Тэлпэ. Эльфы в изобразительном искусстве. Мысли вслух

Книги Джона Рональда Руэла Толкиена, которого мы, толкинисты, трепетно называем Профессор, вызвали к жизни целый шквал произведений «по мотивам». Забавное наблюдение – обычно, при словах «творчество по мотивам» большинство людей сразу думает о литературных изысканиях,  однако, существуют и другие, не менее значимые направления искусства, в рамках которых создают свои произведения поклонники творчества автора «вторичного» мира Арды.

***

Я – книжный график, и с того времени, как прочитала книги Толкиена, часто обращаюсь к образам из его мира в своем творчестве. Создавая  произведение,  художник всегда старается выбрать то жанровое направление, то стилистическое решение и  те изобразительные средства, которые наиболее полно раскроют воплощаемый образ.

Тот стиль, который я нашла для себя и считаю оптимальным для создания образов Толкиеновских героев, а конкретнее – эльфов,  был рожден почти что целиком из фразы одной моей знакомой. Рассматривая мои первые иллюстрации  к «Сильмариллиону», сделанные мною в довольно-таки реалистической манере еще во время обучения в художественной школе, глядя на портреты Элберет и Ниэнны, она произнесла: «Валар нельзя нарисовать, но можно попытаться передать ощущение»…

***

Задумывались ли вы о том, как трудно даже запечатлеть на фотопленке, не говоря уже о том, чтоб  нарисовать, человека, обладающего красивой внешностью? Даже если сам художник доволен (часто это не так) результатом рабочего процесса, многие зрители, считая модель действительно красивой, не найдут прекрасным ее изображение на картине.

А ведь мы пока говорим только про внешность. Но настоящий мастер должен попытаться передать и внутреннюю сущность портретируемого: через взгляд, мимику,  жесты, через что-то неуловимое,  на первый взгляд, но без чего портрет останется лишь красивой кукольной маской.

Теперь подумайте о Дивном Народе. В состоянии ли смертный художник запечатлеть эльфов на двухмерной плоскости, если красоту (об осмыслении внутреннего мира и заикаться не приходиться) многих из них трудно даже осознать и выразить словами – куда как более вольным оружием, а красу некоторых не могли воспеть даже их собственные сородичи?!

 

Реалистическое же направление в изобразительном искусстве, в основном, предназначено для рисования именно с натуры, поэтому при создании образов представленных, рожденных в сознании, разумнее прибегать к направлениям, более свободным от конкретики, предметности, «реалистической телесности» – декоративным, абстрактным, сюрреалистическим и другим, отличным от реализма.

***

Замечали ли вы, что и в реалистическом жанре художник при создании картины должен избегать фотографического протоколирования увиденного – то есть выделять главное и избавляться от лишних деталей? В искусстве же декоративном, это «выделение» главного возводиться в десятую степень. И это «главное», этот изящный намек, нужен, по-сути,  только для одного – для того, чтоб как можно быстрее запустить машину человеческого воображения, и для того, чтоб сообщить ей максимальную мощность в работе!


Вот примечательный случай: Франц Кафка был против иллюстраций с насекомым к своей новелле «Превращение», где главный герой обнаруживает после сна, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое. Кафка эмоционально писал своему издателю Курту Волффу по поводу обложки первого издания: «Только не это, все что угодно, только не это! Само насекомое не может быть изображено. Его даже издали нельзя показывать». Писатель понимал, что страх неопределенный многократно превосходит страх при виде известного феномена. Собственно, это относится и ко многим другим восприятиям: а не только к отрицательным. Франц Кафка предлагал свое детище чистому воображению читателя.

 

Нигде как в декоративном искусстве  изобразительные средства могут быть, как фантастически новы и  разнообразны,  так и  сводиться до изумительной строгости – пара линий, пятно. И каждый воплощаемый образ, разумеется, требует одной из этих крайностей, либо одного из бесконечного числа вариантов, находящегося между ними.

Если провести аналогии с литературой, можно сказать так:  иногда писателю удается создать громоздкое, пестрое описание, но лишенное пошлости и крайне цельное. Иногда он описывает в меру: и по накалу эмоций и по объему фраз. А иногда, что встречается довольно редко (и что я считаю поистине Даром) достаточно только пары слов, одной фразы – чтобы образ возник из небытия во всей его живости и сложности.

Именно при удачном последнем варианте  читателю предоставляется огромное поле для сотворчества,  для наделения персонажа какими-то индивидуализированными чертами (в первую очередь, внешними), однако не спорящими с первоначальной писательской трактовкой образа.

 

Декоративное решение иллюстрации позволяет воплотить образ, подобно описываемому выше последнему литературному варианту. Так, чтобы зритель сам смог додумать какие-то индивидуально предпочитаемые моменты, в рамках того однозначно понятного  внутреннего содержания образа, вложенного в него художником, а в художника – автором литературной первоосновы. То есть, образ, несколько отошедший от предметной конкретики, сможет удовлетворить представлению о литературном герое большей массы людей, нежели детально проработанная, «телесная» картина.

 

Пример: из первоисточника-книги «Властелин Колец» мы знаем, что Арвен черноволоса и сероглаза. Нам не известно,  какой формы ее лицо, нос, губы, какой длинны волосы и т. д. Каждый читатель додумывает эти детали сам, исходя из своего чувства прекрасного (которое, как известно у всех свое собственное, и зачастую, диаметрально противоположное), и свыкается с додуманным образом. Потом он видит картину, на которой Арвен изображена в реалистической манере, картина нравиться или не нравиться читателю, в зависимости от того, в какой мере она совпадает с его устоявшимся образом Арвен. Если же рисунок выполнен в декоративной манере, то «перечисление» деталей внешности совершенно необязательно, можно дать лишь намеки. И если зритель воспринимает подобное искусство (а стоит думать, что люди, ценящие творчество Толкиена обладают высоким уровнем эстетического восприятия), то у него гораздо больше шансов увидеть намек на свой образ Арвен именно в лишенной конкретики, призывающий к фантазии, сотворчеству, работе.

***

Итак,  я выдвигаю предположение (которое лично для меня является утверждением), что для художественного изображения героев Дж.Р.Р.Толкиена,  особенно, эльфов, не вполне подходит реалистическая манера – так как она, во-первых,  не уместна при отсутствии натурной модели, и, во-вторых,  она не оставляет места полету воображения зрителя и, из-за своей конкретности может не удовлетворять его индивидуальным представлениям об образе. Напротив, манера декоративная, даже, может быть несколько абстрактная* подходит для рисования Старших Детей Эру как нельзя более. Так как такая манера изображения позволяет создать максимально широкую трактовку визуального образа, путем стилизации, усиления главных черт, отсутствия «телесной» конкретики. Что, в свою очередь,  делает изображение приемлемым для восприятия и согласования со своим внутреннем представлением о герое, для возможно большего числа людей.

***

В заключении хотелось бы сказать, что я, разумеется,  не настаиваю на абсолютной истинности вышеизложенных мыслей,  я осознаю, что человек постоянно меняется, изменяется и его взгляд на мир, да даже если и отбросить изменение… можно ли думать о познании абсолютной истины?  Истина – категория скорее философская, а в искусстве, после бесконечных споров в XX веке,  наконец, пришли к выводу, что не бывает «верного» и  «не верного», «хорошего» и «плохого».  Критерием оценки является только достижение той или иной оговоренной заранее цели, например: «выразил» или « не выразил» художник свой внутренний мир.  Для зрителя же оценкой становятся – «понравилось» или не понравилось», «близко» или «чуждо». А в таких условиях тем более глупо говорить о наибольшей «правильности» какого-либо стиля изображения представителей Дивного Народа Толкиена.

 

Однако, свою точку зрения иметь и аргументировать можно и нужно. И в ней может быть скрыто рациональное зерно,  особенно, если вспомнить, о том, что в одном из своих писем   Толкиен замечал:  «Мы не можем писать историй про эльфов, которых мы не знаем изнутри, а если попробовать, то мы просто-напросто превращаем эльфов в людей».

Поэтому и изображать эльфов как людей, в «телесной» реалистической манере, мне кажется не стоит, ибо мы лишены многих знаний о них. Но стоит, основываясь на собственном впечатлении, пробовать «передать ощущение». Быть может тогда от вас, или через вас, в этот мир придет частичка света  мира Арды, мира который, в свою очередь, пришел к нам от Профессора Толкиена или через него…

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz