Кто такие Гельмир и Арминас? 2008, 2009.

См. также:

Кеменкири. «Семейно-демографические хроники» дома Финвэ

История Куллерво. Часть первая. Перевод Эариссэ


 

Мы хотим представить опыт биографического исследования по двум малоизвестным, но любопытным персонажам Толкина. Речь идет о Гельмире и Арминасе, которые встречались с Туором на Севере и принесли королю Нарготронда послание от Владыки Вод. Тексты, в которых фигурируют эти эльфы, позволяют реконструировать их необычную биографию. Появляется уникальная возможность проследить жизненный путь «простых бессмертных», которые не были королями, мудрецами или великими героями. Насколько нам известно, раньше эти персонажи не привлекали внимание толкиноведов.

Почти вся информация о Гельмире и Арминасе содержится в двух текстах. Во-первых, это заметка начала 50-х гг, которую Кристофер Толкин так и озаглавил: «Гельмир и Арминас» (WJ:141-142). Автор сперва предполагал поместить ее в «Серые Анналы», но затем решил включить в «Сказание о Детях Хурина» («Нарн и Хин Хурин»), что и было сделано. Другой текст ­– это повесть «Путешествие Туора в Гондолин», также написанная в начале 50-х гг; она издана в «Неоконченных Сказаниях». Наши основные источники созданы примерно в одно время и друг другу не противоречат. Оба эпизода хорошо известны любителям Толкина, и мы не будем их пересказывать. Менее известна заметка, о которой Кристофер Толкин рассказывает в примечании к «Странствиям Хурина» (WJ:299), она проливает свет на будущее этих персонажей. Краткое сообщение об эльфах-посланцах появляется и в «Странствиях Хурина» (WJ:256), и в изданном «Сильмариллионе» (Silm., ch. 21), но ничего нового эти указания не дают.

Толчок к написанию нашего очерка дало одно единственное слово из «Сказания о Детях Хурина». Как известно, эта повесть издавалась Кристофером Толкином дважды: в первый раз в составе «Неоконченных Сказаний» и, недавно, отдельной книгой, «Дети Хурина». Два издания не идентичны. Одно из разночтений нас сильно заинтриговало.

По «Неоконченным Сказаниям», Гельмир представляется Ородрету так: ‘Lord, we were of Angrod’s people, and we have wandered far since Dagor Bragollach’ («Лорд, мы принадлежали к народу Ангрода, и после Дагор Браголлах отправились в дальние странствия»). В «Детях Хурина» изменено только одно слово: на месте Дагор Браголлах в новом издании появляется Нирнаэт. На первый взгляд, именно версия с Браголлах выглядит логично: именно тогда погибают Ангрод и Аэгнор, Дортонион после битвы быстро захвачен Врагом – подходящий момент для начала «странствий». Проблема состоит в том, что Толкину, по всей вероятности, принадлежит именно вторая версия (Нирнаэт). Издавая «Неоконченные Сказания», Кристофер не успел разобраться в некоторых рукописях «Нарна» и поработал редакторским карандашом. В «Детях Хурина» он исправляет старые ошибки, и последняя публикация передает авторский текст более адекватно (Christopher Tolkien. The Composition of the Text // CH:283-92), при расхождениях с «Неоконченными Сказаниями» именно ее стоит принимать как авторитетную. Остается только пожалеть, что в «Детях Хурина» нет редакторских примечаний.

Дагор Браголлах в тексте «Неоконченных Сказаний» очень напоминает редакторскую правку. Кристофера можно понять. Авторская версия выглядит довольно странно и вызывает резонный вопрос: где же были Гельмир и Арминас между Браголлах и Нирнаэт? И как вторая часть фразы («мы странствовали после Нирнаэт») связана с первой («мы из народа Ангрода»)? На первый взгляд, вся фраза кажется бессвязной («в огороде бузина, в Киеве дядька»). Попробуем ответить на эти вопросы.

 

По происхождению наши герои, несомненно, нолдор из Валинора. Туора поражает сияние их глаз, раньше он не видел ничего подобного, Туора воспитали митримские синдар (‘...and he marvelled, for they were fairer and more fell to look upon, because of the light of their eyes, than any of the Elven-folk that he yet had known’ (UT1, ch. 1)). Вспомним свидетельство Шибболет: по яркому свету в глазах узнавались эльфы, пришедшие из Валинора, а иногда – их потомки среди смертных людей. (‘Ita ‘a flash’ was especially applied to the bright lights of the eyes, which were a mark of all the High Eldar who had ever dwelt in Valinor, and at times in later ages reappeared in their descendants among mortal men, whether from Itaril or Luthien’ (PM:363)).

Маловероятно, что Гельмир и Арминас родились уже в Средиземье. По «Законам и Обычаям Эльдар», детей зачинали «во дни счастья и мира» (‘in days of happiness and peace’ (MR:213)), такие условия имелись в сокрытых королевствах, но едва ли – во владениях Ангрода и Аэгнора, откуда был виден Тангородрим «и опасность, исходившая от Моргота, была… слишком зрима» (‘for they dwelt in regions whence Thangorodrim could be descried, and the threat of Morgoth was present…’ (Silm., ch. 18)). Именно так Финрод объясняет отказ Ангрода от брака: «Сейчас война, Андрет, а в такое время эльфы не женятся и не рожают детей» (‘This is time of war, Andreth, and in such days the Elves do not wed or bear child’ (MR:324)). Заметим, разговор происходит около 409 г, во время Долгого Мира (MR:307): как можно заключить, нолдор Севера и Долгий Мир считали «войной». Большинство нолдор, о которых известно, что они родились в Белерианде, появились на свет в хорошо защищенных владениях: в землях Тургона, в Нарготронде или Нан-Эльмоте. Это Пенголод (WJ:396), Воронвэ (UT1, ch. 1), Маэглин (Silm.), Гвиндор (CH:157). Правда, по некоторым сведениям, в землях Севера родились Финдуилас и Гиль-Галад. Скорее всего, из Амана пришли сами Гельмир и Арминас, а не их родители, хотя обратного полностью исключить нельзя.

О жизни эльфов в годы Долгого Мира прямых указаний нет. Где они были между Браголлах и Нирнаэт, когда Дортонион лежал в руинах? На совете у Ородрета Арминас утверждает, что видел Хурина и «его отцов» из дома Хадора (‘Húrin I have seen and his fathers before him’), которые, в отличие от Турина, «были учтивы, слушали добрый совет и почитали Западных Владык» (‘For they use courtesy, and they listen to good counsel, holding the Lords of the West in awe’ (CH:173-175)). Отсюда следует, что Арминас был лично знаком и с Хурином, плененным в Нирнаэт Арноэдиад, и с его «отцами» из дома Хадора. «Отцами» могут быть только Галдор (убит в 462 г) и сам Хадор, основатель дома (убит в Дагор Браголлах, 455 г); его предки принадлежали еще к «дому Мараха». Арминас должен был лично знать всех троих, где он мог их видеть? Только в Хитлуме, встреча с тремя вождями за пределами этой страны крайне маловероятна. Отметим также, что эльф не мог одновременно видеть всех троих: Хурин родился 441 г и в год смерти Хадора был четырнадцатилетним подростком на воспитании в Бретильском лесу. Скорее всего, Арминас прожил в Хитлуме довольно долго.

Где в это время был Гельмир? О своем путешествии в Хитлум он сказал Туору в таких словах: ‘we are sent back to the lands whence we fled’ («мы посланы обратно в те земли, откуда бежали»). По всей вероятности, оба эльфа раньше жили в этих местах, если только Гельмир не подразумевает под «этими землями» всего Севера (и Дортонион в том числе). Но в Дортонионе посланцы не побывали!

Скорее всего, эльфов послали бы на разведку в хорошо знакомую им страну. В ином случае был бы слишком велик риск, что до Нарготронда они вестей не донесут. Между тем во владениях Кирдана обитали выходцы из этой страны, например Аннаэль и его народ. Ущелье Кирит Нинниах не охранялось Морготом, следовательно, о нем знали далеко не все, как и о южных перевалах через Эред-Ветрин, найденных врагами лишь через несколько лет после захвата Хитлума. Посланцы преодолели охраняемые перевалы и попали в Нарготронд, проведя разведку у подножия гор и в окрестностях Тол-Сириона. Разумнее всего было бы отправить в такое путешествие: 1) опытных следопытов-разведчиков, 2) эльфов, хорошо знакомых с этими землями (Хитлум, Эред Ветрин, долина Сириона).

Но как они могли попасть в Хитлум после Дагор Браголлах? Многие эльфы Дортониона бежали на Химринг. Крепость Маэдроса выдержала осаду и подвергалась атакам вплоть до 462 г – Галдор погиб именно в этом году (WJ:59-60). После 462 г, теоретически, появилась возможность путешествовать из Химринга в Хитлум, и все же благоприятные для такой поездки условия сложились лишь незадолго до Нирнаэт, с 468-69 г., когда был заключен Союз Маэдроса, и пути стали безопаснее (WJ:69-70). В этом случае знакомство Арминаса с Хадором и Галдором и с хитлумской землей имело место еще до Браголлах.

Нельзя исключить, что Гельмир и Арминас бежали с Дортониона в Западный Белерианд, подобно женщинам и детям народа Беора. В этом случае они могли попасть в Хитлум и до 462 г, увидать там Галдора и Хурина; с Хадором Арминас должен был познакомиться еще до Четвертой Битвы.

Наконец, теоретически два эльфа могли присоединиться к войску Финголфина и в ходе Дагор Браголлах, но неясно, как они могли это сделать.

Эти гипотезы нельзя полностью отвергнуть, однако все они выглядят довольно искусственно. После Дагор Браголлах из Дортониона в Хитлум можно было попасть только кружным путем, после дальних странствий. Эта картина плохо согласуется со словами Гельмира: именно после Нирнаэт Арноэдиад начались дальние странствия.

Самым простым и «экономным» объяснением будет следующее: Гельмир и Арминас никуда с Дортониона не бежали, они попали в Хитлум еще до Браголлах и остались там вплоть до Нирнаэт. Это легко позволяет объяснить знакомство эльфов со всеми тремя вождями и хорошо согласуется со словами Гельмира: действительно, «странствия» начинаются только после Нирнаэт Арноэдиад. Гипотеза не требует никаких натяжек и должна быть принята как самая вероятная.

Остается понять, как связаны, по логике автора, две части фразы: «мы из народа Ангрода» и «мы странствовали после Нирнаэт». Все владения дома Финарфина кроме потаенного королевства Нарготронд – это Дортонион и Долина Сириона, те земли не входили в состав Белерианда и вместе с Хитлумом относились к «Северу». Заметим, что в 14 главе «Сильмариллиона» описание этого региона предшествует описанию Западного и Восточного Белерианда. Земли Севера пострадали при Браголлах, но перед Нирнаэт полностью контролировались союзом Маэдроса (крепость на Тол-ин-Гаурхот в долине Сириона разрушила Лутиэн, Дортонион отбили войска Союза). Лишь после Пятой Битвы весь Север был потерян безвозвратно. Если эти страны понимались как единый географический комплекс, высказывание Гельмира приобретает смысл: «Лорд (Нарготронда), мы (ваши сородичи с Севера) из народа Финарфина, но после Нирнаэт (когда весь Север был потерян) мы отправились в дальние странствия».

Выясняется любопытный факт: вассал одного лорда какое-то время проживает во владениях другого. Чем занимались в Хитлуме эти персонажи? Они могли пуститься в путь по тысяче причин. И все-таки мы можем высказать некоторые предположения. Ангрод и Аэгнор традиционно поддерживали дружеские связи с сыновьями Финголфина. В 422 г (WJ:50) Финголфин предложил правителям нолдор совместно атаковать Ангбанд, провел переговоры, но поддержали его только Ангрод с Аэгнором, и замысел не осуществился. Поход Гельмира и Арминаса в Нарготронд ­был важной и сложной дипломатической миссией; возможно, ее поручили тому, кто уже имел какой-то дипломатический опыт. Не исключено, что двое эльфов были посланниками Ангрода при Верховном Короле. Судя по Атрабет (MR:324), не только верховный король нолдор, но и сыновья Финарфина предвидели внезапный удар с Севера, постоянное посольство могло служить координации совместных действий. Личное знакомство Арминаса со всеми вождями Дор-Ломина, возможно, говорит о его жизни при дворе.

Однако все это лишь предположения. На аудиенции с Ородретом Арминас допустил грубую ошибку, намекнув, что Гондолин должен простоять дольше Нарготронда; напротив, Гельмир ведет себя более дипломатично. Эти персонажи действуют совместно, но вовсе не похожи на братьев-близнецов. Насколько можно судить по источникам, лидером похода был Гельмир, его имя везде было названо первым («Гельмир и Арминас», не наоборот), именно он несет драгоценный феаноров светильник, заговаривает с Туором, передает послание королю. Но и Арминас ведет себя на королевском совете достаточно самостоятельно. Похоже, он гораздо более импульсивен, чем товарищ, дипломатический такт нельзя назвать его сильной стороной. Возможно, он зарекомендовал себя с лучшей стороны как следопыт: именно Арминас долгие годы искал Гондолин.

Насколько тесно были связаны эти персонажи? Хотя напрямую об их дружбе не сказано, они могли быть близкими друзьями. Они имели общую судьбу и до, и после похода (см. ниже). Заметим также, что оба эльфа прозорливы и обладают даром предвидения: Гельмир предсказывает судьбу Туора, Арминас ­– судьбу Турина.

После смерти своего лорда Ангрода нолдор продолжали себя ассоциировать с «народом Финарфина», так представляется Туору Гельмир (‘Gelmir and Arminas we are, of Finarfin's people’ (UT1, ch. 1)). Он же говорит Ородрету: «мы были из народа Ангрода» (‘we were of Angrod's people’). Эльфы подолгу жили в землях других владык (Хитлум, Гавани Сириона), но так и не вошли в их народы («жили среди народа Кирдана» ‘we have dwelt among Círdan's following’). И все же, по приказанию Кирдана, говорившего от имени Улмо, они выступают в путь. Кирдан же именем Улмо велел им вернуться из Нарготронда на Юг; эльфы так и поступили, хотя в иных обстоятельствах предпочли бы оборонять Нарготронд: битвы они не боялись.

Следовательно, не могли бы они уклоняться и от участия в Нирнаэт Арноэдиад, если не были посланы в это время с каким-то другим поручением. На бой вышли все нолдор Хитлума (‘there all the Noldor of Hithlum were assembled’ (Silm., ch. 20)). Так или иначе, битву они пережили, но по каким-то причинам в Гондолин не попали. Ни один воин из народа Фингона в Хитлум не вернулся, однако не все погибли в окружении. Отступая на юг, Тургон собрал «всех, кто уцелел из воинства Гондолина, а также всех воинов Фингона, каких можно было собрать» (‘summoning all that remained of the host of Gondolin and such of Fingon's people as could be gathered’ (Silm., ch. 20)). Очевидно, Гельмир с Арминасом оказались в числе тех выживших, кого «собрать» не удалось. Некоторые воины Западной армии избежали гибели и плена, но в Гондолин не попали: Маблунг, Белег, Аннаэль, а также несколько воинов из народа Халет (WJ:281). После Нирнаэт Арминас начинает искать Тургона ­– едва ли это случайность. Может быть, он хотел укрыться в сокрытом королевстве, но не смог?

После Нирнаэт начинаются «дальние странствия» наших героев. Арминас искал Гондолин – где-то на юге, там, по распространенному мнению, скрывался Тургон. Был ли тогда Гельмир вместе с ним? Неясно. В конце-концов оба эльфа поселились в устье Сириона, «среди народа Кирдана», и жили там некоторое время. Там же Арминас познакомился с «посланцами» из Гондолина и заподозрил, что на самом деле королевство находится на севере. Почти наверняка речь идет о тех, кто строил корабли и отправлялся на Запад. Последний из кораблей, с Воронвэ на борту, вышел в море в 488 г, за семь лет до кораблекрушения у берегов Невраста. Следовательно, Арминас к этому времени уже поселился в устье Сириона.

В 495 г Улмо предупредил Кирдана о нависшей над Нарготрондом опасности, и два эльфа отправились в путь. Не будем пересказывать их путешествие – оно неплохо описано в текстах. С этим походом связан один трудный вопрос: почему был избран такой странный маршрут? Посланцы сделали крюк и пришли в Нарготронд не с юга, а с севера; путешествие сделалось долгим и опасным. Об этом в первую очередь и спросил послов король. Арминас дал довольно странное объяснение: он «искал Тургона». Однако, разыскав Гондолин, гонцы уже не смогли бы донести послание до Нарготронда! Или они рассчитывали, найдя потаенное королевство, не попасть туда? Так или иначе, эльфы не нашли ни следов Гондолина, ни слухов о нем (‘neither sign nor rumour’). Удивительнее всего, что по словам Арминаса, именно Кирдан отправил гонцов на север на корабле «ради скрытности и быстроты» (‘for secrecy and speed’). Кирдан не искал королевство Тургона, а скрытность и быстроту гораздо лучше обеспечил бы южный путь, вверх по Нарогу. На эту странность обратил внимание Кристофер Толкин (UT1, ch. 1). Он предположил, что северный путь был избран Кирданом по приказу Улмо, который и подстроил встречу посланцев с Туором. Кристофер утверждает, что автор этой версии не высказывает, но, похоже, комментатор здесь допускает неточность. Прощаясь с Туором, Гельмир говорит ему: «не думай, что наша встреча была случайной; ибо Живущий в Глубинах еще может повелевать многим в этом краю» (‘and think not that our meeting was by chance; for the Dweller in the Deep moves many things in this land still’). Только промысел Улмо может оправдать такой странный маршрут. Конечно, Гельмир и Арминас провели на Севере разведку, но, по словам Турина, не смогли сообщить ничего нового. Любопытно, что Арминас умалчивает о замысле Улмо: наверное, собственная мотивация (поиски Гондолина) была для него важнее. То, что посланец имел и свою мотивацию, заставляет предположить: выбор послов был неслучаен.

Известно, что владыка моря передал Кирдану не только вести для Ородрета, но и инструкции относительно путешествия послов. Именно по настоянию Улмо послам было наказано спешно вернуться и передать Кирдану ответ Ородрета. Можно выдвинуть предположение: Улмо знал, что Арминас намерен искать Гондолин на Севере, и именно вала решил, кто отнесет послание королю, он же просил Кирдана помочь с кораблем. Истинной целью северного похода была встреча с Туором, который с помощью послов нашел выход к морю и, в конечном счете, действительно разыскал Гондолин.

Так Улмо сумел убить двух зайцев: поход Гельмира и Арминаса позволил доставить послания и в Гондолин, и в Нарготронд и был частью единого замысла по спасению потаенных королевств и дома Хадора. Посланцы, вероятно, не знали этого заранее, хотя, говоря с Туором, Гельмир понял: встреча неслучайна. И предсказал, что Владыка вод приведет Туора к Тургону.

Этот поход позволяет нам представить, насколько искусны и тонки были расчеты Улмо, хотя на первый взгляд его действия могут показаться странными. Не его вина, что Тургон и Ородрет предостережениям не вняли.

 

Остается сказать о дальнейшей судьбе Гельмира и Арминаса. В примечаниях к «Странствиям Хурина» рассказано о неопубликованной заметке, посвященной истории Турина (WJ:299). В заметке идет речь о посольстве двух эльфов, которые названы в тексте Фарамир и Арминас. Согласно примечанию к тому же тексту, Фарамир и Арминас впоследствии были товарищами Эарэндиля в его путешествии. Такая необычная судьба ждала наших героев. Под именем Фарамир, видимо, скрывается Гельмир. У Гельмира был известный тезка, также принадлежащий к дому Финарфина (несчастный брат Гвиндора), так что замена этого имени поддается объяснению. В черновиках к Властелину Колец Фарамир говорит, что его имя было заимствовано «из древних преданий» (WR:160): кажется, в текстах по Первой Эпохе это имя встречается только здесь, и сын гондорского наместника был назван в честь товарища Эарэндиля.

 

Источники

 

The Children of Hurin (CH)

Morgoth’s Ring (MR)

The Peoples of Middle-earth (PM)

The Silmarillion (Silm)

Unfinished Tales (UT)

The War of the Jewels (WJ)

The War of The Ring (WR)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz