Потопление Анадунэ. Перевод Алмиэона

(i) Третья версия "Падения Нуменора"

 

  
   Прежде чем перейти к "Потоплению Анадунэ" необходимо обратиться сначала к первоначальному тексту легенды о Нуменоре, который возникает в тесной связи с "Утраченным Путем" (см. V.9). Там представлен текст "Падение Нуменора", сохранившийся (вдобавок к первоначальному наброску) в двух версиях, приведенных в V.13 и далее, которые я назвал ПН1 и ПН2, вторая, будучи сильно похожей на первую, занимает большую часть объема текста. Впоследствии текст правился во время написания "Властелина Колец", включая переделанный отрывок, в котором описывается "Мир, Сделанный Круглым" и развитие заключительной части касательно Белерианда и Последнего Союза (см. V.31 и далее); но поскольку название "Ондор" появляется в более позднем отрывке, этот текст не может быть написан позднее февраля 1942 г., когда "Ондор" стало "Гондор" (VII.423); в то время мой отец работал над третьей книгой "Властелина Колец".
  
   Существует прекрасная рукопись более позднего варианта "Падения Нуменора", на которую я ссылался, но не включил в том V. Я отметил там, что "эта версия, улучшенная и обстоятельно измененная, показывает, однако, очень небольшое дальнейшее развитие повествования", и поэтому пришел к выводу, что она принадлежит тому же самому периоду, что и версии, на которые я только что сослался, т.е. к относительно раннему периоду в написании "Властелина Колец". Поскольку "Потопление Анадунэ" демонстрирует такое странное отклонение от "Падения Нуменора", я привожу здесь эту третью последнюю версию полностью, называя ее "ПН III", чтобы сделать сравнение двух работ более простым. Я снова, как и в ранних версиях, нумерую параграфы; а также привожу различные изменения, которые были сделаны в ПН III.
  

Последние Предания

  

1. Падение Нуменора

  
   § 1 В Великой Битве, когда Фионвэ, сын Манвэ, поверг Моргота, три дома людей Белерианда были друзьями и союзниками эльфов и совершили многие отважные деяния. Но люди других родов обратились ко злу и сражались за Моргота, и после победы Владык Запада те из них, кто не был убит, бежали на восток Средиземья. Там по-прежнему на бесплодных землях бродили многие из их расы, дикие
  
   [332]
  
   и неорганизованные, отвергшие призывы как Фионвэ, так и Моргота, о помощи в войне. И злые люди, служившие Морготу, стали их властителями; а создания Моргота, которые бежали из руин Тангородрима, явились среди них и опутали их тенью страха. Ибо боги [> Валар] на время отвратились от людей Средиземья, которые не вняли их призывам и признали друзей Моргота своими владыками; и людей тревожили многие злые твари, которых создал Моргот во дни своего владычества: демоны, драконы и уродливые звери, и нечистые орки, что были насмешкой над творениями Илуватара; и большинство людей было несчастно.
  
   Но Манвэ изгнал Моргота и заключил его в Пустоту вне Мира; и он не может [> не мог] вновь вернуться в Мир как зримая сущность, пока стоят троны Владык [> стояли троны Владык Запада]. Все же его воля осталась и направляла его слуг; и она всегда побуждала их пытаться повергнуть богов [> Валар] и причинить вред тем, кто повинуется [> повиновался] им. Когда Моргот был выдворен, боги [> Валар] держали совет. Эльфов призвали вернуться на Запад; и те из них, кто прислушался, вновь заселили Эрессеа, Одинокий Остров; и ту землю снова назвали Аваллон: ибо она была рядом с Валинором и в поле зрения Благословенного Королевства. А люди трех верных домов были щедро вознаграждены. Фионвэ, сын Манвэ, явился среди них и учил их; и он наделил их мудростью, и могуществом, и жизнью более долгой, чем у кого-либо из смертной расы. [Добавлено: и продолжительность их жизни, которую не тревожили болезни, была втрое дольше, чем у людей Средиземья, а потомкам Хурина Стойкого была дарована еще более долгая жизнь, / до трехсот лет [> как позднее рассказывают].]1
  
   §2 Для них сотворили землю, дабы они поселились там, которая не была частью ни Средиземья, ни Валинора; ибо от них ее отделяло широкое море, но все же она находилась ближе к Валинору. Оссэ поднял ее из глубин Великого Моря, Аулэ укрепил, а Йаванна украсила; и эльдар принесли туда цветы и фонтаны из Аваллона, и они раскинули там сады великой красоты, в которых порой будут бродить дети Богов [> Валар]. Ту землю Валар нарекли Андор, Земля Дара; а ее обитатели поначалу звали ее Винья, Юная; но во дни своей гордости они назвали ее Нуменор, сиречь Вестернесс, Закатный Край, ибо она лежит западнее всех земель, населенных смертными;
  
   [333]
  
   однако она была далеко от истинного Запада, ибо то есть Валинор, земля Богов. Но слава Нуменора была разрушена [> ниспровергнута] и его имя исчезло; и после гибели этой земли в легендах тех, кто бежал оттуда, ее называли Аталантэ, Низвергнутая.
  
   В прежнее время главный город и гавань той земли находилась посреди западных берегов, и называлась она Ундуниэ [> Андуниэ],2 ибо была обращена к закату. Но высокое место королей было в городе Нуменос в сердце той земли, башню и цитадель которого построил Эльрос, сын Эаренделя [> Эарендиля], коего боги, и эльфы, и люди избрали владыкой [> кого назначили первым владыкой] нуменорцев. Он вел свой род от Хадора и Беора, отцов людей, а отчасти и от эльдар и Валар, ибо его праматерями были Идриль и Лутиэн. Однако Эльрос и весь его народ были смертными; ибо Валар не могли отнять дар смерти, полученный от Илуватара. [Этот отрывок со слов "Он вел свой род ..." был зачеркнут и заменен следующей поправкой: "Эльронд и брат его Эльрос вели свой род от Хадора и Беора, отцов людей, а отчасти и от эльдар и Валар, ибо их праматерями были Идриль и Лутиэн, дочь Мелиан. Никто другой среди людей Древних Дней не был в родстве с эльфами, и поэтому их называли Полуэльфами. Валар не могли отнять дар смерти, полученный от Илуватара, но в вопросе Полуэльфов Илуватар дал им право решать. И они судили так: братьям следует дать возможность выбирать. Эльронд решил остаться с Перворожденными, и ему была дана жизнь Перворожденных и еще добавлена благодать; тот выбор никогда не был отменен, и пока длился мир, он мог вернуться, если пожелает, к смертным людям и умереть. А Эльросу, который выбрал быть королем людей, дарована была очень долгая жизнь, в семь раз дольше, чем у смертных людей; а всему его роду, королям и владыкам королевских домов Нуменора, [добавлено: происходящих от Хурина] долгая жизнь даже по сравнению со сроком, назначенным нуменорцам, ибо некоторые из королей, сидящих в Нуменосе, жили четыре сотни лет. Но Эльрос жил пятьсот лет и правил нуменорцами в течении четырехсот и десяти лет. Таким образом, хотя нуменорцы жили долго и не были подвержены болезням, они по-прежнему оставались смертными".] Однако в Нуменоре говорили на языке эльдар Благословенного Королевства, и нуменорцы общались с эльфами, и им было дозволено издали глядеть на Валинор; ибо
  
   [334]
  
   их корабли часто плавали в Аваллон, и там морякам было позволено жить некоторое время.
  
   §3 С течением лет возросли величие и слава людей Нуменора, и во всем они были более подобны Перворожденным, нежели другие рода людей; однако они были менее прекрасны и мудры, чем эльфы, хотя и выше ростом. Ибо нуменорцы были очень высоки, выше, чем самые высокие из сынов людей в Средиземье. Из всех искусств они больше почитали кораблестроение и мореходство, и стали моряками, подобных которым никогда не будет вновь, ибо мир умалился. Они плавали от Эрессеа на Западе до берегов Средиземья и заходили даже во внутренние моря; и они странствовали на Север и Юг и взирали со своих высоких кораблей на Врата Утра, что на Востоке. И явились они среди диких людей и наполнили тех изумление и страхом; ибо люди под тенями мира думали, что то были боги или сыны богов с Запада. Там и сям сеяли нуменорцы семена добра в заброшенных землях, и они учили диких людей тому знанию и мудрости, которое те могли постичь; но большинство людей Средиземья в страхе бежали от них; ибо были под властью Саурона и верили лжи Моргота, полагая, что боги были ужасны и безжалостны. Потому от тех далеких дней происходят лишь отголоски легенд, равно светлых и темных; но тяжкая тень лежала на людях, ибо нуменорцы редко приходили к ним и никогда долго не задерживались в каком-либо месте. Все воды мира они избородили, ища того, чего сами не знали, и все же их сердца были обращены к западу; они начали страстно желать бессмертного блаженства Валинора, и по мере того, как прибывали их могущество и слава, возрастали их желание и непокой.
  
   §4 Боги запретили им заплывать за Одинокий Остров и не позволяли ступать на берега Валинора; ибо нуменорцы были смертными, и хотя Владыки Запада наградили их долгой жизнью, они не могли избавить их от усталости от мира, что приходила к ним, и те умирали, даже короли семени Эаренделя, и век их был краток в глазах эльфов. И нуменорцы начали роптать против этого запрета, и великое недовольство зародилось меж них. Их мудрецы непрестанно искали секреты продления жизни; и они отправили шпионов, чтобы найти тайное знание в Аваллоне; и боги были разгневаны.
  
   §5 Случилось так [добавлено: во дни Тар-калиона,
  
   [335]
  
   и двенадцать королей правили той землей до него,]3, что Саурон, слуга Моргота, укрепился в Средиземье; и узнал он о могуществе и величии нуменорцев и об их верности богам; и он опасался, как бы нуменорцы не пришли и не отняли у него владычество над Востоком, и не спасли людей Средиземья от Тени. И до короля так же дошли от мореходов слухи о Сауроне, и ему поведали, что тот назвал себя королем, более великим, чем даже король Нуменора. Поэтому король Тар-калион, не советуясь ни с богами, ни с эльфами, отправил к Саурону посланников и велел ему прийти и принести клятву верности. И Саурон, исполненный злобой и коварством, смирил себя и пришел; и он обольстил нуменорцев предзнаменованиями и чудесами. Мало-помалу Саурон обратил их сердца к Морготу, своему властелину; и он пророчествовал им и лгал, говоря, что Моргот вновь придет в мир. И Саурон говорил с Тар-калионом и Тар-илиэн, его королевой, и обещал им бесконечную жизнь и владычество над землей, если они обратятся к Морготу. И они поверили ему и попали под Тень, и большая часть народа поддерживала их. И Тар-калион воздвиг великий храм Морготу на Горе Илуватара в сердце той земли; и Саурон поселился там и следил за всем Нуменором. [Этот отрывок со слов "на Горе Илуватара ..." был вычеркнут и заменен следующим: посреди города Нуменос,4 и его купол возвышался над той землей подобно черной враждебной горе; и дым исходил из него, ибо в храме нуменорцы приносили ужасные жертвы Морготу, моля Властелина Тьмы избавить их от Смерти. Но священное место Илуватара находилось на вершине Горы Менельмин, Столпа Небес, в сердце той земли, и туда люди имели привычку подниматься, дабы выразить благодарность. Во всем Нуменоре один лишь Саурон не осмеливался ступать на его подножие, и он запретил [любому] ходить туда под страхом смерти. Немногие отважились ослушаться его, даже если желали того, ибо у Саурона было множество глаз и все дороги в той земле были под его надзором. Но были там некоторые, кто оставался верен и не преклонялся перед ним, и их главой был Элендиль прекрасный и его сыновья Анарион и Исильдур, и они были королевской крови Эаренделя, хотя и не по прямой линии.]
  
   §6 Но со временем Тар-калион почувствовал приближение старости и был обеспокоен; однако Саурон сказал, что
  
   [336]
  
   боги удерживают щедрый дар Моргота, и чтобы получить полноту власти над смертью и освободиться от нее, король должен овладеть Западом. И тяжкий страх смерти охватил Тар-калиона. Потому по его велению нуменорцы выковали великое множество оружия; и их могущество и искусность несказанно возросли в те дни, ибо во всем этом им потворствовал Саурон. Флотилии нуменорцев были подобны земле о многих островах, мачты - лесу исполинских деревьев, знамена - полосе грозы, а их паруса были алыми и черными. И медленно они поплыли на Запад, ибо все ветра стихли и весь мир погрузился в молчание в страхе того времени. И они с обеих сторон обошли Аваллон; и говорят, что эльфы скорбели и болезни легли на них, ибо туча нуменорцев лишила их света Валинора. Затем Тар-калион напал на побережья Валинора и метал стрелы молний, и огонь охватил Туну, и пламя и дым взвились у Таникветили.
  
   §7 Но боги не ответили. Тогда передовые отряды нуменорцев ступили на запретные берега и в мощи своей встали лагерем у границ Валинора. Но Манвэ был встревожен и опечален, и он воззвал к Илуватару и получил силу и совет от Творца; и судьба и очертания мира изменились. Боги прекратили молчание и явили свою мощь; и Валинор был отделен от земли, и трещина разверзлась посреди Великого Моря, к востоку от Аваллона.
  
  
   В эту пропасть хлынули воды Великого Моря, и шум падающих вод наполнил всю землю, и испарения водопадов поднялись над вершинами вечных гор. Но все корабли Нуменора, что стояли к западу от Аваллона, затянуло в пучину, и они затонули; и Тар-калион золотой и его светлая королева Илиэн подобно звездам пали во тьму и исчезли бесследно. Но смертные воители, ступившие на Землю Богов, были погребены под обрушившимися холмами; и говорят, что там, в Пещерах Забытья, лишенные свободы покоятся они до дня Рока и Последней Битвы.
  
   §8 Тогда Илуватар вытянул Великие Моря к западу от Средиземья и Пустынные Земли к востоку от него, и образовались новые земли и новые моря; и мир умалился, ибо Валинор и Эрессеа были взяты из него в королевство сокрытого. И впоследствии, несмотря на то, что человек мог плыть, он никогда не достиг бы Истинного Запада, но утомленный вернулся бы к тому
  
   [377]
  
   месту, с которого начал; ибо все земли и моря были одинаково удалены от центра земли. В то время случилось наводнение и великое волнение вод, и море поглотило на Западе и на Востоке Средиземья многое из того, что в Древние Дни было сушей.
  
   §9 Нуменор, находящийся недалеко от восточной части великого разлома, был полностью низвергнут и поглощен морем, и слава его сгинула, и лишь немногие из всего его народа избежали разрушения тех дней. Некоторые, когда флотилии пустились в плавание, остались по приказу Тар-калиона, другие - по своей воле (потому что они по-прежнему чтили богов и не желали идти на войну против Запада), и они взошли на свои корабли, что стояли на восточном побережье той земли, дабы исход войны не принес зло. По этой причине они некоторое время были защищены стеной своей земли и избежали поглощения морем; и многие бежали на Восток и прибыли в конце концов к берегам Средиземья.
  
   Жалкие остатки могущественного народа, который сгинул, появились из поглощающего моря на крыльях ветров гнева, и лишились они своей гордости и могущества древности. Но тем, кто смотрел с обращенных к морю холмов и узрел их приход, едущих на буре из тумана, и тьмы, и слухов о воде, и их черные паруса на фоне заходящего солнца, ужасными и могучими показались они, и страх перед высокими королями пришел в земли, далекие от моря.
  
   §10 Ибо нуменорцы стали владыками и королями людей, и неподалеку от западных берегов Средиземья они основали королевства и возвели крепости. Немногие в действительности были злыми, происходя от тех, кто прислушивался к Саурону и все еще не отвратился от него в своем сердце; однако большинство было доброжелательно, чтило богов и хранило древнюю мудрость. Тем не менее, все они были наполнены желанием долгой жизни на земле, и мысли о смерти тяжким бременем ложились на них. Судьба закинула их на восток, в Средиземье, но сердца их по-прежнему были обращены к западу. И они для своих умерших они строили дома более могучие, нежели для живых, и наделяли погребенных королей бесполезными сокровищами; ибо их мудрецы все еще надеялись открыть тайну продления жизни, и, возможно, ее возвращения. Однако говорят, что срок их жизни, который в древности был в три раза больше, чем у меньших людей, медленно уменьшался; и они достигли лишь умения сохранять нетленной мертвую плоть. Оттого королевства западного мира стали местом могил и
  
   [338]
  
   были наполнены призраками. И в воображении своих сердец, посреди смешения полузабытых легенд о былом, они представляли себе землю теней, наполненную призраками вещей, что были на смертной земле; и многие считали, что находилась та земля на Западе и управляли ею боги и что тени умерших приходили туда, неся с собой тени своего имущества, ибо больше не могли достигнуть Истинного Запада во плоти. По этой причине в поздние дни многие хоронили своих мертвецов в кораблях и отправляли их с пышностью по морю с западных берегов древнего мира.
  
   §11 Кровь нуменорцев текла в основном в людях тех западных земель и берегов; и память о первозданном мире осталась по большей части там, откуда встарь вели древние пути из Средиземья на Запад. Ибо древнее очертание мира сохранилось в разуме Илуватара и мыслях богов, и в памяти мира, как форма и замысел того, что было изменено, но тем не менее продолжается. И оно было подобно воздушной поверхности или прямому взору, что не искривляется вслед за закруглением земли, или ровному мосту, который медленно вырастает над тяжелым воздухом. В прежнее время многие из изгнанников Нуменора еще могли видеть, некоторые отчетливо, а некоторые более расплывчато, пути на Истинный Запад; и они верили, что порой с высоких мест можно было различить вершины Таникветили в конце Прямого Пути, возвышающиеся над миром. Потому в те дни они строили очень высокие башни, и их святыни находились на горных вершинах, ибо они подымались, если такое могло быть, над туманами Средиземья в более ясном воздухе, который не скрывает видения того, что вдали.
  
   §12 Но те, чей древний взор затмился или же которые его не имели и не могли постичь этого в своих думах, презирали строителей башен и доверяли кораблям, которые плавали по воде. Но они прибывали только в земли нового мира и находили его похожим на древний, подверженный смерти; и они рассказывали, что мир закруглился. Ибо по Прямому Пути только боги могли ходить, и только корабли эльфов путешествовать; ибо, будучи прямым, тот путь проходил через слой дыхания и полета и подымался над ним, и пересекал Ильмен, который не может стерпеть смертная плоть; в то время как поверхность земли изогнулась, изогнуты были и моря, что покрывали ее, а также тяжелый воздух над ней. Однако говорят, что даже среди тех древних нуменорцев, у кого был прямой взор, находились те, что не
  
   [339]
  
   постигли этого, и они принялись измышлять корабли, которые должны воспарить над водами мира и придерживаться воображаемых морей. Но они смогли смастерить лишь суда, которые могли плавать в слое дыхания. И эти корабли, взлетев, так же прибывали к землям нового мира и на Восток старого; и они говорили, что мир закруглился. Потому многие позабыли богов и убрали их из своих легенд. Но люди Средиземья со страхом и изумлением взирали на нуменорцев, что опускались с небес; и они признали этих небесных странников богами, и некоторые нуменорцы были довольны, считая, что так и должно быть.
  
   §13 Но не все сердца нуменорцев исказились; и знание о древних днях до Низвержения и мудрость, исходившие от Друзей Эльфов, их отцов, долго хранились среди них. И мудрейшие из них учили, что судьба людей не связана круглым путем, но не предназначен им и прямой. Ибо у круга нет конца, и из него не вырваться; а прямой путь - истинный и имеет конец в пределах мира, и то - судьба эльфов. Но удел людей, они говорят, не по кругу и не закончен, и не полностью в пределах мира.
  
   Но даже мудрость мудрых была исполнена печалью и сожалением; и они горько помнили о том, как пришла гибель, и люди были лишены своей части Прямого Пути. Поэтому они по мере своих сил избегали тени Моргота и испытывали ненависть к Саурону. И они нападали на его храмы и его слуг, и случались войны среди могучих Средиземья, о которых ныне сохранились лишь отголоски.
  
   Заключительная часть (§14) ранних версий "Падения Нуменора" касательно Белерианда (см. стр. 331) была опущена в НН III.
  
   Соглашаясь с заключением (см. стр. 331), что версия, только что приведенная, как было первоначально написано, происходит от гораздо более раннего этапа в написании "Властелина Колец" по сравнению с "Записками Клуба Мнение", кажется почти очевидным, что изменения и добавления, сделанные к ней, принадлежат периоду "Записок" и "Потопления Анадунэ". Главное свидетельство этому5 заключается в добавлении к §5, в котором утверждается, что Тар-калион был тринадцатым королем Нуменора, и в исправлении описания храма в §5: он был расположен не на Горе Илуватара, но "посреди города Нуменос" (см. примечания 3 и 4).
  
   Наиболее примечательная и поистине поразительная черта этих поздних добавлений к НН III - утверждение в §2, что в то время как "жизнь Перворожденных" была дана Эльронду в соответствие с его выбором, "еще
  
   [340]
  
   добавлена благодать, тот выбор никогда не был отменен, и пока длился мир, он мог вернуться, если пожелает, к смертным людям и умереть". На основании моего настоящего знания могу сказать, что нигде в другом месте о Выборе Эльронда не говорится ничего подобного; и это противопоставляется Приложению А к "Властелину Колец": "В конце Первой Эпохи Валар дали Полуэльфам возможность сделать окончательный выбор, к какому из народов они желают принадлежать". Этот отрывок в НН III касательно Эльронда и Эльроса годы спустя вновь появляется в "Акаллабет", но это предложение было удалено ("Сильмариллион", стр. 261).
  

ПРИМЕЧАНИЯ

  
   1. О тройном сроке жизни нуменорцев см. стр. 378, §13. - Потомки Хурина Стойкого: вероятно, это ошибка, ибо это Хуор отец Туора, отца Эарендиля; но Хурин повторяется в добавлении к §2. Ср. примечание, приведенное в VII.6, "Троттер - человек из расы Эльронда, происходящей от Турина", где Турин, вероятно, описка - должно быть Туор.
  
   2. Ундуниэ: Андуниэ встречается в ПН II, но в машинописной копии к ПН II (V.31), сделанной машинисткой, эта форма была изменена на Ундуниэ.
  
   3. Тар-калион стал четырнадцатым (не тринадцатым) королем Нуменора в исправлении ко второму тексту "Потопления Анадунэ" (см. стр. 381, §20).
  
   4. О неопределенности в отношении местоположения храма см. стр. 384, §32.
  
   5. В конце листка, несущего длинное дополнение к §2 касательно Эльронда и Эльроса, есть черновые примечания, в которых дается ссылка на язык адунаик; но они не поддаются датировке.

Переведено 20 февраля 2011 г.

   [340]
  

(ii) Первоначальный текст "Потопления Анадунэ"

  
   Станет очевидным, что "Потопление Анадунэ" было столь же тесно связано с Частью Два "Записок Клуба `Мнение'", как и первоначальный текст "Падения Нуменора" с "Утраченным Путем". Сначала я приведу первоначальный черновик, а свои рассуждения относительно него отложу на конец.
  
   Черновик - машинопись чрезвычайной грубости с очень многими ошибками при печатании, и у меня есть небольшие сомнения, что отец по какой-то причине впервые написал основной черновик с самого начала полностью на пишущей машинке, печатая быстро. Конечно, нет никакого следа, среди всего этого большого собрания текстов и примечаний, любого все еще большего "основного" повествования (хотя есть предварительные наброски, которые приводятся позднее, см. стр. 397 и далее). Я привожу его здесь практически в том же виде, как напечатано, исправляя очевидные ошибки и вставляя пунктуацию, но не учитываю позднейшие исправления. Такие исправления ограничены главным образом вводными параграфами, после которых они прекращаются: выглядит так, как если бы мой отец осознал, что невозможно будет осуществить крупные изменения на машинописи, напечатанной через одиночный интервал, с узкими краями. В любом случае эти исправления
  
   [341]
  
   встречаются во втором тексте, который я тоже привожу полностью. Однако одно название было последовательно изменено: Балай > Авалай до §16, где Авалай появляется в напечатанном тексте. Я распространил знаки длины над гласными на весь текст: печатная машинка моего отца не имела таких знаков, и он надписывал их карандашом и часто пропускал.
  
   Конечно, в рукописи нет нумерации параграфов: я ввожу ее, дабы сделать последующие ссылки и сопоставление более простыми. У этого первого текста фактически не много разделений на параграфы, и мои в большей степени основаны на следующей версии.
  
   Впоследствии я буду ссылаться на этот текст как "ПА I". У него не было названия, но позднее было написано карандашом "Потопление Анадунэ".
  
   §1 До прихода людей были многие Силы, что правили Землей, и то были Эру-бент, слуги Бога, и в самом рано записанном языке они звались Балай. Некоторые были меньшими, а некоторые большими. Самым могущественным и главным среди них был Мелеко.
  
   §2 Но давным-давно, еще во время сотворения Земли, замыслил он зло; и стал мятежником против Эру, желая весь мир для себя, и не хотел, чтобы был кто-нибудь превыше него. Поэтому Манавэ, его брат, старался управлять землей и Силами в согласии с волей Эру; и Манавэ жил на Западе. Но Мелеко остался, скрываясь на Севере, и он творил зло и обладал большим могуществом, и Великие Земли лежали во тьме.
  
   §3 И в назначенный срок люди родились в мире, и они пришли во время войны; и быстро попали под власть Мелеко. Ныне он появился как Великий Король и бог, и его правление несло зло, а культ его был нечист; и люди отдалились от Эру и Балай, его слуг.
  
   §4 Но были те отцы людей, что раскаялись, видя зло Короля Мелеко, и их дома со скорбью возвратились к верности Эру, и Балай подружились с ними, и их нарекли эрухиль, дети Бога. Балай и эрухиль начали войну против Мелеко, и в то время они разрушили его королевство и низвергли его черный трон. Но Мелеко не был уничтожен, и на время он тайно возвращался, невидимый для людей. Но зло его по-прежнему жило, и жестокие короли и злые храмы всегда возникали в мире, и большая часть людской расы служила им; и они вели войну против эрухиль.
  
   [342]
  
   §5 И Балай в скорби отступили дальше на запад (в противном случае они бы увяли и стали тайными голосами и тенями древних дней); и большая часть эрухиль последовала за ними. Хотя говорят, что некоторые из тех добрых людей, простой народ, пастухи и им подобные, жили в центре Великих Земель.
  
   §6 Но все благороднейшие и близкие в дружбе с Балай эрухиль, которые больше всего помогали в войне с Черным Троном, блуждали вдали, пока не пришли к последним берегам Великих Морей. Там они остановились и были переполнены ужасом и тоской; ибо Балай по большей части переправились через море, ища королевство Манавэ. И там, наставляемые Балай, люди овладели искусством кораблестроения и плавания против верта; и они построили множество малых судов. Но они не осмеливались выйти в глубокие воды и плавали в основном вверх и вниз вдоль побережий и среди ближайших островов.
  
   §7 И именно благодаря своим кораблям они спаслись. Ибо злые люди умножились в те дни и с ненавистью преследовали эрухиль; и злые люди, вдохновленные злым духом Мелеко, стали хитрыми и жестокими в искусствах войны и выковали много оружия; и эрухиль стало тяжелее удерживать любую землю, в которой можно жить.
  
   §8 И в те темные дни страха и войны среди эрухиль появился человек, названный Эарендилем Другом Моря, ибо его смелость в море была велика. И пришла в его сердце мысль построить величайший корабль из тех, что когда-либо были, и выйти в глубокие воды, и, возможно, достичь земли Манавэ, и получить там помощь для своей родни. И он построил великий корабль и назвал его Вингалотэ,1 Пенный Цветок.
  
   §9 И когда все было приготовлено, он попрощался с сыновьями и женой, и со всей своей родней; ибо задумал плыть один. И он сказал: "Возможно, вы никогда не увидите меня снова, и если так случится, то продолжайте войну и держитесь до конца. Но если мое путешествие удастся, тогда вы так же можете не увидеть меня снова, но узреете знак и обретете надежду".
  
   §10 Но Эарендель2 пересек Великое Море и прибыл в Благословенное Королевство, и говорил с Манавэ.
  
   §11 [Сразу же отвергнуто: И Манавэ сказал, что ныне у него нет сил вести войну против Мелеко, который к тому же является законным правителем Земли, хотя его восстание, казалось бы, могло лишить его этого права; и что власть над
  
   [343]
  
   Землей теперь в руках] И Манавэ сказал, что Эру воспретил Балай вести войну силой; и что земля теперь в руках людей, чтобы те творили на ней или же повреждали ее. Но из-за их расскаяния и верности он подарит, как то было ему позволено, землю для эрухиль, в которой они могли бы жить, если захотят. И та земля была громадным островом посреди моря. Но Манавэ не разрешил Эарендилю снова вернуться к людям, поскольку тот ступил на землю Благословенного Королевства, куда еще пока не приходила Смерть. И он взял корабль Эарендиля и наполнил его серебряным пламенем, и вознес над миром, чтобы тот плавал в небе, зримое чудо.
  
   И на берегах моря эрухиль узрели его свет; и они знали, что это был знак Эарендиля. И надежда и отвага родились в их сердцах; и они собрали свои корабли, малые и большие, и все свое имущество, и отправились в плавание по глубоким водам, следуя за звездой. Великая тишина была в те дни, и все ветра стихли. И эрухиль пришли в землю, которую отдали им, и нашли ее прекрасной и плодородной, и были счастливы. И они нарекли ту землю Андорэ,3 Земля Дара, хотя впоследствии обычно называли ее Нуменорэ, Вестернесс (Закатный Край).
  
   §13 Но так эрухиль не избегли рока смерти, который тяготел над всем людским родом; и они по-прежнему были смертны; хотя за их преданность награждены были тройным сроком жизни, и их годы были долгими и счастливыми, и болезни не тревожили их, пока они оставались верными. И нуменорцы стали более мудрыми, прекрасными и славными, могущественнейшие из людей, что были; но их число не было велико, ибо дети их были немногочисленны.
  
   §14 И они были под опекой Балай, и выучили их язык и отказались от своего; и они сделали много записей знания и красоты на том языке в золотой век своего королевства, о котором ныне мало помнят. И они стали искусны во многих ремеслах, так что если бы захотели, то могли легко превзойти злых королей Средиземья в оружии и войне; но они все еще были мирными людьми; и из всех искусств их больше всего привлекало кораблестроение, и плавание было главным умением и радостью молодых людей.
  
   §15 Но Балай еще запрещали им заплывать на запад, выходя из поля зрения западных берегов Нуменора; и нуменорцы пока были согласны, хотя полностью не понимали
  
   [344]
  
   цели этого запрета. Но смысл его был в том, чтобы у эрухиль не возникло искушения отправиться в Благословенное Королевство и познать там недовольство, став очарованными бессмертием Балай и всех вещей на их земле.
  
   §16 Ибо Эру пока еще дозволял Балай удерживать землю на острове или берегу западных земель, по-прежнему нехоженных, (точно не известно, где они; ибо Эарендель единственный из людей когда-либо приходил туда и никогда не возвращался), чтобы жить там, в земном раю и памяти о том, как могло быть, не обратись люди к Мелеко. Нуменорцы назвали ту землю Аваллондэ, Гавань Богов, ибо иногда, когда воздух был чист, а солнце на востоке, они могли увидеть, как им казалось, белоснежный город на далеких берегах, и большую гавань, и башню; но так случалось лишь тогда, когда их собственная западная гавань, Андуниэ Нуменорская, была низко на горизонте, и они не осмеливались нарушать запрет и плыть дальше на запад. Но время от времени в Нуменор прибывали Авалай, дети и меньшие из Бессмертного Народа, иногда на безвесельных судах, иногда как летящие птицы, иногда в других прекрасных формах; и они любили нуменорцев.
  
   §17 И так случилось, что в те дни люди Вестернесса плавали на восток, а не на запад, от темного Севера до жаркого Юга и за пределы нижней тьмы. И эрухиль часто приплывали к берегам Великих Земель и сжалились над покинутым миром Средиземья; и юные принцы нуменорцев явились среди людей Темных Веков и научили их своему языку (ибо родные языки людей Средиземья были еще грубыми и несформировавшимися) и песням, и многим искусствам - таким, какие они могли постичь, и принесли им зерно и вино.
  
   §18 И люди Средиземья обрели утешение и в некоторых местах отчасти сбросили хомут отпрысков Мелеко; и они чтили память людей из-за Моря и называли их Богами, ибо в то время нуменорцы не оставались в Средиземье надолго. Ибо хотя их стопы были направлены на восток, сердца всегда стремились на запад.
  
   §19 Однако в конце концов все блаженство и улучшение снова обратилось во зло, и люди пали, как говорят, во второй раз. Ибо там появилось второе олицетворение силы тьмы на земле, и была ли это всего лишь форма Древнего или один из его древних слуг, возросший в новой силе, неизвестно. И
  
   [345]
  
   у этого злого создания было много имен, но эрухиль звали его Саурон, а люди Средиземья (когда они вообще осмеливались произносить его имя) обычно именовали его Зигуром Великим. И он стал великим королем в срединных землях и поначалу был хорош на вид и справедлив, и его правление приносило пользу людям во всех нуждах их тел; ибо он сделал богатыми всех, кто бы ни служил ему. Но те, что не хотели склонить голову, были изгнаны в пустынные земли. Но Зигур желал, как прежде Мелеко, быть королем над всеми королями и богом для людей. И медленно его мощь двинулась на север и юг и всегда на запад; и он услышал о прибытии эрухиль и был разгневан. И в сердце своем он вынашивал замысел как погубить Нуменор.
  
   §20 И вести о Зигуре Великом, который решил стать властелином Средиземья, а после и всего мира, достигли Нуменора и короля Таркалиона, наследника Эаренделя (ибо этот титул носили все короли Нуменора, и они действительно по прямой линии происходили от Эльроса, сына Эаренделя). И Таркалион был разгневан, ибо короли Нуменора в то время стали очень гордыми и славными.
  
   §21 И в то время зло, которое давным-давно познали их отцы, хоть и впоследствии раскаялись, снова пробудилось в сердцах эрухиль; ибо по мере того как их удел на земле Нуменора становился более счастливым, все сильнее возрастало желание вечной жизни и избавления от смерти. И в сердцах своих они начали роптать (а вскоре и открыто) против рока людей; и особенно против запрета плавать на запад и приходить в Благословенное Королевство.
  
   §22 "Почему Авалай должны пребывать там в вечном мире", - говорили они, - "в то время как мы должны умирать и уходить неведомо куда, оставляя наш дом; ибо не мы согрешили в самом начале; и не был ли творец зла Мелеко одним из Авалай?"
  
   §23 И Авалай, зная о том, что было сказано, и видя возросшую тень зла, опечалились и реже приходили в Нуменор; а те, кто приходил, убедительно говорили с эрухиль; и они старались преподать им знание об очертаниях и судьбе мира, говоря, что мир круглый, и что если бы они приплыли на запредельный запад, то все равно вернулись бы снова на восток и так к месту своего отправления, и мир показался бы им тюрьмой.
  
   §24 "И то есть удел вашей странной расы", - говорили Авалай. - "И Эру не наказывает без блага; и его
  
   [346]
  
   милосердие не без строгости". Ибо мы (как вы говорите) не наказаны и живем вечно в блаженстве; мы не умираем, но и не можем уйти, и привязаны к этому миру, и не оставим его до тех пор, пока все не изменится. А вы (как вы ропчете) наказаны и поэтому умираете, однако вы можете уйти и оставить мир и не привязаны к нему. Стало быть, кто из нас должен завидовать другому?
  
   §25 Возможно, вы нам, ибо от вас требуется бСльшее доверие и неведомо людям, что лежит перед ними в недалеком будущем. Но хотя мы ничего не знаем о замысле Эру в этом вопросе (ибо он ничего не открыл Авалай из своего намерения в отношении вас), мы говорим вам, что то доверие, если вы окажете его, не будет презираться; и хотя пройдет много веков людей (однако Авалай неведомо сколько), Илуватар Отец не позволит умереть навсегда тем, кто любит его и мир, который Он создал".
  
   §26 Но только немногие из нуменорцев прислушались к этому совету. Ибо то казалось сложным для них, и они желали избежать Смерти на своем веку и стали отдаляться от Авалай, и те более не приходили в Нуменор, кроме редких случаев и тайно, навещая немногих верных. Главой верных был Амардиль и его сын Элендиль (кого к тому же звали Эарендилем за любовь к морю, а также потому, что его отец, хотя и не по старшей линии, что восседала на троне в Нуменоре, происходил от Эарендиля древности).
  
   §27 Но король Таркалион озлобился, и почитание Эру на вершине горы Менельтьюлы прекратилось в те дни.
  
  
   §28 Но Таркалион, услышав о Сауроне, решил, не посоветовавшись с Авалай, потребовать от него верности и почтения; ибо он считал, что ни один король никогда не [смог] бы соперничать с владыками Нуменора; и в то время он начал во множестве ковать оружие для войны и велел строить большие корабли; и он отплыл на восток и высадился в Средиземье, и велел Саурону придти и преклониться перед ним. И Саурон пришел, ибо он видел, что еще не готов поступать по-своему в делах с Нуменором, и, возможно, был немало изумлен при виде величия короля людей; и Саурон был хитер. И он смирил себя и во всем казался прекрасным и мудрым.
  
   §29 И пришла королю Таркалиону мысль, что для лучшего присмотра за Сауроном и его новой клятвой верности, его следует взять в Нуменор как заложника. И с
  
   [347]
  
   этим Саурон охотно согласился, ибо то отвечало его собственному желанию. И Саурон, взирая на Нуменор в дни его славы, действительно был изумлен; но сердце его преисполнилось еще большей ненависти.
  
   §30 Таковы были хитроумие его и коварство, что вскоре он стал ближайшим советником Короля; и медленно та земля переменилась, и сердца Верных, Авалтири, затемнились.
  
   §31 Ибо изощренными доводами Саурон опровергал все, чему учили Авалай. И он предложил им подумать о том, что мир не был замкнутым кругом; и что там были многие земли с бесчисленными сокровищами, которые они могли бы захватить; и даже когда они достигли бы конца всего этого, снаружи была бы Тьма, из которой все произошло. "И Тьма есть Королевство Властелина Всего, Мелеко Великого, который создал мир из первозданной тьмы. И только Тьма воистину священна", - говорил он.
  
   §32 И Король Таркалион обратился к почитанию Тьмы и Мелеко, ее Владыки. И Менельтьюла была заброшена в те дни, и никто не мог всходить на нее под страхом смерти, даже те из верных, кто все еще в своем сердце был предан Эру. Но Саурон велел построить на холме в центре города нуменорцев, Антириона Золотого, великий храм; и он был в форме круга на земле, его стены были толщиной в пятьдесят футов и вздымались на высоту в пятьсот футов, и они были увенчаны могучим куполом, полностью сработанным из серебра, но серебро это было черным. И то была величайшая из работ нуменорцев и самая злая, и люди боялись ее тени. И из вершины купола, где было отверстие или большая башня с отверстиями, то и дело исходил дым, и все чаще по мере того, как возрастало зло Саурона. Ибо там люди приносили жертвы Мелеко с пролитием крови, пытками и великой злобой; и часто жертвами были верные. Но их никогда открыто не обвиняли в том, что они не почитают Мелеко; скорее причину находили в их ненависти к Королю, или, что было неправдой, в том, что они готовят заговор против своей родни и измышляют ложь и яды.
  
   §33 И все же Смерть не покинула ту землю. Вернее, она приходила быстрее и чаще и в ужасном облике. Ибо в то время как прежде люди медленно старились и, почувствовав усталость от этого мира, наконец словно бы засыпали, теперь безумие и болезни снизошли на них, и все же они боялись умирать и уходить во тьму, королевство владыки,
  
   [348]
  
   которого избрали. И в те дни люди ковали оружие и убивали друг друга по пустякам.
  
   §34 Тем не менее казалось, что они процветали. Ибо благодаря Саурону богатства их возросли в те дни, и они строили всё большие корабли. И они плавали в Средиземье за новыми богатствами; однако теперь они приходили не как дарители, но как воители. И они охотились на людей Средиземья и порабощали их, и отбирали имущество; и в те дни они строили крепости и большие гробницы на западных берегах. И люди вознесли их, и память о добрых королях Древних Дней померкла в мире и обросла многими ужасными легендами.
  
   §35 Так Король Таркалион стал величайшим тираном, которого видел мир со времен Мелеко; и все же он ощущал приближение смерти по мере того, как проходили его дни. И он исполнился гневом и страхом. И теперь пришел час, которого ожидал Саурон. Ибо ныне он говорил с Королем, молвя зло об Эру, говоря, что он был лишь призраком, ложью, измысленной Авалай, дабы оправдать собственную праздность и алчность; и что Авалай удерживают дар бесконечной жизни из жадности и страха, что короли людей вырвут у них правление над миром и Благословенное Королевство. "И хотя несомненно дар вечной жизни не для всех, а только для достойных, людей могучих и гордых, и великого происхождения", - говорил Саурон, - "несправедливо, что в этом даре, который есть наименьшее, чего достоин сей король, отказано Таркалиону, могущественнейшему из сыновей Земли. С которым только Манавэ может сравниться, да и тот вряд ли". И Таркалион, одурманенный этими словами и находящийся под тенью Смерти, ибо его срок подходил к концу, прислушался к нему и замыслил войну против Авалай. Долго он обдумывал этот замысел, который нельзя было скрыть ото всех.
  
   §36 И в те дни Амардиль, который, как было сказано, происходил из королевского дома и был верным, и к тому же настолько благородным и настолько любимым всеми, кроме наиболее одураченных из людей, что даже в дни Саурона Король еще не смел наложить на него руку, узнал о тайных намерениях Короля, и его сердце преисполнилось горем и великим ужасом. Ибо он знал, что людям не дано победить Авалай в войне и что мир ждут великие разрушения, если эту войну не остановить. Поэтому он призвал своего сына Элендиля Эарендиля и сказал ему: "Узри, дни темные и отчаянные; поэтому я решил последовать тому замыслу,
  
   [349]
  
   что осуществил предок наш Эарендиль: отплыть на Запад (не взирая на запрет) и говорить с Авалай, да, даже с самим Манавэ, если получится, и молить их о помощи, пока все не пропало".
  
   "Не предашь ли ты тем короля?" - сказал Элендиль.
  
   "Ради этого я и намереваюсь отправиться", - ответил Амардиль.
  
   "И что тогда, мыслишь ты, возможно, случится с теми из твоего дома, кого ты не берешь с собой, когда станет известно о твоем деянии?"
  
   §37 "Об этом не должны узнать", - ответил Амардиль. "Я подготовлю все втайне и поплыву сначала на Восток, куда каждый день отправляются многие корабли, а затем поверну на Запад. Но тебе и твоим людям я советую подготовить собственные корабли и взять на борт все те вещи, с которыми не может расстаться ваше сердце, и быть наготове. Однако вам следует держать корабли в восточных гаванях; и объявите людям, что, возможно, вы намереваетесь, когда все будет готово, последовать за мной на Восток. И, я думаю, что отбыть вам не запретят; ибо дом Амардиля более уже не так дорог нашему родичу на троне Эарендиля, чтобы это его глубоко опечалило. Но не бери с собой много людей, иначе он может встревожиться, поскольку в войне, которую он ныне затевает, ему понадобятся все силы, имеющиеся у него. Не бери много, и только тех, которых считаешь верными. И все же никому не открывай свой замысел".
  
   §38 "И какой замысел приготовлен у тебя для меня?".
  
   "Пока не вернусь, я не могу сказать. Но несомненно следует бежать далеко от прекрасного Андорэ, что ныне так осквернен, от нашего народа; на восток ли на запад - лишь Авалай могут сказать. Но наверняка довольно того, что ты никогда снова не увидишь меня и что я не смогу дать тебе знак, как то в древности сделал предок наш Эарендиль. Но будь всегда готов, ибо конец мира, который мы знали, близок".
  
   §39 И говорят, что Амардиль отплыл ночью на восток, а затем повернул на запад, и он взял с собой трех слуг, дорогих его сердцу, и никогда снова в этом мире о них не слышали ни словом, ни знаком; не было никакой истории или предположения об их судьбе. Однако можно заметить, что во второй раз нельзя было спасти людей подобным посольством; и нелегко было простить предательство Нуменора. Но Элендиль жил на востоке той земли и держался скрытно, и не вмешивался в дела тех дней; и всегда искал знака, который не появлялся. Иногда он отправлялся к западным берегам Нуменора и вглядывался в морскую даль, и печаль и тоска снедали его, ибо он любил своего
  
   [350]
  
   отца - но дальше ему не позволено идти; ибо Таркалион ныне собирал свои флотилии в западных гаванях.
  
   §40 В прежние времена в Нуменоре всегда была прекрасная погода или, по крайней мере, склонна угождать желаниям и нуждам людей, дождь в меру и в надлежащее время, и солнечный свет, то теплый, то попрохладнее, и ветер с моря; и когда ветер дул с запада, многим казалось, что он был наполнен благоуханием, мимолетным, но душистым, волнующим сердце, как у цветов, что вечно цветут на бессмертных лугах и не имеют названий на смертных берегах. Но теперь все сильно изменилось. Ибо само небо затемнилось, и в те дни случались ливни и град, и то и дело тонули большие корабли нуменорцев и не возвращались в гавани. И с Запада временами приходила великая туча в форме орла с крыльями, раскинутыми на Север и Юг; и медленно она росла, заслоняя заходящее солнце - ибо в тот час ее чаще всего видели; и тогда великая ночь падала на Нуменор. И вскоре под крыльями орлов рождались молнии, и гром гремел на небесах с таким шумом, какой люди той земли никогда прежде не слышали.
  
   §41 Тогда люди испугались. "Узрите Орлов Владык Запада, летящих на Нуменор!" - кричали они и падали ниц. И некоторые раскаивались, но другие ожесточали свои сердца и грозили небесам кулаками, и говорили: "Владыки Запада начали войну. Они наносят первый удар, следующий должен быть за нами." Эти слова произнес Король, но измыслил их Саурон.
  
   §42 Но молнии били чаще и убивали людей в холмах и на лугах, и стрелы величайшего гнева ударили в купол Храма. Но он твердо стоял.
  
   §43 И теперь флотилии нуменорцев затемнили море на западе той земли, подобно архипелагу могучих островов, и их мачты были словно леса, а знамена красными, как заходящее солнце в великом шторме, и столь же черными, как ночь, что приходит после. Но Орлы Владык Запада появлялись теперь и днем, длинной вереницей, словно на битву, и их крылья раскидывались еще шире, пока не охватывали небеса.
  
  
   §44 Но Таркалион ожесточил свое сердце и взошел на свой могучий корабль Андалокэ, и развернул свое знамя, и велел поднять якоря.
  
   [351]
  
   §45 И так флот нуменорцев двинулся в пасть к шторму, и они решительно плыли на запад; ибо у них было много рабов. И когда шторм ослаб, небо прояснилось и ветер подул с Востока (умением Саурона, как говорили некоторые), и наступил ложный над всеми морями и землей, пока мир замер в ожидании того, что случится. И флотилии нуменорцев скрылись из взора Андуниэ и нарушили запрет, и продолжали плыть три ночи и три дня; и они вышли за пределы видимости всех наблюдателей.
  
   §46 И никто не может поведать об их судьбе, ибо ни один из них не вернулся. Действительно ли они прибыли в ту гавань, которую древние люди (как они думали) могли видеть; или они не нашли ее, или же пришли в некую другую землю и там напали на Авалай, - о том никому неведомо. Ибо мир изменился в то время, и память обо всем, что было прежде, потускнела и была ненадежна.
  
   §47 Но мудрейшие в проницательности своей утверждали, что флотилии нуменорцев действительно прибыли в Аваллондэ и окружили ее, но Авалай не подали знака. Однако Манавэ, будучи опечален, до последнего искал совета у Эру, и Авалай сложили с себя управление Землей. И Эру разрушил ее лик, и великая пропасть разверзлась в море между Нуменором и Аваллондэ, и моря хлынули в нее, и в ту бездну провалились все флотилии нуменорцев и были поглощены забвением. Но Аваллондэ и Нуменорэ, что стояли по обе стороны великой расселины, также были уничтожены; и они ушли под воду и перестали существовать. И после этого у Авалай не было пристанища на земле, и при этом нет больше места, где сохранилась бы память о земле без зла; и Авалай жили тайно или ушли в тень, и их власть умалилась.
  
   §48 Но Нуменор ушел под воду, и все его дети, и прекрасные девы, и знатные женщины, и даже королева Тар-Илиэн, и все сады, и залы, и дома, и башни, и богатства, драгоценности и ткани, и творения, нарисованные и вырезанные, и смех, и радость, и музыка, и мудрость, и речь - все это сгинуло навеки.
  
   §49 Осталась лишь самая верхушка Менельтьюлы, ибо то было священное место и никогда не осквернялось, и, возможно, она по-прежнему возвышается над волнами, как одинокий остров, где-нибудь в великих водах, если моряк случайно натолкнется на нее. И многие действительно позднее искали ее, потому что среди остатков народа Нуменора поговаривали, что люди
  
   [352]
  
   со священным взором могли с вершины Менельтьюлы увидеть гавань Аваллондэ, которую иначе могли узреть лишь те, кто заплывал далеко на запад. И сердца нуменорцев даже после своего крушения по-прежнему были обращены к западу.
  
   §50 И хотя нуменорцы знали, что Нуменора и Аваллондэ больше нет, они говорили: "Аваллондэ и Нуменор исчезли; но все же они были, и не в нынешней тьме; все-таки они были и потому по-прежнему остаются в истинном бытии и в целостном устроении мира". И нуменорцы считали, что благословенные люди могли узреть времена иные, чем те, в которых проходит их телесная жизнь, и они всегда стремились покинуть тьму изгнания и увидеть в неком образе свет, что был прежде. "Но все пути, что некогда были прямыми", - говорили они, - "ныне изогнуты".
  
   §51 И так случилось, что некоторые спаслись во время низвержения Нуменорэ; и, возможно, то был ответ на путешествие Амардиля. Поскольку спасенные были из его дома и приходились ему родней. Ибо Элендиль остался, отвергнув призывы Короля, когда тот отправился на войну, и взошел на корабль и оставался там, благополучно перенеся бурю под прикрытием восточного берега. И, будучи защищен землей от великого отлива моря, что увлекал все в пропасть, он избежал смерти в то время. И подул такой могучий ветер, какого не было прежде, и он пришел с Запада и гнал море на большие горы; и спасающиеся Элендиль и его сыновья на семи кораблях унесены были далеко, держась на гребнях больших волн подобно горам Средиземья, и наконец их выбросило вглубь Средиземья.
  
   §52 Но все побережья и прибрежные земли Средиземья претерпели в то время большие разрушения и изменения. Ибо земля сильно задрожала, и моря хлынули на земли, и берега ушли под воду, и древние острова затонули, а новые поднялись, и горы разрушились, а реки поменяли свои русла.
  
   §53 И здесь заканчивается история об Элендиле и его сыновьях, которые после основали многие королевства в Средиземье, и хотя их знания и искусства были лишь тенью того, что было до прихода Саурона в Нуменор, великими казались они диким людям.
  
   §54 И говорят, что сам Саурон исполнился ужаса перед ярым гневом Авалай и приговором Эру, ибо это было гораздо сильнее того, на что он рассчитывал, надеясь лишь на гибель нуменорцев и поражение их гордого
  
   [353]
  
   короля. Но сам он сидел на своем черном троне в центре своего храма, смеясь, когда слышал звук труб Таркалиона, привызывающих на битву; и он снова смеялся, когда слышал громовой шум; и когда Саурон в третий раз смеялся в своих мыслях (думая, что сделает теперь в Средиземье, навсегда избавившись от эрухиль), был он застигнут посреди веселья, и его храм и трон канули в бездну.
  
   §55 [Сразу дополнено: Долгое время прошло, прежде чем Саурон снова принял видимую форму на земле] Но плоть Саурона не было смертной, и хотя он был лишен того обличья, в котором так долго творил зло, как Зигур Великий, все же вскоре сотворил он другую; и вернулся в Средиземье и тревожил сыновей Элендиля и всех их людей. Но что случилось после, не сказано в повести о Низвержении Нуменора, Аталантэ Низвергнутой, как изгнанники впоследствии всегда именовали ее, которую потеряли, землю Дара посреди Моря.
  
   Есть две характерные зацепки к разгадке даты написания этого текста. Одна из них - напечатанные внизу одной из его страниц слова "Реймер обсуждает чувство утраченного значения" (см. стр. 183, 189); а другая состоит в том, что название Столпа Небес в Нуменоре - Менельтьюла, которое появляется как карандашное исправление первоначального названия Менельминда в рукописи E Части Два "Записок Клуба "Мнение"" (стр. 302), в то время как в следующем тексте "Записок" (машинопись F1) Менель-тубель, измененное на Менель-тубиль. Таким образом, очевидно, что первый черновик "Потопления Анадунэ" был написан в ходе работы над Частью Два "Записок Клуба "Мнение"" и действительно может быть, вероятно, помещен между рукописью E и машинописью F1.
  
   Сравнение с текстом третьей версии "Падения Нуменора" (ПН III), приведенным на стр. 331 и далее, покажет, что это полностью новая работа, в целом более богатый замысел со многими заметными отличиями. Но сравнение с более поздним текстом "Акаллабет" (в опубликованном "Сильмариллионе", стр. 259-82) также покажет, что это его прямой предшественник в много большей степени, нежели "Падение Нуменора", хотя тот текст также использовался в "Акаллабет".
  
   Одна из наиболее необычных черт этого текста в концепции Балай, которых я скорее называю Авалай, поскольку это название заменило другое до того, как печатание ПА I было завершено. В начале (§1) это название, "в самом рано записанном языке", Эру-бент, "слуги Бога", которые "правили Землей"; "некоторые были меньшими, а некоторые большими" и "самым могущественным и главным из них
  
   [354]
  
   был Мелеко", брат Манавэ (см. V.164, примечание 4). В §4 говорится, что некоторые из отцов людей, которые раскаялись и звались эрухиль "Дети Бога", вместе с Авалай вели войну против Мелеко и повергли его; но (§5) в печали из-за злых дел людей Авалай уходили на запад ("в противном случае они бы увяли и стали тайными голосами и тенями древних дней"), и большинство эрухиль последовало за ними. И когда они пришли к берегам Великого Моря (§6), Авалай "по большей части переправились через море, ища королевство Манавэ", однако Авалай учили эрухиль западных побережий искусству кораблестроения.
  
   После прихода эрухиль в Нуменор "и выучили их язык Авалай и отказались от своего" (§14); и Авалай "запрещали им заплывать на запад, выходя из поля зрения западных берегов Нуменора" (§15). Авалай жили в каком-то месте на Западе, неизвестном людям, которые называли ту землю Аваллондэ, что в переводе значит "Гавань Богов", ибо иногда далеко на Западе они могли видеть город; и "но время от времени в Нуменор прибывали Авалай, дети и меньшие из Бессмертного Народа, иногда на безвесельных судах, иногда как летящие птицы, иногда в других прекрасных формах" (§16). Авалай прибыли в Нуменор и попытались убедить эрухиль в ошибочности их мыслей (§§23-5); и когда флотилии Нуменора достигли Аваллондэ, Авалай "сложили с себя управление Землей" (§47). Во время Катаклизма Аваллондэ и Нуменор были затоплены и поглощены морем, "и после этого у Авалай не было пристанища на земле ... и Авалай жили тайно или ушли в тень, и их власть умалилась" (§47).
  
   Тогда кто же такие Авалай? Учитывая только настоящий текст, это название должно включать весь "род" бессмертных созданий, которым до прихода людей было доверено управление землей в пределах большого ряда или иерархии полномочий и целей. Смотря на это относительно более раннего повествования, "Падения Нуменора", различие между "Богами" и "эльфами" здесь утеряно. В той работе после Великой Битвы, в которой Моргот был повержен, "эльфов призвали вернуться на Запад; и те из них, кто прислушался, вновь заселили Эрессеа, Одинокий Остров; и та земля была снова названа Аваллон: ибо она была рядом с Валинором ..." (ПН III §1, стр. 332); и "однако в Нуменоре говорили на языке эльдар Благословенного Королевства, и нуменорцы общались с эльфами, и им было дозволено издали глядеть на Валинор; ибо их корабли часто плавали в Аваллон, и там морякам было позволено жить некоторое время" (ПН III §2, стр. 333). Текст "Падение Нуменора" был существенным и далеко идущим расширением легенд, воплощенных в "Квенте Сильмариллион", но он соответствует им. А этот самый ранний текст "Потопления Анадунэ", в котором эльфы представлены неявно, а Валинор и Эрессеа смешаны, - нет.
  
   Возможно, еще более поразительна потеря в этом повествовании
  
   [355]
  
   концепции, что мир после Низвержения Нуменора стал круглым. Здесь Авалай, приходящие в Нуменор и пытающиеся преподать эрухиль знание "об очертаниях и судьбе мира", объясняя им "что мир круглый, и что если бы они приплыли на запредельный запад, то все равно вернулись бы снова на восток и так к месту своего отправления, и мир показался бы им тюрьмой" (§23); но когда Саурон прибыл в Нуменор, он "опровергал все, чему учили Авалай. И он предложил им подумать о том, что мир не был замкнутым кругом" (§31). Самое поразительное - торопливо написанный карандашом отрывок рядом с §§49-50, который не был включен в следующий текст: "Ибо они по-прежнему верили лжи Саурона, что мир был плоским ["плоский"; см. подстрочное примечание к стр. 392], пока их флотилии не обошли весь мир в поисках Менельтьюлы, и они не узнали, что он был круглым". Нет указаний на вставку этого отрывка; но я думаю, что он предназначался для замены предложения в конце §50: "`Но все пути, что некогда были прямыми', - говорили они, `ныне изогнуты'".
  
   В этой связи интересна более ранняя версия древнеанглийского текста (единственный сохранившийся лист из книги Эдвина Лаудема), что сопутствует рукописи E "Записок Клуба `Мнение'" (стр. 313-315). В ней именно эльдар запретили нуменорцам ступать на земли Эрессэ (тогда как в "Падении Нуменора" Боги наложили запрет на плавание за пределы Тол Эрессеа, §4), потому что они были смертными, хотя "Силы" (Wealdend) подарили им долгую жизнь; и очень примечательно заявление Саурона Таркалиону, что "эльдар отказали ему в даре бесконечной жизни". Здесь говорится, что нуменорцы "втайне отправили шпионов в Аваллон, чтобы они изучили сокрытое знание эльдар" (отголосок ПН §4: "они отправили шпионов, чтобы найти тайное знание в Аваллоне"). Упоминание Аваллона не объясняется в древнеанглийском тексте, но несомненно это то же самое, что и Эрессэ (в ПН §1 Эрессеа заменено на Аваллон); несмотря на это Таркалион решил вторгнуться в Аваллон, потому что Саурон сказал, что эльдар отказали королю в бесконечной жизни (тогда как в ПН §6 флотилии нуменорцев, "обойдя Аваллон с двух сторон", "напали на побережья Валинора").
  
   Эта древнеанглийская версия появилась между окончанием рукописи E "Записок" и написанием ПА I.4. Таким образом, существует развитие от текста, в котором появляются и "Силы", и "эльдар", но в котором эльдар имеют гораздо большую власть, чем могло быть уместно приписано им, и различного ранга, к тексту (ПА I), в котором "Силы" (Валар) и "эльдар" слились в одно понятие Авалай; и в древнеанглийском тексте название Аваллон, кажется, использовалось беспорядочно (по сравнению с ранним "Падением Нуменора"), в то время как в ПА I Аваллондэ - неопределенное понятие, связанное с неясностью названия Авалай.
  
   [356]
  
   Дальнейшие развитие и смысл этих странных отклонений обсуждается позже: см. стр. 391 и далее и стр. 405 и далее.
  
   В этом тексте ПА I существуют многие другие развития легенды Нуменора, которые сохранились в поздней истории. Запрет теперь становится более строгим, ибо нуменорцам не позволяется "заплывать на запад, выходя из поля зрения западных берегов Нуменора" (§15); появляется важность плаваний на восток, прибытие "людей из-за Моря" сначала как учителей и просветителей людей Средиземья (§17), но потом как угнетателей и поработителей (§34); и "Авалай" запоминаются как приходящие с Запада в Нуменор и пытающиеся предотвратить растущую враждебность из-за Запрета. Храм теперь строится не на Горе Илуватара, а "посреди города нуменорцев, Антириона Золотого" (§32), и восхождение на Гору запрещено под страхом смерти. Упоминаются "Верные" (названные Авалтири, §30), и рассказывается история Амардиля (позднее Амандиль) и его сына Элендиля с утверждением, что хотя Амардиль не из старшей ветви, от которой произошли короли Нуменора, он также ведет свой род от Эарендиля (§§26, 36, 38). Это лишь наиболее поразительные новые развития в повествовании, и при этом сравнение с Акаллабет покажет, что часть самого текста осталась неизменной в конечной форме.
  
   Похоже, что в ПА I адунаик только зарождался с именами Эру-бент, Авалай и Зигур (сказано, что это было имя Саурона среди людей Средиземья, §19).
  
  

ПРИМЕЧАНИЯ

  
   1. Вингалотэ (Wingal?t?): в "Квенте" (Индекс к тому IV) форма была Вингелот (Wingelot) > Вингелот (Vingelot), в "Квенте Сильмариллион" (Индекс к тому V) - Вингелот (Vingelot). Вингалотэ (Wingal?t?) на этой машинописи было затем исправлено на Вингалотэ (Vingal?t?) (см. стр. 377, §8).
  
   2. Форма Эарендель появляется также в §§16, 20, но это очевидно не более чем случайный возврат к прежнему варианту. Уже в рукописи E Части Два "Записок" Уилфрид Джереми отмечает, что имя, которое он видел в его "рукописи во сне", было Эарендиль, не Эарендель.
  
   3. Андорэ: Андор в "Падении Нуменора" (§2) и в "Утраченном Пути" (V.65).
  
   4. Материал "страницы Эдвина Лаудема" вставлен в рукопись E "Записок" после того, как рукопись была завершена в том месте, которого она достигла (см. стр. 291 примечание 70), и название "Столп Небес" в прилагаемом древнеанглийском тексте уже было Менельтьюла (стр. 314; о более раннем названии Менельминда в E) как в ПА I, так что это название здесь не указывает на соответствующую дату. С другой стороны, в древнеанглийском тексте Саурон построил большой храм на самой Менельтьюле,
  
   [357]
  
   не посреди города, что является надежным свидетельством более раннего написания. Также запрет на высадку на Эрессеа в древнеанглийском тексте (стр. 313) был явным развитием от первоначальной истории "Падения Нуменора" (§4), что нуменорцы не должны заплывать за Эрессеа, к ПА I, где они не должны выходить за пределы видимости западных берегов Нуменора.
  

Переведено 22 марта 2011 г.

 

Источник: http://samlib.ru/a/almieon/dr_an.shtml

  

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz