Артем Крюков. О Брего - "первом короле Марки". 2012

См. также:

Артем Крюков. Метаморфозы Леода, или через этимологию к демографии.

Артем Крюков. Книгоиздание в Арде.

Кеменкири. Зачем Диору Сильмарил? А также об Эльвинг и Гаванях.


 

Нора сначала шла прямо, ровная, как туннель, а потом вдруг круто обрывалась вниз. Не успела Алиса и глазом моргнуть, как она начала падать, словно в глубокий колодец.

Льюис Кэрролл "Приключения Алисы в Стране Чудес"

Несмотря на то, что Vita Brego не существует как последовательный текст – его жизнь выступает из доступных текстах полнее, нежели это мы можем сказать о большинстве правителей Марки Всадников; и довольно хорошо реконструируется (например, как это ни кажется парадоксальным, о жизни Хельма Молоторукого известно меньше[1]).

В отличие от Гармана/Леода[2] герой этой заметки безотложно входит в мифопоэтическую модель мира как созидатель Медусельда[3] и под известным нам именем[4]. Не прояснённым поначалу остаётся лишь вопрос о степени его родственных отношений с Эорлом.

История Марки и её королевского Дома подспудно развивается параллельно развёртыванию картины Мира и когда мы снова встречаемся с нашим героем[5] Дж.Р. уже полагает что Брего был внуком Эорла. Но, лишь после слов Арагорна, обнаружившего на Путях Мёртвых останки павшего воина: "Here lies Baldor son of Brego, first heir of that Golden Hall to which he never returned. He should be lying now under the flowers of Evermind in the Third Mound of the Mark…"[6], – окончательно проясняется, что Брего был сыном Эорла.

Специально подчеркнём, что тот фрагмент речи Теодена, в котором впервые возникает имя Брего, появляться на свет уже в первом рукописном наброске[7] и практически не претерпевает изменений в последующих редакциях[8]. Это особенно примечательно на фоне тех усилий, что нередко прикладывал Дж.Р. дабы найти имя соответствующее своему герою. То есть мы имеем перед собой тот случай, когда имя и раскрывающая его история не противоречат друг другу; и позднейшее развитие истории не вносят в первоначальную симфонию дисбаланса[9].

Любопытно, что единственное дополнительное слово, введённое в первоначальную фразу Теодена, было high 'высокий'. С одной стороны этот эпитет подкрепляет связи с источником образа[10]. А с другой – не только не противоречит имени героя, но и оказывается тесно с ним связано!

Др.-англ. поэтическое слово brego (вар. bregu, brega, breogo) с узусом значений 'правитель, принц, король, Господь' генетически связано с лексемой beorg (вар. beorh, biorg, biorh). Эти др.-англ. когнаты восходят к общему и.-е. корню *bherĝh-; и в основе номинации правителя и горы лежит общий семантический признак – высота.

 

Однако, почему же я выбрал для этой заметки такое провокационное название?

Дело в том, что когда мы говорим о событиях Третьей Эпохи постоянно следует иметь в виду что на большинство событий известной нам истории Средиземья мы смотрим ретроспективно – посредством текстов, внутренние авторы коих явятся миру много позднее описываемых событий (в основном в конце Третьей либо в начале Четвёртой Эпох).

Дабы пояснить, что имеется в виду, давайте рассмотрим, вполне ясный топоним Алдбург, образованный др.-англ. прилагательным eald (вар. ald) 'старший, древний' и существительным burg/rh 'место, окруженное стенами или огороженное'. Очевидно, что это название появилось после строительства Золотых Палат[11] в Эдорасе; а в дни Эорла и Брего поселение называлось иначе, скорее всего – Дом Эорла (Eorl r > the house of Eorl) или просто Бург (Burh).

То есть, обосновавшись в Каленардоне, эотеод воспроизвели характерный для них тип поселения – "крепость с несколькими селениями"[12]; так и до миграции 2510 года, на Севере у всадников был единственный бург расположенный в месте слияния потоков Грейлин и Лангвелл. Однако, к концу Эпохи мы можем наблюдать в Рохане уже более одного бурга, что собственно отображается и в названиях: см. Aldburg, Hornburg.

Оказывается, что на протяжении долгой истории Марки семантика нарицательной лексики успела измениться. Так семантика слова burg/rh претерпела сдвиг от 'дома правителя обнесённого палисадом' (как единственного объекта!) к 'крепости' (как одного из множества) и 'укреплённому городу'. И хотя хронист конца Эпохи вполне может написать, что "Алдбург основан Эорлом", это будет реконструкция не только отражающая некое событие, но и современное хронисту положение дел. Во-первых, Эорл и не собирался строить город; а, во-вторых, то что было построено на зелёном холме у подножия Белых Гор не называлось Алдбургом!

Уделим же Дому Эорла вящее внимание, поскольку он сыграет в нашей истории свою молчаливую, но значительную роль.

Разумеется, Дом это обитель, где жила семья и рождались и воспитывались дети. Именно в нём вырастет (а может быть и родится) наш герой[13]. Сюда же приведёт он супругу, и здесь же появятся на свет и возмужают в свою очередь и его дети. И Дом продолжит осуществлять эту функцию и спустя множество поколений – так в свою очередь здесь появятся на свет Эомер и Эовин.

Но Дом Эорла – это ещё и резиденция правителя, где в отдельном sael 'покое' (прагерманское *sal-, ср. с рус. зал) проводились пиры и советы, решались хозяйственные проблемы, и куда приводили гостей и странников[14]. То есть строительство Дома Эорла было также и общим делом, собственно он и возводился совместными усилиями многих людей.

По своему типу Дом Эорла относился к жилищам, именуемым в др.-англ. нарицательной лексике как r (восходит к прагерманской форме *-) – и соотносится с археологическими данными о "древнегерманских длинных домах"[15]. Это деревянное строение, расположенное на возвышении, с несколькими помещениями, с дверью, но без окон. Благодаря своей долговечности строения этого типа могли использоваться многими поколениями.

Но, роль Эорла как личности в возведении защищённого (др.-англ. beorgan 'хранить, защищать', рус. беречь) длинного дома, то есть бурга мала – через него здесь говорит традиция. В возведении же Медусельда заметен мировоззренческий сдвиг. И дело даже не в том, что Золотые Палаты возводятся в новом гондорском стиле. Важнее то, что эотеод населяли усадьбы (*haim-) и сёла (*wik-), а среди эорлингов появилась новая страта людей, которых мы могли бы назвать уже буржуа.

Так не с большим ли основанием мы можем утверждать, что Алдбург основал Брего[16], возведя Золотые Палаты?

 

Поэтому же и Эорл Юный, отец Брего не был "первым королём Марки" (the first King of the Mark) – хотя бы и просто потому, что такого явления как Марка при его жизни не существовало. Известен же он был при жизни как "Лорд Эотеод и Король Каленардона" (Lord of the Éothéod and King of Calenardhon).

Из титулатуры Эорла прекрасно видно, как начинает перерождаться характер королевской власти – если его предки воспринимались как главы народаðeoden Eoðeod, то его потомки мыслились в первую очередь как государи страныMarca cyning[17]. Этот сдвиг, очевидно, произошёл благодаря контакту с более развитой культурой дунэдайн. И, попутно в презентации королевской власти к традиционным символам: мечу, копью[18] и трону[19] были присовокуплены нуменорские регалии: скипетр[20] и венец[21].

Причём семантика этого сохранившегося варианта титулатуры Эорла представляет нам прекрасный образец "варваризации" культуры – она не принадлежит ни эотеод ни дунэдайн[22].

Первая часть титулатуры прозрачна: это попытка вестронизации традиционного ðeoden Eoðeod (то есть rac Lohtûr); в то время как вторая часть должна отражать попытку "перевести" на роханский гондорский титул, связанный с провинцией (ланом) Каленардон, каковой мог быть лорд (синд. – hir), или принц (синд. – ernil). Очевидно, что и в первой и во второй части титула "перевод" оказался не очень-то хорош (произошёл сдвиг семантики). Тем не менее, очевидно, что позднейший титул генетически произошёл именно от него.

Параллельно такому "варваризованному" переводу гондорского титула должны были существовать и более правильные переводы, например – brego Emnœð.

Древнеанглийское слово *emnœþ[23], означает 'степь, прерия' или 'зеленая трава'; то есть, оно довольно точно передаёт смысл гондорского топонима Каленардон (Calenardhon) – "Великий зеленый край". Однако, de facto "королевство Эмнет" было меньше чем гондорский лан Каленардон[24].

В дни Эорла, и в значительный период правления его сына, эотеод уверенно контролировали лишь территорию к востоку от речки Снежицы (Snowbourn)[25], между Энтовой Купелью (Entwash) и Белыми Горами – то есть земли известные в конце Эпохи как Фолд, Истфолд и Фенмарк (рис. 1).

 

Рис. 1. Фолд и Фенмарк

Земли к западу же от Снежицы во времена Бдительного Мира (2063–2460 гг.) заняли предки дунлендингов – а они уже давно не считали себя подданными Короля и вовсе не собирались подчиняться пришельцам с Севера[26].

Холмистую местность на севере Каленардона – Пустошь (Wold) – так же удержать не удалось. После того как Эорл привёл в Каленардон свой народ ему пришлось распустить народ-войско (fyrd). Но, с оставшимися у него эоредами, он не смог удержать от новых пришельцев с Бурых Равнин (The Brown Lands) переправу через Южную Отмель Андуина. Пришельцы обосновались на Пустоши и в Эмин Муил и были выгнаны оттуда уже лишь при Брего.

Кстати, Пустошь (Wold), как и Эмнет (Emnet), это английский топоним означающий 'лес, нагорье покрытое лесом' или 'пустошь', произошло от др.-англ. weald/wald[27].

 

Рис. 2. Пустошь и Эмнет

И вновь обратимся к генетической связи др.-англ. поэтического слова brego с лексемой beorg. Давайте направим наш взгляд на время основания королевства Рохан: Кирион на склоне горы Амон-Анвар по праву королевского Наместника предлагает Эорлу, вождю эотеод, принять в дар все земли Каленардона. Эорл принимает дар и на вершине горы у гробницы Элендиля Верного произносятся Клятвы Эорла и Кириона. Подчеркнём, что помимо основного значения 'холм, гора' у лексемы beorg наблюдается и вторичное значение – 'курган, место похорон'[28].

Характерная этимологическая параллель обнаруживается в италийской ономастике: обратим наше внимание главным образом на этноним – Frentrā; и топоним в Лации – ad caput aquae Ferentonae или lūcus Ferentīnae.

Индоевропейский звонкий придыхательный bh в протоиталийском преобразовывался в глухой щелевой bh > (β) > f; в германских же в звонкий щелевой bh > β > b[29]. А звонкий придыхательный gh в оско-умбрской группе италийских языков преобразовался в глухой щелевой gh > χ > h[30]; и, соответственно, в германских gh > γ > g. Таким образом, путь развития самнитского этнонима можно реконструировать примерно как: *bherĝh-ntro > *(β)ereχentro > *f(e)rehentro > *f(e)ntro + суффикс принадлежности -ānus > Frentrāno.

Кельтские параллели[31] заставляют усмотреть в этнониме скорее теоморфный характер – "народ возвышенного (божества / богини?)".

Теоморфная семантика более ясно означается в названии культового места Лация. Описание места указывает на то, что Ferentīna – это божество потока или реки (aquae), почитаемое у истока (caput), посредством культовой рощи (lūcus[32]). Кстати, Цинций указывает, что оный исток находится у подножия Альбанской горы (mons Albānus) – что вместе формирует комплекс соответствующий древнейшему индоевропейскому виду культа, в котором *bherĝh выступает вместе с эпитетом *albhio- 'белый, светлый'.

Сравним с описанием местности у горы Халифириэн в Unfinished Tales и The Rivers and Beacon-hills of Gondor: от усыпанной белыми цветами гробницы Элендиля[33] на вершине горы до леса Анвар[34] покрывшего северный склон и протекающей через него речки Гланхир[35].

То есть можно предположить, что имя/титул brego появляется под влиянием прозвища Элендиля Высокого (Elendil the Tall)[36]. Таким образом, можно предположить, что сын Эорла известен нам не под личным именем, а под титулом – с гибелью в 2545 году Эорла Юного его сын становится вторым Королём Каленардона, то есть brego Emnœð.

Высказанная нами гипотеза вырастает из мифопоэтической традиции именования, которую мы затрагивали в заметке Метаморфозы Леода. Согласно этой модели процесс наречения носит: либо характер своеобразного отгадывания сущности человека через его имя, либо наделения человека судьбой через имя. Посмотрим, как это проникновение в глубинную сущность отзывается в именах сыновей Брего сохранённых традицией.

Имя старшего из сыновей образовано из др.-англ. существительного baldor (уэсс. bealdor)[37] 'герой, принц'. Коя лексема произрастает из общегерманского *balðraz сформированного из прилагательного *balþaz – от которого происходит и др.-англ. прилагательное bald (уэсс. beald) имеющее значение 'храбрый, смелый, уверенный, отважный'. Но следует подчеркнуть также у этого прилагательного коннотацию 'самоуверенный, дерзновенный', что напоминает нам о последствиях обета, прозвучавшего на пиру по поводу окончания постройки Медусельда.

Имя второго сына и преемника образуется др.-англ. существительным aldor (уэсс. ealdor, ealdur)[38] с узусом значений: 'старший, предок, глава семьи, Создатель', 'вождь, принц'[39]; а также 'возраст, эпоха, жизнь'. Эта лексема – отросток общегерманского *alðran, образованного из прилагательного *alðaz – от которого происходит и др.-англ. прилагательное ald (уэсс. eald) 'старший, древний' и 'выдающийся, великий, возвеличенный'. То есть опять же имя хорошо соответствует тому, что мы знаем об этом человеке: Алдор дольше всех правил всадниками и у него была большая семья – он единственный из народа о ком мы знаем, что он видел своего праправнука. Действует даже сема 'создатель, автор' – именно при Алдоре Марка всадников обретает свой облик[40].

Имя же младшего из сыновей, как я полагаю[41], произошло от др.-англ. существительного eofora (вар. afara, afera, afora, eafera, eafora, eafra, eofera) 'потомок, преемник, наследник, сын'. Нам ничего неизвестно об этом герое помимо того, что по переезду в новоотстроенные Золотые Палаты Брего передал ему отчий дом (Ald-r).

Давайте же уделим больше внимания Алдору Старому.

Он имеет очень любопытное прозвище – н.-англ. old происходит от центрально-диалектного др.-англ. ald. С одной стороны мы можем воспринять имя и прозвище как тавтологию[42], что обнаруживает и усиливает стремление нарекающего передать доминирующий образ героя. Но, с другой, следует обратить внимание на противопоставление прозвищ деда и внука – Young / Old – с их помощью выделяется временной период; ср. "… all the years from Eorl the Young to Théoden the Old…"[43]. То есть с помощью прозвища сказитель отделяет эпоху становления государства, центральным персонажем которого был герой нашей статьи, от последовавшей эпохи мира Фроди (Fróðafriðr) в которой "…Rohan had peace and prospered…"[44].

Обратим наше внимание на cognati др.-англ. ald в готском и италийских и кельтских языках.

В церковно-готском засвидетельствован вариант прилагательного alþeis. Обратим же внимание на лексему alþiza с помощью которой передаётся греч. πρεσβύτερος 'старший, старец', то есть каноническое название второй степени священства; сравните с образом короля-священника дунэдайн. Любопытно, что при переводе термина на английский – либо использовали заимствование из латыни др.-англ. prēōst (отсюда н.-а. priest), либо использовали слово eldra (уэсс. ieldra).

Кельто-италийские же семантические параллели объединяют Алдора с отцом. От t-основы и.-е. корня *al-2 'взращивать, лелеять' происходят: лат. altus 'высокий' (то есть сверхвыросший; см. ad-ultus 'взрослый, большой, созревший'), др.-ирл. alt 'возвышенность, холм' (то есть поднятый), валл. allt 'сторона холма, лесистые холмы'.

Но, пожалуй, самые интересные связи обнаруживаются в праиндоевропейском, где семантика роста связывает Алдора с его прадедом – Леодом.

 

В предшествующей заметке мы живописали, как в дни Леода эотеод столкнулся с демографическим кризисом и какой они нашли выход – следуя стезёй угнетения демографической системы воспроизводства. Сейчас же мы перейдём к вопросу – почему возвращение к традиционной системе началось лишь при внуках Эорла.

Как мы показали всадники при Эорле Юном de facto владели лишь "королевством Эмнет" кое по занимаемой территории не особо отличалось от земли, из которой они вышли с Севера. То есть фактор ограниченности ресурсов окружающей природной среды продолжал оказывать своё воздействие.

Следует отметить, что и в дни Эорла и в правление его сына численность эотеод была ниже, чем перед миграцией с Севера (то есть чем до 2510 года Третьей Эпохи). Отрицательному приросту населения способствовали два основных фактора – война на границах королевства и "эффект основателя".

Дело в том, что так называемая "повышенная рождаемость в колониях" (или "эффект основателя") – развивается не совсем так, как это видится в теории. Имеющиеся данные по древней эпохе, если их сопоставить с параллелями Нового времени, показывают, что повышение рождаемости наступало не сразу после обоснования группы людей на новом месте, а спустя примерно полвека[45]. Рост населения начинается со стабилизации хозяйства.

Всадникам помогало то, что те же демографические процессы протекали и у истерлингов с Пустоши (Wold[46]). Это придавало войне затяжной характер сражения на истощение[47] и, очевидно, что вопрос о западных территориях тогда просто не стоял – эотеод не могли позволить себе войну на два фронта.

Собственно, в том, что эотеод стабилизировали хозяйство, и свою численность раньше истерлингов нет ничего неожиданного. Однако, войну за Пустоши Брего завершил сравнительно быстро благодаря гендерному фактору. Из-за степной войны, тлеющей уже два поколения, в обществе всадников сложился дисбаланс полов и Брего решается пополнить армию женщинами[48]. Что позволило ему консолидировать силы большие, чем имел его отец перед своей гибелью и главное – в меньшие сроки.

Поэтому, выдавив истерлингов с Роханской Пустоши (the Wold of Rohan) и закрепившись по берегу Андуина, Брего смог начать реконкисту земель занятых дунледингами. Судя по легенде о Запретной Двери, рассказанной Теоденом, реконкиста началась в 60-е годы XXVI столетия, хотя точные датировки здесь вряд ли возможны. И поскольку дунлединги были разобщены, решить западный вопрос оказалось намного проще.

Видимо, с этих пор "королевство Эмнет" и начинают называть Маркой Всадников (the Mark of the Riders), а её правителя – королём Границы или Королём Марки (Marca cyning > the King of the Mark). Причём Граница – это не линия между разными государствами и народами, а довольно обширная область, где бок обок обретались два (а может и больше, чем два[49]) разноязычных народа, жили каждый по своему обычаю и закону[50].

И говорить о полном подчинении местных династов (вроде Фреки), даже в мирное время, лордам всадников не следует. А при случае (вроде Долгой Зимы или в ходе войны которой завершилась Третья Эпоха) они участвовали и в набегах своих соплеменников на земли всадников.

Со становлением Марки и освоением новых земель у всадников отпала необходимость в ограничении прироста населения и в те же 60-е начинается изменение системы воспроизводства[51].

Таким образом, только к концу правления Брего, или даже скорее к началу правления его сына, произошло восстановление числа населения к домиграционным значениям. Дальнейший же уверенный рост численности народа – примерно 2,18 промилле в год[52] – начался уже только в правление Алдора, что и было отмечено в хронике[53].

 

Наиболее чётко различима та из прядей (þáttr) Vita Brego, что оплетает Дверь Запрета и старшего из сыновей Брего – Бальдора Злополучного[54] (The Hapless). Нить её закручивается, когда наши герои находят Дверь перекрывающую старый Путь и её Стража.

Собственно, прядь повествует нам о том, что происходит, когда судьба (hap) овладевает человеком[55] и он следует не своему случаю (happening) – что, заметим, не отменяет сам счастливый конец (happy end). Но, вот о чём мы должны задуматься, мог ли Бальдор не вступить на 'Пути Мёртвых' (the Paths of the Dead) – если тема смерти пронизывает всё устное наследие народа?; если он видел в этом свой побег от смерти в легенду, претворив в жизнь "подвиг, достойный, чтобы его воспели"?

Очевидная параллель, проясняющая поступок Бальдора обнаруживается в "Гренландской Песни об Атли" (Atlakviða) – эддической песни о Гьюкунгах[56]. Обратите внимание на тот ключевой эпизод, когда посланцы Атли прибывают к его шуринам – бургундским королям Гуннару и Хёгни. И на пиру, испив чашу браги, Гуннар неожиданно принимает приглашение посетить гуннского владыки – и это несмотря на то, что у него нет никакой необходимости или причины ехать к Атли и даже более того он отчётливо осознаёт явную опасность этой поездки! Так и Бальдор демонстрируя высокий дух героя, творит свою судьбу.

Однако, как и для аудитории позднейших "Гренландских Речей Атли" (Atlamál), для современников и потомков Бальдора его поступок уже не является безусловно приемлемым – он оспаривается и осуждается (см. на прозвище героя).

Дополнительные оттенки к истории короля Брего и его сына Бальдора раскрываются через связь имён с определённым содержанием общей мифопоэтической традиции.

Воспользуемся "уловкой Лидского университета"[57] (как это назвал Том Шиппи) и обратим внимание на черты идентичности, выявляемые благодаря общим этимонам[58] с исландскими богами поэзии Браги (Bragi) и весны и света Бальдром (Baldr), любимцем богов.

Этимология теонима Браги восходит к др.-исл. корню bragr имеющему узус значений: 'первый, наилучший' (поэт.) и 'поэтическое искусство'[59]. И генетически лексема bragr1 связана с др.-исл. bjarg 'гора'.

В заметке Метаморфозы Леода я обращал наше внимание на то, что в именах правителей имплицитно отражаются те или иные черты характерные и для народа. И если для династии Копейщиков мы отметили мировоззренческий регресс, выразившийся в обожествлении валар; то, например, имя brego подводит нас к вопросу о значимости связи этноса с вмещающим ландшафтом.

Беженцы от катастрофы 1856 года, вышедшие из Рованиона в долину Андуина, были вынуждены поменять не только место жительства, но и свой быт[60]. Но, приноровившись жить на границе гор, леса и равнины, они превратились в новый этнос – эотеод (Éothéod)[61].

Характерно, что последующие, вследствие демографического давления, миграции эотеод направлялись в земли со схожим ландшафтом: в 1977 году из долины Андуина в верховья Реки, а затем в 2510 году из Эотеода в Фолд.

Миграция 1977 года представляет особый интерес, поскольку в то время у эотеод был выбор – они могли попытаться вернуться в Рованион и отвоевать земли, утерянные более века назад[62]. Однако, таковая реконкиста неизбежно была бы связана с ещё одним культурным сломом – и Фрумгар избрал иной путь.

Таким образом, характеристика эотеод и его правителей как '[из] горных'[63] вполне справедлива – это отделяет их от северян с равнин Рованиона.

"Общий знаменатель" для значений bragr1 и bragr2 обнаруживается в контексте мифа о "мёде поэзии". Восстанавливаются семантические переходы: от обозначения горы (др.-исл. bjarg) > характеристика деятеля (др.-исл. asabragr '[из] асов горный' = Один) и цель действия (др.-исл. braga-full 'кубок браги' = "мёд поэзии"). И от 'опьяняющего напитка'[64] > воплощение в виде субстанции, экстатического состояния духа – поэзии (bragr2) и воплощение в виде деятеля – персонификация (Bragi)[65].

Обратим отдельное внимание на лексему braga-full – она переводится и как 'кубок правителя' и как 'кубок Bragi', где Bragi персонифицирует опьяняющий напиток вызывающий экстатическое состояние духа, проявляющееся в поэтическом искусстве[66].

Легко представить пир в Медусельде[67] данный королём Брего по поводу окончания строительства Золотых Палат – на нём звучат преданья старины, даются обеты[68] – и то и другое связано с кубком Брего.

И Бальдор, осушив рог, клянётся что пройдёт 'Путями Мёртвых'[69] и тем свивает судьбу себе, своему отцу и брату… Он входит в Дверь и не возвращается более на зелёную землю; и вместе с ним уходят дни Брего – который умирает в 2570 году задолго до предназначенного ему срока. Этот надлом становится более ясен[70] на фоне согласия Хель отпустить Бальдра – если его будет оплакивать все, что только есть на земле, живое и неживое.

Но вот что интересно, Брего всю жизнь провёл в войнах – героичность на поле брани была для него нормой – но в памяти народной он остался как строитель.

 

Литература

 

J.R.R. Tolkien «The Lord of the Rings» (электронный англ. текст).

J.R.R. Tolkien «The Hobbit » (электронный англ. текст).

J.R.R. Tolkien «The Treason of Isengard (The History of Middle Earth. Series 07)» (электронный англ. текст).

J.R.R. Tolkien «The War of the Ring (The History of Middle Earth. Series 08)» (электронный англ. текст).

J.R.R. Tolkien «The People of Middle Earth (The History of Middle Earth. Series 12)» (электронный англ. текст).

J.R.R. Tolkien «The Rivers and Beacon-hills of Gondor» (электронный англ. текст).

Дж.Р.Р. Толкин «Неоконченные предания Нуменора и средиземья»//Издано при участии неформального творческого объединения ТТТ, 2002.

Дж.Р.Р. Толкин «Филология: общие труды (1924)» / Пер. и комм. С. Зоновой/ "Чосер как филолог и другие статьи". II том "Филологического наследия". 2010.

Том А. Шиппи «Дорога в Средьземелье». – СПб.: ООО Издательство «Аимбус Пресс», 2003.

10.   Том А. Шиппи «Толкин и Исландия: Филология зависти» / пер. Ю.Канчуков (электронный текст).

11.  Марк Т. Хукер «Толкин русскими глазами» / пер. Аллы Хананашвили; ред. С.Лихачева, Н. Семенова (электронный текст).

12.   http://www.ling.upenn.edu/~kurisuto/germanic/oe_bosworthtoller_about.html – «An Anglo-Saxon dictionary, based on the manuscript collections of the late Joseph Bosworth; edited and enlarged by T. Northcote Toller».

13.  Смирницкий А.И. «Древнеанглийский язык» / (электронный текст).

14.   «A Handbook of Germanic Etymology by Vladimir Orel». Copyright 2003 by Koninklijke Brill NV, Leiden, The Netherlands.

15.   «Этимологический словарь русского языка Макса Фасмера» (электронный текст).

16.   Кузьменко Ю.К. «Ранние германцы и их соседи: Лингвистика, археология, генетика» / Отв. редактор Н.Н. Казанский. – СПб.: Нестор-История, 2011.

17.   Сорокина Е.А. «Семантическая реконструкция древнегерманской социальной лексики (на материалах готского, древнеанглийского и древнеисландского языков)» / Автореферат диссертации на соискание учёной степени доктора филологических наук.

18.   Сорокина Е.А. «К реконструкции древнегерманского *þeudanóz» / Проблемы концептуальной семантики языка и речевой деятельности: Материалы 1-й Всероссийской научной конференции. – Иркутск: ИГЛУ, 2007.

19.   Сорокина Е.А. «Древнегерманский "длинный дом"» (к проблеме семантической реконструкции)" / Вестник Челябинского государственного университета. №20 (121), 2008.

20.   Чурсина И.С. «Развитие антропонимикона английского языка (морфонологический и социокультурный аспекты)» / Диссертация (электронный текст).

21.   Топорова Т.В. «Имя собственное как указатель ипостасно-персонажной преемственности» / Индоевропейское языкознание и классическая филология – VIII (чтения памяти И.М. Тронского) / Отв. редактор Н.Н. Казанский. СПб., 2004.

22.   Солопов А.И. «Индоевропейский корень bherĝh 'возвышенность' в италийской этнонимии и топонимии (frent(r)ani, fertor, ferentini, furfo, fregellae)» / Индоевропейское языкознание и классическая филология – VII (чтения памяти И.М. Тронского) / Отв. редактор Н.Н. Казанский. СПб., 2004.

23.  Р. Крегждис «Прусс. laucks 'поле', лат. cus 'священная роща, лес', арх. лат. cus 'свет, день' и др.» / Colloquia classica et Indo-Germanica – V / Отв. ред. Н.А. Бондарко, Н.Н. Казанский. СПб.: Наука, 2011. (Acta linguistica Petropolitana. Труды Института лингвистических исследований РАН / Отв. ред. Н.Н. Казанский. Т. VII. Ч. 1)

24.   Калыгин В.П. «Ирландские этнонимы на карте Птолемея: опыт мифологической интерпретации» / Статья (электронный текст).

25.  Цымбурский В.Л. «Латинский трилистник: 1. Причина и чудо: Индоевропейские связи лат. causa. 2. Форма и дхарма. 3. Дело о Пренестинской фибуле» / Colloquia Classica et Indo-Germanica – IV / Отв.ред. Н.Н. Казанский. СПб.: Наука, 2008. (Acta linguistica Petropolitana. Труды ИЛИ РАН. Т. IV. Ч. 1)

26.   Массимо Ливи Баччи «Демографическая история Европы» / Серия "Становление Европы" / Пер. с итал. А. Миролюбовой. – СПб.: Александрия, 2010.

27.   Арон Гуревич «Индивид и социум на средневековом Западе» / Серия "Становление Европы". – СПб.: «Александрия», 2009.

28.  Яйленко В.П. «Архаическая Греция и Ближний Восток». – М.: Наука. Главная редакция восточной литературы, 1990.

29.  «Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время» [монография] // Отв. ред. Т.П. Гусарова. – М.: КДУ, 2011.

 


[1] См. Приложение A.II "Дом Эорла": "Of the Kings of the Mark between Eorl and Théoden most is said of Helm Hammerhand" ("Из Королей Марки от Эорла до Теодена больше всего говорят о Хельме Молоторуком [Каменнопястом]").

Однако, кроме повествования о Долгой Зиме и примыкающей к нему вставки об отце Вулфа Фреки (эти события вместе охватывают всего четыре года), никаких иных сведений о днях этого монарха мы не имеем!

[2] В процессе работы над LotR (когда Дж.Р. размышлял над вопросом: "кто возвёл Медусельд?") мимоходом проступает ещё и имя Eofor. Но эта пометка об отце Эорла, очевидно, не имела развития – далее в черновиках Дж.Р. отца Эорла никак не называет.

[3] Довольно долго существует параллельный вариант, по которому "Winseld, the high house in Eodor" возвёл Эорл. Эта конкурирующая версия возникает почти одновременно с основной и так или иначе просуществовала до начала работы над Приложениями.

И, как и во многих других случаях, Дж.Р. отказавшись от какой-либо версии, не отбрасывает её совсем – впоследствии из этого варианта вырастает история Алдбурга.

[4] Собственно, наш герой и входит в повествование пока разворачивается история главы "Король Золотых Палат". Заметим, что в дальнейшем в рукописях появляются варианты в написании имени – Brego / Bregu, но на значении это не сказывается.

[5] Это происходит в ходе работы с главой "Смотр Рохана" – стадия Е.

[6] "Здесь лежит Балдор сын Брего, первый из наследников Золотого Зала, тот кто никогда не вернётся к нему. Он должен был лежать ныне под цветами симбельмине в Третьей Насыпи Марки…".

[7] То есть прочерченный пером поверх стёртого карандашного наброска. Записан в ходе работы над главой "Белый Всадник", а позднее перенесён в главу "Король Золотых Палат".

[8] Первый рукописный вариант – "Not long now shall the hall (which Brego son of Brytta built) stand" ("Недолго ныне зал (построенный Брего сыном Бритты) простоит").

Изданный текст – "Not long now shall stand the high hall which Brego son of Eorl built" ("Недолго ныне простоит высокий зал, который Брего сын Эорла возвёл").

[9] Ср. с хрестоматийным примером: "In a hole in the ground there lived a hobbit" ("Жил-был в норе под землей хоббит").

[10] См. Beow.: Sele hlifade heah ond horngeap – "здание возвышалось, высокое и заострённое в виде рога".

[11] Ср. Beow.: to þæs þe he winreced goldsele gumena gearwost wisse – "пока он дом для пиров, зал украшенный золотом для воинов не увидел".

[12] Заметим, что это наблюдение обнаруживает очередную параллель с англосаксонской культурой. Так слово ham в поэме Беовульф имеет форму множественного числа, а burh только единственного.

[13] Брего родился в 2512 году, то есть уже после переселения эотеод с Севера на равнины Каленардона.

[14] Ср. Beow.: "Hraþe s to bure Beowulf fetod sigoreadig secg… gang ða æfter flore fyrdwyrðe man mid his handscale" / "быстро в дом был призван Беовульф, победный воин,…шел по полу воин со своими товарищами, деревянная зала оглашалась (звуком шагов)".

[15] Однотипном дому Беора в Долине Андуина.

[16] Ср. с Bregon / Bregan(d) мифологическим персонажем мужского пола, предком ирландцев. Он основал в Испании город Brigantia, где построил башню с которой его потомок Ит увидел Ирландию.

[17] Ср. с схожим сдвигов в именованиях вестготских монархов: вначале – Rex Gothorum, позднее – Rex Hispaniae; или монархов Дании: вначале – Rex Danorum, позднее – Rex Daciae (дат. Danmarks konge).

[18] Позднее эта регалия преобразовалась в знамя.

[19] Отметим, что в соответствии с нуменорской традицией brego-stól Медусельда был вознесён на ступенчатое возвышение. Традиционное же использование этой регалии наглядно представлено в доме Беорна.

[20] Короткий чёрный посох с навершием из белой кости.

[21] Тонкий золотой обруч с белым алмазом.

[22] То есть представляет нам образец, так называемой, культуры Границы.

[23] Слово, реконструируемое из норфолкского топонима Эмнет.

[24] Подметим, что Дж.Р. в ходе работы над Appendix A.II "The House of Eorl" прорабатывал сужение топонима Каленардон. В машинописном тексте, следующем за третьим рукописным вариантом, Дар Кириона преподносится как: "Cirion ... gave Calenardhon, and Dor Haeron between Entwash and Isen, to Eorl and his people" ("Кирион… дал Каленардон и Дор Хаэрон (Дальний Край) [лежащий] между Энтовой Купелью и Исеной Эорлу и его народу").

В таковом делении проступает современное Кириону положение дел. Та местность, где всё ещё продолжали жить гондорцы, и где Наместник мог осуществлять свой суд – продолжали называть ланом Каленардон, а дальние земли занятые народами не признававшими власть Наместника получили обособленное название.

И, понятно, почему Дж.Р. в окончательном тексте не стал упоминать Дор Хаэрон; это как если бы в официальном документе о Санкт-Петербурге Невский проспект упоминался бы как Староневский и Невский.

[25] Причём всадники даже не показывались в верховьях реки Снежица – долине Дунхарроу.

Скорее всего, холм на котором впоследствии будет отстроен Эдорас, в то время был крайним западным форпостом королевства.

[26] См. Прим. 24.

[27] Любопытно, что Дж.Р. предполагал, что разъяснить этимологию древнеанглийского weald может связь с этимологией слова wild 'дикий'. И спустя многие годы он обыграет это своё суждение в LotR в словах Вилфары:

"Do you remember the Wild Man’s words, lord? … I live upon the open Wold in days of peace; … and to me also the air brings messages".

[28] См., например, в Beo. – "Bæd ðæt ge geworhton in bǽlstede beorh ðone heán".

[29] Отмечаемые Куном чередования f и b в начале слова в сходных корнях в топонимах, то есть топонимы с /f/ являются италийскими (ср. filg-), а с /b/ германскими (ср. belg-).

[30] Ср. умбр. rehte, но лат. recte.

[31] Ср. с ирландским этнонимом Briganti – являвшийся производным от теонима Brigit "возвышенная" (откуда совр. антропоним Brigitta/Brigida).

[32] Оксфордский словарь латинского языка приводит для лексемы lūcus значение 'священная роща, разделённая долиной'.

Причём следует отметить, что утверждение Топоровой о том, что религиозные обряды италийских племён совершались в светлой (разреженной) роще вступают в противоречие с высказываниями собственно латинских авторов. Так Сервий определяет значение слова как: "lucus est arbkrum multitude cum religione" ("священная роща представляет собой ритуально почитаемое скопление деревьев"); или конкретные указания: "in umbrosis Fauno decet immolare lucis" ("приносить в жертву Фавну надлежит в тенистых рощах") или "Silani lucus extra murumst est avius crebro salicto oppletus" ("непроходимая священная роща Силана, густо заросшая ивами, находится за (городской) стеной).

[33] Отметим, что эти цветы, именуемые всадниками симбельмине, впоследствии проросли на королевских курганах у Эдораса.

[34] Это гондорский топоним. Эорлинги же дали этому месту имя firgen­holt 'роща на горе' (др.-англ. holt передаёт лат. lūcus), но позднее называли firgen­wudu 'горный лес'; а на вестроне этот дримоним произносили как Firien Wood (разумеется, мы помним, что то и другое является переводом).

Имея в виду то, что германские когнаты: др.-англ. firgen (вар. fyrgen) 'гора, гора покрытая лесом', церк.-гот. faírguni 'гора, горный хребет', двн. топоним Fergunna, Firgunnea "Рудные и Сосновые горы" – восходят к о/г лексеме *fergwnijan заимствование из кельт. *perkwniā, возводимого к и.-е. *perkwu-s 'дуб'. Обратим внимание на такой кельтский топоним как *Perkuniā известный нам в греческом написании как – ρκύνιος δρυμός – и в латинском как – Неrсуniа silva – под коим скрывается тот самый Мирквуд "древних германских легенд и географии". Разумеется, историческая память всадников не проникала столь далеко в прошлое, дабы отобразить былое единство Великого Леса. Но, мне представляется интересным, что они обнаружили и выразили сродство этих лесных массивов.

Подчеркнём также, значение и.-е. корня *perkw- 'дуб', 'дерево', 'горный лес'. Кстати, более ранней формой корня был *kwerkw-: см. лат. quercus 'дуб', венет. Quarquēni букв. 'дубовники', кельт. Querquerni (в пров. Тарраконская Испания). См. главу The Ride of the Rohirrim: "where to their right great oakwoods climbed on the skirts of the hills under the shades of dark Halifirien by the borders of Gondor" ("где справа от них громадина дубравы поднималась по склонам холмов под сенью тёмного Халифириена у границ Гондора").

Младшая же форма и.-е. корня породила впечатляющее количество теонимов громовержцев: др.-инд. Parjánya 'бог грома и дождя', лит. Perkūnas, лтш. Perkons 'громовержец', алб. Perëndi 'Бог неба (владеющий ветвящимся оружием)', ди. Fjörgyn 'отец бога грома Тора'. Собственно и возникновение и.-е. наименования 'дуба' увязывается с наблюдением о притягивании этим деревом молний. Что подводит нас к индоевропейскому культу Громовержца соединенному с дубовой рощей на вершине горы.

[35] Гондорский топоним, который эорлинги перевели на своё наречие – речка Меринг "Граничная".

В первом законченном варианте песни "From dark Dunharrow in the dim morning" Пограничный ручей (Mering Stream) появляется под именем Фириенлод (Firienlode), т.е. firgen­flōt 'горный поток' – при наличии трёх и более согласных звуков на стыке двух композитов сложного имени согласный f мог выпадать. И глядя на комплекс имён: hálig-firgen, firgen-dœl, firgen-wudu – можно сказать, что некогда эта речка действительно носила это имя, но к концу Третьей Эпохи её перестали так называть.

То есть мы приводим ещё один пример того, что не всегда "окончательный вариант имени полностью отменяет предшествующий".

[36] Ср. с прозвищем Voronda/Voronwë разделяемым Элендилем и Мардилем.

Широко известным примером таковой семантической передвижки – прозвище > имя > титул – может послужить история когномена (прозвища) рода Юлиев – Цезарь – который наследники Гая Юлия вначале стали использовать как имя, а позднее он превращается в титул.

[37] Любопытно, что в черновиках Дж.Р. то склоняется к южно-диалектному (уэссекскому) начертанию имени Bealdor, то к центрально-диалектному (мерсийскому) Baldor. Разумеется, в изданном тексте возобладал язык королевства Marc – см. также замечания по этому поводу сделанные Томом А. Шиппи.

[38] См. Прим. 37.

[39] Возможно, что современный носитель языка способен воспринять эту сему

[40] UT: "… who had driven out the last of the Dunlendings and even raided their lands in Enedwaith by way of reprisal…" ("… изгнавшего последних дунлендингов и даже устраивавшего набеги на их земли в Энедвайте в качестве ответного удара…").

[41] Обычно этимологию имени Эовор возводят к др.-англ. eofor 'кабан, боров'; см. также исл. поэтизм jöfurr 'вождь, князь'.

[42] Дж.Р. вообще-то склонен к употреблению этого приёма; ср. с Gamling The Old – Старичина Старый.

[43] "…года от Эорла Юного до Теодена Старого…".

[44] "… [в] Рохане были мир и процветание…".

[45] Так, при основании колонии в Кирене в течение более 50 лет, прошедших со времени её основания – "населявших страну киренян было столько же, сколько человек с самого начала выселилось в колонию". Аналогичное явление в Новое время имело место при освоении греками Приазовья. Из Крыма в 1778 году их вышло примерно 30 тыс. человек, но до Приазовья, по оценке, добралось только 1/3. В 1817 году здесь насчитывалось 11 тыс. греков.

[46] Не стоит забывать, что wold простирался и за Андуин в Бурые Земли (The Brown Lands).

[47] С которым Дж.Р. был так печально знаком.

[48] Об этом событии нам повествует Эовин. Но, здесь имеется определённая трудность – данная ремарка остаётся только в черновиках. И возникает вопрос о том: следует ли нам принимать эту информацию?

С моей точки зрения она не вносит никаких противоречий в то, что мы знаем об истории всадников и их менталитете. Но более чем моё мнение показательна история о том, как эта речь Эовин исчезает из изданного текста и что в нём в итоге остаётся.

Повествование о событии появляется в виде совета, который даёт Эовин своему Королю на пире в честь победы у Хельмовой Пади и тризне по павшим. Вся эта линия зарождается в ходе работы над одной из стадий развития главы "Смотр Рохана", которую Кристофер обозначил литерой E. На этой стадии Дж.Р. ещё не видит историю похода Серой Дружины; а Арагорн со товарищи сопровождает Короля в его походе через горы к Дунхарроу. Однако, введение в мифопоэтическую модель Средиземья линии Серой Дружины вносит значительные коррективы и в ситуацию когда Эовин могла произнести эти слова. Так вместо одного события – пира/тризны в Дунхарге – возникают три разных события: два ужина и один совет (то есть witenagemoot). Причём первый ужин, где действуют Арагорн и Эовин, это новое событие и оно с одной стороны зеркально повторяет разговор прозвучавший за день до того в Хорнбурге между Эомером и Арагорном, а с другой стороны прокладывает путь к Залам Исцеления в Минас-Тирите. Второй ужин довольно близко следует линии, проложенной в первых набросках; но Эовин промолчит и не скажет о временах Брего. Однако, последующие события покажут что в это время она уже приняла решение о том, что будет инкогнито сопровождать брата матери с эоредом Эльфхельма. То есть, разговор между Теоденом и племянницей о том, что она хочет следовать за своим королём, уже состоялся; и, следовательно, аргумент о Брего уже должен был прозвучать… Но, разговор это мог произойти лишь во время уитанагемута, который первым делом (до отдыха) созвал Теоден прибыв в Дунхарроу. На нём должны были присутствовать: сам Король, его военачальники (маршалы, капитаны), родовая аристократия (которую, например, представлял Дунхар вождь долины Харроудейл) и гезиты и тэны Двора (то есть, от гезитов точно должны были присутствовать Деорвине и Гутлаф, а от тэнов – Эовин, как кравчая). Однако, Мери – от лица коего мы и узнаем о происходящих событиях – там отсутствовал и совет Эовин остаётся в черновиках.

Любопытно, взглянуть и на Приложение A.II "Дом Эорла" в коем мы можем найти отблеск исследуемой линии из маргиналий к списку Королей Марки. Однако, никакой конкретики здесь мы не найдём и это – "напоминает созерцание издали древних развалин, когда видны лишь общие очертания, контуры ясны, детали же лишь отвлекают от главного, и это, бесспорно, усиливает впечатление суровой простоты, которого автор, очевидно, и добивался".

[49] Кроме предков дунледингов на западных землях Марки обретались ещё и племена друэдайн.

[50] Та же Мерсия, в которой видят прообраз Марки – это пограничье кимвров и англов.

[51] См. в Таблицу – именно в это время у Алдора рождаются три дщери; причём его брачное поведение соответствует традиционному, докризисному. В то же время, следует отметить, что его старший брат – Балдор – всё ещё придерживается кризисных брачных обычаев.

Интересно, что судя по временным интервалам у Алдора должны были появиться на свет близнецы.

[52] Усреднённое значение за длительный период.

Поразительно, что скорость развития населения Марки очень хорошо отвечает традиционному типу воспроизводства, господствовавшему до начала промышленной революции, и характерному для Европы в Средние века и Новое время – то есть от 2 до 3 промилле, что обеспечивало удвоение численности населения за 2 или 3 века.

[53] "In his time the Rohirrim increased…" ("В его дни [народ] рохиррим увеличился…").

[54] То есть, отмеченный отсутствием удачи. Ср. с названием мемориала Турина и Ниэнор – Stone of the Hapless.

[55] А Бальдор, заметим, сам отдал себя в руки судьбы, заинтересовавшись: "And when will that time be?" ("И когда то время грядёт?").

[56] Как же можно обойтись без Сигурда?!

[57] "Уловка" исходит из предположения, будто в действительности скандинавская литература является английской: во-первых, потому что оба эти языка, и обе культурные традиции являются родственными с точки зрения филологии; а, во-вторых, потому что когда-то в отдельных районах Англии, включая Лидс, коренные жители разговаривали на скандинавском так же естественно, как и на английском.

[58] Первичное значение слова.

[59] Обратившись к кельтским параллелям, мы обнаруживаем: богиню Бригит покровительствующую поэтам; а так же др.-ирл. лексему bricht 'чары, заклинание'.

[60] Восприятие северянами Рованиона хозяйственного уклада насельников долины Андуин послужило также и первым шагом в изменении языка народа.

[61] Так охотники и собиратели фородвайт, приспособившись к добыванию пропитания в море, стали предками нового этноса лоссот.

[62] Собственно, те северяне что бежали за реку Келдуин и в Гондор так и поступили. Именно их потомки пали от нашествия балхот в дни Наместника Кириона.

[63] Кстати, обратим внимание на гористый характер ager Frentānus, и на семантическую мотивировку имени кельтской богини Бригит, которую следует воспринимать не фигурально – 'высокая, возвышенная' (то есть 'великая'), а буквально – 'связанная с возвышенностью'.

[64] Любопытно, что и Бригит в своей поздней ипостаси святой связывается с опьяняющим напитком. И, нельзя исключать, что и эту черту святая унаследовала от своей предшественницы.

[65] Вспомним, что Эорл был весьма искусным поэтом.

[66] Ср. с замечанием Т. Шиппи о том, что: "истоки образа всадников не столько в истории, сколько в поэзии, ибо вся их культура основана на песне".

[67] Meduseld – поэт. 'чертог, в котором пируют', букв. 'дом мёда [напитка]'.

Любопытны, колебания Дж.Р. в именовании тронного зала Золотых Палат. Неразборчиво записанное название почти сразу сменяется на Meodarn / Meduarn, после которого в тексты надолго входит имя Winseld, и, наконец, вновь возвращается к семе "медового зала".

[68] Слово обет (vow) Дж.Р. использует в LotR достаточно редко – всего 6-ть раз – и всего освещается три обета и, что характерно, все они оказываются связаны с эорлингами: Eorl vowed, Baldor vowed и Folca vowed.

Др.-англ. существительное vou почерпнуто из латинского источника, от глагола vŏveo 'клянусь'. Предполагается, что лат. vŏveo происходит от греч. глагола βεβαιώ; однако, полагаю, что они являются когнатами – то есть оба восходят к и.-е. h1ewegwh- 'говорить торжественно'. П. Схрейвер высказал сильную гипотезу, что все случаи, когда в латыни перед гласным налицо сочетание -ov- с этимологическим лабиальльным следует рассматривать как рефлекс древнего -ĕv- (этимологическое -ŏv- перед гласным уже в пралатинском всегда давало -av-, за исключением позиции после H3).

Знаменательно то, что в тексте обозначается позиция Мудрых по отношению к обетам. Нет!, – не говорится о том, что приносить обеты плохо; но, и Элронд, и Фарамир оба советуют воздержаться от того чтобы их давать – потому что они оба выступают за то, что их необходимо выполнять.

Тут интересно вот ещё что, взгляд Фарамира (выражающего гондорскую точку зрения) несколько поверхностен – для него обет ассоциируется с хвастовством. Видимо, такая точка зрения сложилась в Гондоре благодаря поверхностному взгляду на культуру рохиррим, которой присуще давать обеты, как и вообще для северных культур Средиземья, причём это вполне может приобретать и гротескные черты. Элронд смотрит глубже, и он замечает, что в процессе его исполнения можно не только погибнуть, но и обет может сокрушить человека.

[69] Ср. с путём Одина проникающего в гору – воспринимаемым как путешествие в иной мир.

Но, также помним и о том, что Бальдор вступает на путь, предназначенный Арагорну, как прообразу Христа. Что подводит нас к дискуссии, возникшей между Толкином, Льюисом и Дайсоном, в ходе которой Льюис обратился к христианству!

[70] Заметим, что у Брего было ещё два сына и, по крайней мере, трое внучек.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz