О народе "малых гномов". 2009

См. также:

Квенди и эльдар. Перевод Алмиэона, редакция Юлии Понедельник


По просьбе мастера одной игры написал небольшую статью. Здесь я постарался проанализировать все свидетельства Толкина о народе малых гномов (ноэгют нибин).

 

Где обитали малые гномы?

 

Малые Гномы селились в холмах Западного Белерианда, («к западу от Сириона»). Они обитали в пещерах и жили скрытно. Известно два поселения – жилище Мима на Амон Руд и пещеры будущего Нарготронда. Имелись ли другие? О них мы ничего не знаем. Едва ли таких мест было много: рукотворные пещеры на Амон Руд вместили бы не менее ста жителей, а весь народ был «немногочислен» даже в лучшие времена. Пещеры Мима в «древних преданиях Дориата и Нарготронда» были известны как Бар-эн-нибин-ноэг, дословно «Дом малых гномов»: надо полагать, другие такие «дома» были редкостью. «Древность» этих преданий (уже во времена Турина) говорит о глубокой о древности самого жилища. А в пещерах у Нарога гномы обитали заведомо до начала строительства Нарготронда (52 г. Солнца).

Можно также отметить, что на карте Белерианда, опубликованной в XI томе Истории Средиземья (WJ:181-191), довольно большая область около Амон Руд и к югу от горы названа ‘Moors of Neweglu’, «(вересковая) пустошь Малых гномов» (в других текстах этноним neweglu не встречается, но определенно относится к этому народу). Те земли, вероятно, не были заселены до 390 г. Солнца, когда в Западный Белерианд пришли халадин (об этой дате см. WJ:222-23; 228). Они заняли часть территорий к югу от Бретиля, так что малые гномы и люди с вольных хуторов стали соседями.

 

Какова была численность малых гномов? 

 

Малые гномы – народ изначально «малочисленный», это затрудняло добычу руды и сохранение мастерства. Вероятно, сравнение идет с другими, более искусными гномами (наугрим) – но ведь и наугрим считались немногочисленной расой! Если рукотворное пещеры Мима, рассчитанные на сотню жителей, были местом исключительным и получили собственное имя «Дом малых гномов», можно утверждать, что весь народ и в лучшие времена состоял из немногих сотен душ. После конфликта с эльфами уцелели «немногие», число Малых гномов могло сократиться в несколько раз, до десятков особей. Со временем это племя полностью вымерло: ко времени Турина осталось только трое ноэгют нибин.

 

Когда и как поселились в Белерианде малые гномы?

 

Как утверждали гномы, ноэгют нибин стали первыми жителями Белерианда и переселились туда раньше эльфов. Согласно Анналам Амана, ваньяр и нолдор попали в Белерианд уже в 1125 году Древ (Серые Анналы дают еще более раннюю дату – 1115 год). С момента Пробуждения Эльфов (1050 г) прошло 75 лет Древ или 718 солнечных лет. Когда пробудились гномы, неизвестно. Если согласиться с преданиями о «первопоселенцах», это должно было случиться ненамного позже эльфийского пробуждения. Ко времени переселения ноэгют нибин у гномов развилась определенная общественная организация. Говоря с Турином, Мим вспоминает о «гномьих владыках древности» (a dwarf-lord of old), но в том же тексте утверждается, что сами ноэгют-нибин «не имели правителя» (masterless), следовательно, воспоминание относится к временам до Изгнания – это, кстати, говорит о том, что народ Мима сохранил глубокую историческую память.

Насколько достоверна столь ранняя дата? «Притязания» разных народов на первенство не всегда имеют основания. Наугрим Синих гор не встречались с эльфами к 1250 году: была ли известна гномам дата Великого Похода? Интересовались ли они эльфийской хронологией? До встречи с синдар земли к западу от Синих гор должны были считаться незаселенными, потому ноэгют нибин, когда бы они ни отправились на запад, с точки зрения гномов были «первопоселенцами». Заметим, что эта датировка появляется лишь в Квенди и эльдар. По Детям Хурина, ноэгют нибин забрели на Запад «задолго до возвращения Моргота» (long before the return of Morgoth), дата не уточняется.

Однако и в ранней дате нет нечего неправдоподобного.

Малые гномы были изгоями – так гласит и их собственная традиция, и традиция Синих гор. Как утверждали «великие» гномы (наугрим), ноэгют нибин суть «потомки тех, кто оставлял Общины или был изгнан оттуда из-за телесного изъяна, низкого роста, лени или пристрастия к мятежам», то есть произошел «отрицательный отбор». Изгнанники не задержались в Восточном Белерианде (надо полагать, за отсутствием гор) и поселились на возвышенности западнее Сириона.

 

Столкновение с эльфами

 

Неизвестно, когда разгорелся конфликт эльфов с гномами, но конец войны можно определенно приурочить к 1250 году Древ (синдар встретились с наугрим и вскоре признали, что ноэгют-нибин – их родичи и Воплощенные). Освоение внутренних областей Белерианда началось раньше (в 1152 г. нашелся Эльвэ и поселился в лесах будущего Дориата). Еще до исхода нолдор Западный Белерианд имел довольно значительное население (по этой причине Тингол изначально не хотел отдавать эти земли пришельцам из-за моря, см. его послание нолдорским лордам).

Заметив чужаков, ноэгют нибин стали «нападать на эльфов ночью исподтишка или застигнув одинокого эльфа в глуши». Мотивы нападения неизвестны. Вероятно, гномы считали территорию своей и (если эльфы там охотились) могли опасаться за свои угодья. Эльдар не признали в ноэгют нибин Воплощенных, принимая их за хитроумных животных и, осознав опасность, стали уничтожать. Ошибку эльфов можно понять, если вспомнить, что они не встречались еще с другими говорящими народами Средиземья, а ноэгют нибин, в отличие от наугрим, оказались культурой весьма «неконтактной».

Пользуясь подавляющим превосходством, эльфам не стали «воевать» с малыми гномами «воевать», они просто охотились. Синдар правильно определили местожительство ноэгют нибин («в пещерах») – потому, надо полагать, «охотники» подошли к делу серьезно и доходили до самых пещер (удавалось ли попасть внутрь?).

Так или иначе, после такой охоты «немногие» из малых гномов остались в живых. «Они стали очень осторожными и были слишком боязливы, чтобы напасть на эльфа, если тот не подошел слишком близко к их тайным жилищам».

Встретив гномов из-за гор (1200 г. Древ) эльфы оставили ноэгют нибин в покое и предоставили их своей судьбе.

 

Ноэгют нибин и основание Нарготронда

 

Первыми обитателями Пещер Нарога были малые гномы. За много лет до исхода нолдор они проникли в эти пещеры и начали их расширение, приспособив для жилья. Позднее малые гномы возненавидели нолдор-изгнанников сильнее, чем остальных эльфов (хотя изгнанники, в отличие от синдар, гномов не убивали). «Нолдор, говорили они, украли земли их и дома».

По Шибболету, при основании Нарготронда малые гномы были изгнаны из своих жилищ. Это произошло не без участия гномов Синих гор, которые помогали Финроду в строительстве пещерного города. «Большие» гномы презирали своих западных родичей и, возможно, «санкционировали» их изгнание из пещер.

 

Вымирание 

 

От окончания «охоты» на малых гномов до смерти последнего из них, Мима, прошло почти 2900 солнечных лет. За этот срок должно было смениться тридцать поколений (если ноэгют нибин оставляли потомство в том же возрасте, что и гномы Третьей эпохи, известные по родословной из Приложения к Властелину Колец). Со временем эти существа «выродились и вымерли» (dwindled and died out). Полностью этот пассаж выглядит так:

«Не признавали они над собою правителя, и число их было невелико, потому руду добывали они с превеликим трудом, и приходило в упадок кузнечное мастерство их, истощались запасы оружия; и привыкли они таиться и прятаться, и умалились ростом и статью в сравнении с восточной родней – ходили сгорбившись, крадучись, быстрыми перебежками. Однако же, как и все гномы, они были куда сильнее, нежели казалось на первый взгляд, и умели выжить в самых суровых и тяжких условиях. Со временем, впрочем, они выродились и вымерли, и не осталось их ныне в Средиземье – кроме одного только Мима и его двух сыновей; а Мим был стар даже по меркам гномов, стар и позабыт всеми».

Возможно, вымирание гномов в этом пассаже связывается с упадком материальной культуры в условиях «тяжких лишений» (great hardship). Но до конца причины вырождения и вымирания неясны, равно как и характер «лишений»: во всяком случае, «хлебные корни» прокормили не только Мима, но и весь отряд Турина.

Можно найти и другую причину вырождения: близкородственное скрещивание (инбридинг). Из-за конфликта с эльфами число ноэгют нибин могло сократиться до критической отметки. Как известно, гномы медленно размножаются: быть может, численность популяции так и не удалось восстановить, а со времени дало о себе знать генетическое вырождение. Малый рост ими был унаследован от «уродливых и низкорослых» предков-изгнанников, но, по Детям Хурина, они мельчали и в Белерианде. Однако гномы вырождались медленно и до конца оставались сильнее, чем казались на первый взгляд.

Так или иначе, ко времени встречи с Турином (485 или 487 г) на Амон-Руд оставалось только трое гномов, и все – мужского пола.

 

Контакты с другими народами

 

«Малые гномы любили только себя. Если ненавидели они и боялись орков, то и эльдар ненавидели едва ли меньше, а Изгнанников – превыше прочих; нолдор, говорили они, украли земли их и дома». Наугрим презирали сородичей, однако не давали в обиду, но что касается отношения малых гномов к сородичам, никаких сведений у нас нет. Едва ли отношение было очень дружественным: у малых гномов были причины для обиды. К людям они относились терпимее, чем к эльфам, судя по поведению Мима. Однако малые гномы «любили только себя». По словам Мима, люди «жадны и расточительны» и оставляли по себе плохую память.

И все же ноэгют нибин не остались в изоляции, о внешнем мире они знали довольно много. Мим свободно беседует с изгоями и Турином, хотя сам с собой говорит на языке гномов. Мим владеет синдарином и дает своему дому синдаринское имя «Бар-эн-Данвед».

Кто и в каких обстоятельствах научил ноэгют нибин языку эльфов? Едва ли люди-хуторяне: они стали бы учить гномов своему языку. И не гномы-наугрим – собственный язык гномов меняется так медленно, что даже при долгой изоляции разных народов не возникает проблем с общением (PM:295). Малые гномы могли научиться эльфийскому языку только у ненавистных эльфов. Нас не должно это удивлять: принимая за эльфа Турина, Мим все-таки вымаливал пощаду, обнимая его колени. Сложно себе представить «нормального» гнома в таком положении. Это парадоксальным образом сочеталось с гордостью и злопамятностью.

Когда происходили эти контакты? Неизвестно. Так или иначе, традиция изучения синдарина была жива во времена Мима. Мим имел представление о том, как звучит эльфийский голоса (по голосу принял за эльфа Турина, а Турин был воспитан в Дориата и, кстати, очень похож на эльфа).

Надо полагать, гном Мим знал об эльдар больше, чем эльдар о Миме! Вот, что говорит он о съедобных кореньях:

«Дикие эльфы таких не знают, Серые эльфы не нашли их, а гордецы из-за Моря слишком надменны, чтобы рыться в земле».

Рассказчик имел представление о Море, о разных эльфийских народах, в том числе и об «диких эльфах» (авари, в крайнем случае – нандор), которые вообще не жили в Западном Белерианде, малые гномы могли узнать о них только понаслышке. По сведениям Мима, синдар искали, но не нашли съедобные коренья (от кого кроме ноэгют нибин эльфы могли узнать о них?).

Вероятно, и с людьми имелись какие-то связи: Мим заявил, что его народ «не учит людей» искать коренья. Малые гномы могли встречаться с «вольными» халадин, жившими по соседству, к югу от Бретиля. Это, конечно, остается лишь предположением. Халадин пришли в Западный Белерианд всего за столетие до истории Турина, то есть уже на памяти Мима. При этом до Турина о пещерах на Амон Руд не знал никто из людей: если ноэгют нибин контактировали с ними, то тайну горы не выдавали.

О связях малых гномов со своими восточными сородичами никаких свидетельств нет. Ничего невозможного не было в этих контактах. Гномы бывали и в Дориате, и в Нарготронде, возможно, кто-то из них посетил бы сородичей, хотя наугрим и смотрели на них свысока. Если эти контакты имели место, ноэгют нибин могли получить самые важные сведения о внешнем мире именно от них.

«– …Андрог не жалует гномов. Мало доброго рассказывается о гномах в преданиях, что народ его принес с востока.

– О себе люди оставили память и похуже (they left worse tales of themselves behind them)…»

Обмен репликами между Андрогом и Мимом подводит нас к догадке, что предания о людях также пришли «с востока», то есть от наугрим. Но это предположение нельзя окончательно доказать.

С орками народ Мима мог познакомиться дважды: как во время первой битвы войн Белерианда, так и после Дагор Браголлах. В это время орки проникают в Западный Белерианд. Они, безусловно, стали злейшими врагами малых гномов.

Подведем итог сказанному: «изоляция» ноэгют нибин была весьма относительна. У них было немало сведений о народах Белерианда.

 

Культура малых гномов 

 

Малые гномы жили в рукотворных пещерах. Их местоположение тщательно скрывалось, хотя для некоторых эльфов не были секретом ни жилище Мима, ни подземелья на берегу Нарога. Система пещер на Амон Руд состояла из двух залов, соединенных коридором, и множества небольших комнат: жилых покоев, мастерских и кладовых. Имелся очаг с дымоходом. В этих пещерах могли бы расселиться сто человек и более.

Обстановка в жилище Мима может дать представление о материальной культуре ноэгют нибин. Большинство этих изделий досталось Миму по наследству от предков: когда-то гномов в пещерах было намного больше.

Там горели светильники на тонких цепочках, имелись каменные ложа, полки и ниши в стенах, много сундуков из камня и дерева, топоры и «прочее снаряжение», три больших котла для приготовления еды, которых хватило на весь отряд Турина. В пещерах было несколько кузниц (во времена Мима работала только одна).

При первой встрече с разбойниками Мим и сыновья были одеты в серые одежды с капюшонами; в разговоре с людьми гном упоминает и «пряжку от башмака».

Если материальная культура ноэгют нибин была «бедна», то лишь в сравнении с блестящими достижениями наугрим. Весьма вероятно, обитатели Амон Руд могли обеспечить себя всеми необходимыми ремесленными изделиями.

О социальной организации малых гномов известно только то, что они никогда не имели предводителей (masterless). Ко времени Мима весь «социум» сжался до размера одной семьи.

Говоря о духовной культуре ноэгют нибин, вспомним об исторической традиции, которая восходила к «гномьим владыкам древности», то есть к тем временам, когда предки Мима еще жили в городах Синих гор. Если гномы действительно проникли в Белерианд раньше эльфов (то есть до 1125 года Древ), придется признать, что возраст этих преданий – более четырех тысяч солнечных лет, иначе говоря – более сорока поколений гномов (если они оставляли потомство в том же возрасте, что и гномы Третьей эпохи).

Отметим, что Мим говорит на «чужом» языке свободно (проблем в общении не возникает). Быть может, юные ноэгют нибин должны были изучать язык «ненавистных» эльфов (синдарин стал «лингва франка» в Белерианде Первой эпохи). Но если Миму пришлось выучить язык врагов, то зачем-то этот язык был нужен его народу. Заметим, что эльфы давно «оставили в покое» его народ, до Дагор Браголлах ноэгют нибин вообще не сталкивались с угрозой из внешнего мира и никто кроме самих гномов не мог нарушить их добровольную изоляцию.

Что же их побуждало к общению с другими народами? Надо полагать, мотивы экономические.

 

Экономика

 

Как добывали пропитание малые гномы? Ноэгют нибин собирали «земляной хлеб» и только они знали, где его можно найти. «В голодную зиму» ценили эти корешки «дороже золота». «Такого дурня, как ты, весной не оплачут, коли и не переживешь ты зимы», попрекает Мим одного из людей Турина: весьма характерная оговорка. Видимо, без «земляного хлеба» гномам пришлось бы голодать, несмотря на обширнейшие угодья и ничтожное число едоков. Вероятно, настоящего хлеба Мим не выращивал.

Это заставляет нас задуматься и о пропитании наугрим в Синих горах. Гномы Первой эпохи еще не жили в «симбиозе» с земледельческими народами и должны были сами добывать пищу. Без сельского хозяйства нельзя прокормить целые города.

Что касается малых гномов, возможны два предположения.

Ноэгют нибин могли полностью утратить навыки гномьего земледелия, перейдя к собирательству и охоте, сохранив искусство металлургии (низкая плотность населения позволяет прожить и без сельского хозяйства). Но время от времени собирателям и охотником приходилось голодать. К тому же поиск пищи должен отвлекать гномов от любимого ремесла. Рано или поздно гномы могли выйти из положения, выменивая некоторые сельскохозяйственные продукты у соседей. Соседями были только нелюбимые эльфы. После 390 года в окрестностях Амон Руд появились люди, и ноэгют нибин должны были «переключиться» на них. К людям они относились не так плохо, и люди могли выше оценить мастерство ноэгют нибин.

Вторая, альтернативная гипотеза такова: корешки «земляного хлеба» и были культурным растением, которое кормило и поселения ноэгют нибин, и наугрим в Синих горах. Возможно, культура «земляного хлеба» требовала минимальных трудозатрат и менее всего отвлекала гномов от ремесленного производства, потому гномы и отдавали предпочтение этим кореньям перед злаками. Но если ноэгют нибин сами обеспечивали себя всем необходимым, то непонятно, что их заставило выучивать эльфийский язык.

Так или иначе, это всего лишь гипотезы.


Приложение

 

Важнейшие источники

 

Из Квенди и эльдар

PM:388-89

The Petty-dwarves. See also Note 7. The Eldar did not at first recognize these as Incarnates, for they seldom caught sight of them in clear light. They only became aware of their existence indeed when they attacked the Eldar by stealth at night, or if they caught them alone in wild places. The Eldar therefore thought that they were a kind of cunning two-legged animals living in caves, and they called them Levain tad-dail, or simply Tad-dail, and they hunted them. But after the Eldar had made the acquaintance of the Naugrim, the Tad-dail were recognized as a variety of Dwarves and were left alone. There were then few of them surviving, and they were very wary, and too fearful to attack any Elf, unless their hiding-places were approached too nearly. The Sindar gave them the names Nogotheg 'Dwarflet', or Nogoth niben 'Petty Dwarf'.(20)The great Dwarves despised the Petty-dwarves, who were (it is said) the descendants of Dwarves who had left or been driven our from the Communities, being deformed or undersized, or slothful and rebellious. But they still acknowledged their (p.389) kinship and resented any injuries done to them. Indeed it was one of their grievances against the Eldar that they had hunted and slain their lesser kin, who had settled in Beleriand before the Elves came there. This grievance was set aside, when treaties were made between the Dwarves and the Sindar, in consideration of the plea that the Petty-dwarves had never declared themselves to the Eldar, nor presented any claims to land or habitations, but had at once attacked the newcomers in darkness and ambush. But the grievance still smouldered, as was later seen in the case of Mim, the only Petty-dwarf who played a memorable part in the Annals of Beleriand. The Noldor, for use in Quenya, translated these Sindarin names for the Petty-dwarves by Attalyar 'Bipeds', and Pikinaukor or Pitya-naukor.

Note 7 (p. 377).

The Dwarves were in a special position. They claimed to have known Beleriand before even the Eldar first came there; and there do appear to have been small groups dwelling furtively in the highlands west of Sirion from a very early date: they attacked and waylaid the Elves by stealth, and the Elves did not at first recognize them as Incarnates, but thought them to be some kind of cunning animal, and hunted them. By their own account they were fugitives, driven into the wilderness by their own kin further east, and later they were called the Noegyth Nibin (32) or Petty-dwarves, for they had become smaller than the norm of their kind, and filled with hate for all other creatures. When the Elves met the powerful Dwarves of Nogrod and Belegost, in the eastern side of the Mountains, they recognized them as Incarnates, for they had skill in many crafts, and learned the Elvish speech readily for purposes of traffic.

 

Из Детей Хурина

Now the tale turns to Mîm the Petty-dwarf. The Petty-dwarves are long out of mind, for Mîm was the last. Little was known of them even in days of old. The Nibin-nogrim the Elves of Beleriand called them long ago, but they did not love them; and the Petty-dwarfs loved none but themselves. And if they feared and hated the Orcs, they hated also the Eldar, and the Exiles most of all; for the Noldor, they said, had stolen their lands and their homes. Nargothrond was first found and its delving was began by the Petty-dwarves, long before King Finrod Felagund came over the Sea.

They came, some said, of Dwarves that had been banished from the Dwarf-cities of the east in ancient days. Long before the return of Morgoth they had wandered westward. Being masterless and few in number, they found it hard to come by the ore of metals, and their smith-craft and store of weapons dwindled and they took to lives of stealth, and became somewhat smaller in stature than their eastern kin, walking with bent shoulders and quick, furtive steps. Nonetheless, as all the Dwarf-kind, they were far stronger than their stature promised, and they could cling to life in great hardship. But now at last they had dwindled and died out of Middle-earth, all save Mîm and his two sons; and Mîm was old even in the reckoning of Dwarves, old and forgotten.

Далее в Детях Хурина (и Нарн и хин Хурин) рассказано о жизни Турина и его отряда на Амон Руд. Рассказ занимает в Детях Хурина две главы и мы не будем его приводить здесь. Текст переведен и хорошо доступен.

 

Пассаж из опубликованного Сильмариллиона, кажется, имеет вторичный характер, но стоит привести и его.

 

In the time that followed Túrin spoke much with Mîm, and sitting with him alone he listened to his lore and the tale of his life. For Mîm came of Dwarves that were banished in ancient days from the great Dwarf-cities of the east, and long before the return of Morgoth they wandered westward into Beleriand; but they became diminished in stature and in smith-craft, and they took to lives of stealth, walking with bowed shoulders and furtive steps. Before the Dwarves of Nogrod and Belegost came west over the mountains the Elves of Beleriand knew not what these others were, and they hunted them, and slew them; but afterwards they let them alone, and they were called Noegyth Nibin, the Petty-Dwarves, in the Sindarin tongue. They loved none but themselves, and if they feared and hated the Orcs, they hated the Eldar no less, and the Exiles most of all; for the Noldor, they said, had stolen their lands and their homes. Long ere King Finrod Felagund came over the Sea, the caves of Nargothrond were discovered by them, and by them its delving was begun; and beneath the crown of Amon Rúdh, the Bald Hill, the slow hands of the Petty-Dwarves had bored and deepened the caves through the long years that they dwelt there, untroubled by the Grey-elves of the woods. But now at last they had dwindled and died out of Middle-earth, all save Mîm and his two sons; and Mîm was old even in the reckoning of Dwarves, old and forgotten. And in his halls the smithies were idle, and the axes rusted, and their name was remembered only in ancient tales of Doriath and Nargothrond.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz