народа,

772 чьим отцом был лес, а домом - пустоши;

773 чтобы согнуть его лук, именуемый Балтрондинг,

774 который некогда носило на себе дерево черного тиса,

775 ни у кого не хватало силы; несравнен он был в знании

776 тайн леса и усталых холмов.

777 Он был любимым вождем быстрых отрядов

778 облаченных в серое, и зеленое, и коричневое,

779 легковооруженной армии лучников с зоркими глазами,

780 следопытов, что разыскивали, презрев опасность,

781 по горам укрытия врага

782 и рассказы и слухи приносили вовремя

783 о лагерях и советах, о наступлениях и отступлениях,

784 обо всех передвижениях сил Моргота Бауглира.

785 Посему Турин, который доверял щиту и мечу,

786 охочий до схваток с врагом лицом к лицу,

787 где сверкающие мечи выбивают огненные искры,

788 и его облаченные в латы товарищи по оружию

789 редко попадали в ловушки и нападали неожиданно.

 

790 И слава боев на дальних рубежах

791 донеслась до двора короля Дориата,

792 и в его чертогах зазвучали истории о Турине,

 

стр. 118

 

793 о дружбе и братстве Бэлэга безвозрастного

794 с черноволосым мальчиком из побежденного народа.

795 Тогда король призвал их предстать пред ним

796 когда рейды орков уменьшатся во внешних землях,

797 время от времени без приглашения

798 звал их отдохнуть и попировать, и оживить на некоторое время

799 средь песен и лэ и нежной музыки

800 память о радости тех времен, когда луна еще не состарилась,

801 когда горы были молоды на рассвете мира.

802 И вот, Турин воссел за Тингола трапезу,

803 и Тингол поблагодарил его за славные деяния;

804 там было много смеха и громкий шум

805 бесчисленной компании, что обильно пила мед

806 и вино Дор-Виниона, которое лилось щедро

807 в их золотые кубки; и добрая еда

808 громоздилась на столах в сиянии факелов,

809 укрепленных в тех высоких чертогах, вырубленных в камне.

810 Там веселье обуяло многих; там менестрели звонко

811 пели им песни о городе Кор,

812 на который возвышающаяся гора Тайнгвэтиль

813 бросает отвесную тень, о сияющих чертогах,

814 где великие боги восседают и взирают на мир

815 от хранимых побережий залива Фэери.

816 Один запел о резне в Лебединой Гавани

817 и о проклятье, которое пало на роды с тех пор

 

Источник - страница Анариэль на "Самиздате"

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz