Бронвег. Власть в Нуменоре

См. также:

Бронвег. Вооружение нуменорцев.

Одна Змея, Кеменкири. «Записки клуба мнений» как автобиографическое и антибиографическое произведение

Артем Крюков. О мотетах Средиземья.



1. Концепция власти

Известно, что нуменорская цивилизация уникальна. Она не знала феодализма в западноевропейском варианте, хотя отдельные элементы наблюдаются, что, впрочем, естественно для творчества «западного» автора. Не было в Нуменоре и псевдо-народовластия в римско-республиканском варианте. Больше всего власть нуменорских монархов похожа на власть византийских базилевсов; но скорее по форме, чем по содержанию. В Византии существовал институт священства и развитая христианская философия, на основании которой были возведены все общественные институты, — у Нуменора всего этого не было. Как мы увидим, нуменорцы совершенно по-другому обосновывали легитимность своих монархов и сакральность их правления.

Прежде всего нужно отметить, что в наших исследованиях мы не можем в полной мере опираться на исторические аналоги. Это, впрочем, неудивительно: известная нам земная история, например, не знает народа, в котором высокие стандарты морали воспринимаются как нечто естественное. Наоборот, чем могущественнее государство, тем, как правило, в нем больше проблем морального и нравственного характера. Все великие империи (включая Россию) упрочены на реках крови; не зря Библия описывает великие государства в образе хищных зверей.

Однако в Нуменоре жили все-таки люди (пусть и не совсем обычные), и эти люди имели собственный институт власти. Пусть нам мало известно о нем, мы можем анализировать и сопоставлять его особенности с нашими, европейскими.

 

1.1

Власть в Нуменоре имеет прямые аналоги с древнеближневосточной по сути этической моделью, позднее унаследованной в той или иной степени европейскими народами: «использование власти имеет цель победить зло» (А. Паглиаро, А. Гийу). Опорной точкой для данной модели служит понятие о наличии Бога (богов), активно борющегося со злом. На этом принципе основано право Божественной инвеституры (предоставления властных полномочий отдельным людям или родам), что отличает эту модель от, скажем, модели конфуцианского Китая, с философией «хаоса» и «порядка». Инвеститура также не присуща древнему Риму, полисному, по сути дела, государству (Ж. Ле Гофф, А. Петрушевский). Именно поэтому городская псевдодемократическая цивилизация Рима не может быть взята за отправную точку для исследования Нуменора. Хотя поздний Рим воспринял ближневосточное понятие об инвеституре, он не смог (или не успел) органично вписать это понятие в собственную систему власти. Полностью оно было реализовано только в Средние века, хотя принимало разнообразные формы.

Реализация идеи Божественной инвеституры в Европе была весьма различной. В качестве примера ниже мы рассмотрим разницу между восточноевропейскими государствами (Византией) и западноевропейскими (германскими королевствами) в Средние века.

Отличительным признаком Божественной инвеституры служит иерархичность общества, сложность и качество которого различаются, в зависимости от модели реализации.

Суть власти в Нуменоре также в полной мере основана на понятии Божественной инвеституры. В основе ее лежат те же принципы, что и в авторитарно-аристократических теистических обществах Европы и Ближнего Востока в эпоху Средних веков.

 

1.2

Власть нуменорских правителей основана на благословении Валар, данном конкретному роду — Эльросу и его потомкам. Короли Нуменора — истинные, полноценные (обладающие ни в одном аспекте не ущербной властью) правители.

 

1.3

Кроме аспекта божественного происхождения власти следует отметить еще один: власть у нуменорцев, как и у других архаичных народов изначально основывалась на выборе вождя народом; иначе говоря, на принципе «делегировании власти». Речь идет о доверии полномочий правления определенным людям или родам, с правом передачи ее по наследству. В этом отношении модели власти у нуменорцев и рохиррим, как родственных народов, происходящих от эдайн, имеют общие корни.

Но в Нуменоре с самого начала его существования модель власти претерпела кардинальные изменения. Власть нуменорских монархов, получивших прямое благословение свыше, стала носить сакральный характер, в то время как короли заменили вождей у северян только через четыре с половиной тысячелетия; да и то, вероятно, не без влияния нуменорцев. Но даже и тогда они не претендовали на священство, и род роханского короля Теодена, по словам Гэндальфа, считался ниже, чем род гондорского наместника Дэнетора.

 

2. Модели власти

Рассмотрим модели власти в исторической Европе и сравним с ними то, что нам известно о нуменорцах:

 

2.1

На востоке Европы инвеститура была объединена с римским «выборным» институтом, когда представители народа — сенаторы избирали правителя. В основе такого подхода лежит весьма рациональное мышление (практическое, выгодное для всех «строительство общества» чуть ли не современном смысле), а также чрезвычайно почтительное отношение к традиции, характерное для Рима. Республиканский принцип «делегирования власти народом», имеющий основания в полисной магистратуре, оказался столь живуч, что с ним приходилось считаться даже императорам, власть которых со временем приняла монархический характер. Все это унаследовала Византия, только в несколько иной форме. «Выборы» при вступлении нового императора на престол Сенатом и армией, были весьма условными; их можно скорее охарактеризовать, как провозглашение, признание. Такой порядок был данью античной традиции и устраивал всех.

Но в Византии Император сам назначал себе преемника. Власть не передавалась безусловно к самому старшему представителю рода. Византийцы сознательно отказывались от предоставления прав выбора правителя народу («на трон может взойти худший из кандидатов, потому, что народ не умеет выбирать»), не могла с их точки зрения быть решающей и линия родства («власть могут получить люди, к ней неспособные, так и попросту невежественные» — однако Император, конечно же, мог назначить себе преемника из числа своих сыновей). Только Император, Божией милостью носитель благодати, может правильно назначить себе преемника (теоретически любого свободного человека в империи). Выбор Императора не может быть ошибочен, ибо Бог, возводя на престол того или иного человека, не ошибается.

Все это отменяло необходимость в жесткой феодальной лестнице, бытовавшей на Западе. Все общество ориентировано на верховного правителя и сконцентрировано вокруг него. Поскольку правитель не может физически присутствовать везде, он волен передать часть своей власти одаренным, знатным или талантливым людям. Таким образом, должность в Византии оказалась более высокой ценностью, чем наследный титул. Родовая знать в Византии существовала и пользовалась большим уважением (в частности, знатные люди были первыми кандидатами на имперские должности), но не имела того значения, что на Западе.

Принцип императорской власти предполагал наличие верховного светского правителя над всеми народами, и это находило подтверждение в глазах самих византийцев, во многом за счет культурного и военного превосходства Византии над соседями. Однако реально интересы императора сосредотачивались больше на правлении и организации народов, живших внутри империи, чем на завоевании новых земель.

Византийский Император являлся также и первосвященником, несмотря на наличие Церкви, благодаря чему появилась возможность введения единой государственной религии. Однако эта же особенность периодически вызывала неустроения в государстве, когдасталкивались светские и религиозные интересы.

По византийской модели Император, разумеется, может быть дурным человеком, может и пасть, но его власть имеет божественное происхождение, и только Бог ему господин, человеческий суд над ним не властен. Поэтому получалась достаточно стабильная (монархическая), но и гибкая (ориентированная на любого способного человека, т.к. теоретически любой человек мог быть Божьим избранником) система.

Все это позволило сохранить единство огромного многонационального государства в течение тысячи лет, что является уникальным случаем в европейской истории.

 

2.2

В Западной Европе также был распространен принцип Божественной инвеституры; однако реализован он был иначе, чем на Востоке. Общество здесь было весьма сильно иерархизировано, имелась многоуровневая жесткая система власти. На ее вершине были короли (позже — императоры), затем шли герцоги, графы, мелкие бароны и рыцари — от более крупного к более мелкому. Любой правитель мог с уверенностью сказать, на какой ступени феодальной лестницы он находится.

Связана эта модель с тем, что в основу организации власти на Западе легли больше германские, а не античные понятия, по которым за людьми того или иного рода признавалось определенное право и удача, основанная на покровительстве богов. Только представитель избранного рода был законным правителем. Это привело к раздробленности, так как избранные роды были у каждого из многочисленных германских народов. Именно это обстоятельство не позволило потомкам германцев полноценно реставрировать Западную Римскую империю. Сильные централизованные монархии формируются на Западе только к концу Средневековья на почве национальных интересов.

На Западе земля являлась чуть ли не единственной стабильной ценностью и поэтому ценилась гораздо больше, чем на Востоке, где земля рассматривалась лишь как один из многочисленных источников дохода. Поэтому светская инвеститура (вручение власти сюзереном вассалу) стала во многом завязана на земельные владения. Такая форма инвеституры стала причиной потрясающей раздробленности (и, как следствие, — разобщенности) западных государств, объединение которых осуществлялось, по сути только за счет религии. Несмотря на то, что во главе Западной Империи стояли подчас очень способные правители, она так и не смогла стать единой многонациональной державой.

То, что западная система была в большей степени феодальной, чем восточная, что в ней преобладала жесткая иерархия, подчиненность вассалов сюзеренам — это в свое время позволило выделиться дворянскому сословию в своего рода касту.

 

2.3

В Нуменоре Божественная инвеститура приобрела свое, уникальное значение, не имеющее аналогов в земной истории. Существует единый монарх — Король, его власть священна и нерушима. Поскольку он Божий избранник (посредством прямого благословения Валар, которые правят Ардой от лица Единого), его личность и выбор (воля монарха) неприкосновенны, даже в том случае, когда он нарушает традицию ( Тар-Алдарион, Ар-Фаразон) или нравственные законы (Ар-Фаразон и Тар-Мириэль).

Сакральный характер власти выражен в определении нуменорских монархов как «королей-священников» (Письмо 156). Их власть имеет безусловное преимущество перед прочими людскими королями (см. статью Азрафель « Валар нам дали над низшими власть…») — примерно в той же степени, как власть римского Императора почиталась выше власти германских королей. Те относились к римским императорам с большим почтением, даже когда воевали с ними. Так, Одоакр, низложивший последнего Императора Запада, Ромула Августула, не присвоил себе его регалии, а отправил их византийскому Императору.

Типично византийское, восточное восприятие власти воплощено, например, в Арагорне, в образе «незнакомца, посланника от Бога». Оно значительно облегчило гондорцам признание чужеземца своим Королем. В текстах встречаются и другие параллели с условным признанием Императора народом, например, в сцене признания Элессара гондорцами: «“Признаете ли вы его своим Королем? Войдет ли он в этот Город, дабы остаться здесь навсегда?” Войско и горожане в один голос закричали: “Да!”» — и после этого комментарий Иорэт: «это просто полагается так говорить… все уже известно заранее».

Вместе с тем, кардинальным отличием от византийской модели является наследование верховной власти (и сопутствующей ей благодати) в одном определенном роду (роду Эльроса; а в Королевствах в Изгнании — в роду Элендиля), совершенно в «западном» стиле. Но это отличие легко объяснимо двумя важными факторами. Во-первых, в Арде, в отличие от Византии, нет христианского Откровения, соответственно и учения о Божьем Промысле. Есть только надежда, упование — « эстель». Во-вторых, жители Нуменора — потомки людей Севера, живших родоплеменным строем и не знавших городов-полисов. Здесь важно отметить, что понятие о власти, передающейся по наследству — эта типичная черта общества германцев и славян, — досталась нуменорцам естественным путем.

В отличие от полумифического, легендарного происхождения власти ранних германских королей род Эльроса был благословлен на царство в силу объективных причин. Во-первых, Эльрос — Эльфинит, потомок падших людей и благих эльфов, и в его лице (а также в лице его потомков) людская природа пусть и не исцелена, но обновлена. Во-вторых, на этом роде почиет благословение Валар, так как его основатели были всегда верны им и всегда противостояли Врагу. Говоря иначе, это бескомпромиссное противостояние Злу и было конкретной реализацией программы «использование власти имеет цель победить зло», что было более чем по достоинству вознаграждено Валар, давшими людям их первых Королей.

Таким образом, власть нуменорских монархов имеет свою собственную, уникальную природу. Будучи основана на принципе Божественной инвеституры, она объединяет в себе обе ее формы: и сакральную власть Божьего избранника и наследника избранного рода.

 

2.4

Интересен вопрос формы власти в Королевствах в Изгнании. Арнор и Гондор шли каждый своим путем. Управление Королевством Элендила было разделено Исильдуром (завещавшим правление Гондором роду Анариона). В этом отношении они чрезвычайно напоминают историю Римской Империи, которая для удобства управления была также разделена на Западную и Восточную. Однако Исильдур не разделил государство на два независимых королевства. Первенствующим доменом изначально считался Арнор, что отразилось на его названии («Королевская земля»). Однако, Арнор со временем ослабел, и это впоследствии породило разногласия. Арнорцы справедливо считали, что их короли как Верховные Короли дунэдайн могут претендовать на власть над Гондором, гондорцы полагали, что Исильдур передал власть над Гондором роду Анариона и это решение нельзя оспаривать. Именно эта передача стала причиной отказа гондорских дунэдайн от воссоединения королевств под короной арнорских правителей (более высоких по роду, но потерявших земли и силы).

 

2.4.1.

Арнор уже в 861 году был разделен на три части из-за «несогласия сыновей» ушедшего Короля. Сам по себе замечательный момент, учитывая, что ни в Нуменоре, ни в Гондоре такого типично феодального раздела земли мы не встретим за всю 6400-летнюю (!) историю нуменорских королевств (известно, что у Королей бывало несколько детей). В земной истории раздел имеет многочисленные аналоги; самый подходящий — раздел Западной Римской Империи на три части между сыновьями Карла Великого и др. Остается титул Верховного Короля, который, однако, со временем нивелируется до простого титула, «первенства чести».

Очевидно, раздел земли между потомками умершего Короля в Нуменоре был неизвестен. Как произошла перемена отношения к вопросам о власти — не вполне ясно; она могла теоретически зависеть от следующих факторов:

а) Арнорцы могли испытывать влияние феодализма от эльфов Линдона (из текстов можно заключить, что у западных эльфов он наличествовал в полной мере).

б) Арнор был значительно менее населенным и богатым краем, чем Гондор; отсюда возникновение «западноевропейского» отношения к земле, как к высшей материальной ценности.

в) Владыки одного из разделенных княжеств — Артэдайна продолжали считать себя верховными правителями Арнора и после гибели нуменорских династий в двух прочих княжествах заявили права на них. Отсюда можно сделать вывод, что раздел государства был совершен при определенных условиях, сходных с разделом единого нуменорского государства на Арнор и Гондор. Во всяком случае, первоверховенство артэдайнских королей оговаривалось.

В любом случае, такое разделение власти очевидно привело к слабости королевств. Так, причиной, по которой Король-чародей избрал для атаки Арнор, называется именно «упование на разъединенность дунэдайн Арнора, ибо Гондор был еще силен в те времена».


2.4.2.

Гондор также претерпел определенную феодализацию отношений: это можно заключить из типичных понятий, упоминающихся в текстах, например: «фьеф», «сюзерен», «вассал». Но вид этих отношений по факту значительно отличается от западноевропейского варианта.

Гондор на протяжении 3019 лет оставался единым и сильным государством. Власть в нем на протяжении всего этого периода оставалась централизованной, даже после гибели королевского рода. Возникли лишь институты регентства и королевских наместников, но число людей, замещающих Короля никогда не превышало одного.

В Гондоре лишь однажды произошла гражданская война; однако ее причиной было не разделение государства на несколько частей и даже не одновременные притязания двух наследников престола, а вопрос о легитимности (законности) нового монарха в силу конкретного исторического прецедента (сын Короля был лишь наполовину нуменорцем). Сами представления о природе монархической власти и законности правления рода Анариона не изменились. Эта война не была феодальной, так как в основе ее лежал не территориальный спор феодалов, а расхождение в идеях. Здесь уместно привести сравнение с борьбой между «истинной» и «еретической» церквями или разделением папства во времена « авиньонского пленения».

Упадок Гондора вызван скорее духовными причинами, чем феодальным размежеванием. Среди них отмечены страх смерти, аскетизм позднеримского образца, сугубая ориентация на прошлое (это видно из слов Фарамира).

 

2.5.

У прочих людских народов Арды (имеются в виду свободные народы младших людей: северяне и рохиррим, например), были и другие модели реализации власти, но ни один из них не основан на Божественной инвеституре. Власть правителя или рода зиждется на множестве факторов: на удаче, как знаке покровительства богов, на личных, в том числе и нравственных, качествах и традиции. Однако Божественной инвеституры в нуменорском смысле мы у младших народов не встречаем. Их собственные короли не были прямо благословлены валар, а избраны народом. Именно поэтому рохиррим, как и их предки, относились с таким уважением к власти нуменорских Королей.

В частности, после гибели правящего рода или при большом бедствии, младшие народы всегда могли избирать себе нового правителя (так, Теоден приказывает роханцам, в случае его гибели избрать нового короля). Таким образом, роханские короли отличаются от нуменорских — власть последних в случае гибели их рода невозобновима по причине утери эльфийской крови. Именно поэтому Дэнетор отвечал Боромиру на вопрос, почему он, будучи наместником и обладая всеми королевскими полномочиями, не объявит себя Королем (заметим, что в Гондоре уже 1.000 лет не было Короля), так: «В землях, где род правителей не столь высок, достаточно и одного поколения; для Гондора и десяти тысяч лет будет недостаточно».

 

3. О том, как реализовывалась модель нуменорской власти на практике:

3.1

«Императорская доктрина была основанием политического и административного управления империей. Поставленный Богом во главе государства, император был живым законом, его воля не могла быть ограничена, она простиралась на всех и вся... все были его подданными и слугами...»(А. Гийу).

Эта византийская модель как нельзя более подходит к описанию проявления власти монарха в Нуменоре. Власть эта имела сакральный характер, и, на первый взгляд, ничем не была ограничена. В самом деле: известно, что Короли Нуменора назначали и смещали лордов, самолично шли против мнения Великого Совета и даже против общественного мнения. Более того: Короли изменяли и даже нарушали законы и традиции по своему усмотрению (но не всегда: так, Ар-Гимильзор был вынужден передать власть нелюбимому сыну «вследствие законов» — то есть ограничивающие факторы все же были). Подобная власть может стать тиранической; в Нуменоре в итоге она к тому и пришла.

Нам, жителям как-бы-демократических обществ, трудно представить, как можно добровольно подчиняться абсолютному правителю, особенно при виде множества развращенных властью людей. Однако все встанет на свои места, если представить, что в Арде невидимо действует такая сила, как благодать. В нашем случае эта благодать исходит от Эру и Валар. Без нее корабли Элендиля были бы затянуты в Великое Море вслед за Островом. Благодать не всегда действует явно; она может проявляться в таких «случайностях», как падение Голлума с Кольцом в Ородруин или во внезапной смене ветра, разогнавшего мордорские дымы на Пеленнорских полях.

Нуменорцы представление о благодати и высшем промысле имели. «В этом деле участвуют такие силы, с которыми нам не потягаться» — возражает Арагорн на полушутливое предложение Мериадока связать Фродо, чтобы тот не оставил отряд Хранителей по собственной воле.

Судить и оспаривать решения монарха могут только те, от кого он получил власть (иное дело, что суд, например, может откладываться). Даже Валар не считали для себя возможным судить нуменорцев, поэтому, когда те напали на Валинор, Валар воззвали к Единому. Единый и совершил суд, отняв у Королей и их народа дарованную им землю. Отделение и спасение Верных — также часть этого суда, через который был явлен высший промысел.

Люди Нуменора жили именно в таком мире и с такими представлениями о власти, хотя и они могли со временем затуманиваться и искажаться. Нам трудно представить себе людей, которые радовались бы, что их земля отдана в управление лорду весьма благородного рода; в глазах у нас многочисленные исторические примеры нравственного падения монархов. Но у нуменорцев был пример добрых Королей, мудро правящих страной, отрекающихся от власти задолго до смерти, уходящих из жизни по собственной воле. Можно уверенно предположить, что высокие нравственные качества были присущи и лордам.

 

3.2

Чтобы разобраться в том, как действовала власть монарха, нам нужно отделить понятия личной воли правителя от его монаршего решения. Личная воля присуща ему, как любому иному человеку и его выбор может быть не самым лучшим. Но благодаря освящению свой власти, Король имеет благодать, помогающую ему, как законному правителю, принимать лучшие решения. С мнением Короля можно не соглашаться, пока оно не стало принятым решением, постановлением, законом. На мнение Короля могут попытаться повлиять, но оспорить его решение никто не вправе — это означает идти и против выбора народа и против выбора богов.

Король, руководствуясь своими личными соображениями, может принять худшее решение; но оно останется законным. Если Король идет против божеских и человеческих установлений, его будет судить Бог.

Для того , чтобы помочь Королю принять лучшее решение, разбираться в ситуации, видеть ее объективно и целиком, ему необходимы советники, которые предоставят ему эту возможность, равно как и свое видение решения. Именно поэтому при нуменорских Королях и Королевах был государственный совет. В него входили: наследник Короля, некоторые лорды, выборные представители от провинций, а также приглашенные Королем или Советом эксперты по частным вопросам.

Итак, кроме высших начал, на выбор монарха могут влиять: Великий Совет, традиции, законы, а также общественное мнение.

Хотя власть нуменорского монарха и не имела ограничений, он руководствовался в принятии решений следующими соображениями. Во-первых, это личные нравственные качества любого нуменорца, которые в ранний период были чрезвычайно высоки, а в позднем — перестали быть таковыми лишь отчасти. Из текстов видно, что «развращенность» нуменорцев проявлялась в виде гордыни, желания продлить жизнь или обрести бессмертие, алчности до богатств и власти, а также жестокости к младшим народам. При этом по сравнению с поздним Римом нравственность нуменорцев была на недосягаемом уровне, если, конечно, не предполагать, что Профессор о чем-то «умалчивает». Во-вторых, это общественное мнение и мнение советников — мудрых людей, разбирающихся в вопросе. В третьих, это традиция, в которой Короли были весьма сведущи — принятые ранее законы и способы решения сложных вопросов, а также существующие обычаи играли значительную роль у нуменорцев. Наконец, общественное мнение нуменорцев как благого и мудрого народа Король не мог обойти вниманием.

Решения, принятые Королем или Советом, касались, как правило, событий, важных для жизни всего Королевства, и влияли на судьбу каждого его жителя.

Для разбирательства частных вопросов, или управления провинциями, или государственными службами Король мог принимать решения самолично или передать любому жителю страны, по своему усмотрению, часть своих полномочий. Так возникали должности, которые могли быть наследными (яркий пример — род Наместников Гондора). Фактически в нуменорских королевствах сложно отличить чин или должность от титула — настолько эти понятия сильно связаны. Следует просто иметь в виду, что вассалитет, по-видимому, не был жестко связан с земельными владениями.

Принявший часть власти Короля обладает всеми полномочиями во вверенной ему области: будь то управление Королевством или портом. Ему оказывается большой почет: ведь он представитель Короля, и нанести ему урон или оскорбление — значит нанести их самому Королю. Как правило, Король назначал небольшое количество людей на ключевые должности, предоставляя им самим подбирать верных и талантливых людей на подчиненные им посты. Их решения по значимости приравнивались к королевским.

Изначально в Нуменоре существовал, а в некоторых провинциях и колониях сохранился и в поздние времена архаичный обычай народного собрания, которое самостоятельно решало местные вопросы. Для этого им не нужно было обращаться к Королю. Обращение производилось только в исключительных случаях; когда собрание провинции не могло само решить проблему или в случае апелляции одной из спорящих сторон. В таком случае Король самолично решал вопрос, хотя, естественно, на это требовалось некоторое время.

Точно так же дело обстояло и в армии: Король, будучи главнокомандующим, мог самолично вести полки в бой; мог однако, предоставить это право какому-либо из своих полководцев ( Тар-Тэльпэриэн и Тар-Минастир).


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz