Туилиндо. Роль личности в истории — точнее, личности редактора в истории создания «Сильмариллиона» («Плавание Эарендиля»: текстологическая история последней главы «Сильмариллиона»). 2010

См. также:

Туилиндо. "О Кольцах Власти" (история текста)

Кеменкири. Глава "О падении Дориата" - три стратегии редактирования

Расширенный Сильмариллион. Глава 6

М.М. Минц (Амдир). Теория и методология толкинистики (размышления об основах)


(Опубликовано в "Палантире", № 60)

 

Этот доклад продолжает тему, которую на одном из прошлых семинаров уже затрагивали в своем совместном докладе Кеменкири, Одна Змея и я. А именно, текстуальные истоки опубликованного «Сильмариллиона» (в первую очередь я имею в виду основной из вошедших в выпущенную Кристофером Толкиеном книгу текстов — «Квента Сильмариллион»), а также редакторская роль Кристофера Толкиена — как и почему опубликованный «Сильмариллион» такой, каким мы его знаем. В предыдущем докладе упор был сделан на первый вопрос, а этот больше сосредоточен на втором. Соответственно с этим выбран и материал для анализа.

Разные части «Сильмариллиона» имеют разную текстуальную основу: материалом для первых глав послужили тексты, написанные Толкиеном после завершения «Властелина колец», последующие же опираются на все более ранние версии, вплоть до того, что в некоторых последних главах единственными источниками являются, с одной стороны, создававшаяся еще в годы Первой Мировой войны «Книга утраченных сказаний», а с другой — составленная почти на сорок лет позднее «Повесть лет» (которая при этом также не доведена до конца и существует сразу в нескольких параллельных версиях).

Однако с самым окончанием «Сильмариллиона», главой о плавании Эарендиля и Войне Гнева, ситуация уникальная. Здесь, как и в случае первых глав «Сильмариллиона», имеется поздняя версия текста, относящаяся ко времени после окончания «Властелина колец». При этом, в отличие от первых глав, она единственная. Поскольку начало опубликованного «Сильмариллиона» опирается сразу на два параллельных пласта текстов (т.н. «анналистическая традиция», т.е. материал «Анналов Амана» и «Серых анналов»; и т.н. «традиция Квенты», т.е. материал предвоенной и послевоенной версии текста «Квента Сильмариллион» (далее КС), совпадающего с основной частью опубликованного «Сильмариллиона» по своему названию, но далеко не всегда — по содержанию). В основе же главы о плавании Эарендиля в опубликованном «Сильмариллионе» лежит только один текст — а именно КС.

И в то время как прошлый доклад был посвящен рассмотрению того, из каких именно «кирпичиков» («Анналы Амана», КС, иные тексты) Кристофер Толкиен строил опубликованный им «Сильмариллион», и попытке понять, почему он выбирал для своей компиляции именно эти кирпичики, а не другие, на сей раз мне хочется изучить редакторскую работу Кристофера как таковую: какие изменения, как (и, возможно, почему) он вносил в единственный лежащий перед ним текст. И к каким причинам это временами приводило.

 

Кратко изложу хронологию текстов. В основе главы о плавании Эарендиля, входящей в составленный Кристофером Толкиеном «Сильмариллион», лежит вариант «Квенты Сильмариллион» 1937 г., опубликованный в V томе «Истории Среднеземья». Он начинается словами «И они взглянули на Одинокий остров…» («And  they  looked  upon  the  Lonely   Isle…»). В 1958 г. была сделана машинописная копия этого варианта, в которую Толкиен позднее внес некоторые поправки. Эти поправки Кристофер Толкиен опубликовал в XI томе «Истории Среднеземья». Таким образом, если взять текст опубликованного «Сильмариллиона» и затем «вычесть» оттуда авторскую правку, приведенную в XI томе «Истории Среднеземья», а затем сравнить то, что получилось, с версией V тома, то мы увидим, что именно внесено в текст Кристофером.

 

Вопрос о том, занимался ли Кристофер Толкиен редакторской правкой — т.е. не сведением воедино различных не вполне согласующихся друг с другом версий, а именно стилистической правкой, отпадает почти сразу. Она тут невелика, но несомненна, и местами оставляет стойкое ощущение, что Кристофер такой же неисправимый перфекционист, как и его отец: почти помимо воли берет ручку и начинает поправлять тут, поправлять там, менять местами слова, дописывать, убирать… Такая вкусовая правка — явление, хорошо знакомое каждому редактору, и удержаться от нее не всегда легко.

В качестве иллюстрации приведу следующий пример. В версии V тома (далее — КС5): «И когда эта новая звезда взошла на западе…» («And  when  this  new  star  arose  in  the West…»). В опубликованном «Сильмариллионе»: «И когда увидели вечером эту новую звезду…» («And when this new star was seen at evening…»). В перечне поправок в XI томе изменение не упоминается, следовательно, в «Сильмариллионе» — редакторский вариант. Оба варианта, по-моему, примерно равнозначны (хотя у варианта КС5 одно явное преимущество в том смысле, что он авторский!).

Иногда подобная стилистическая правка что-то уточняет либо проясняет.  Так, в «Сильмариллионе» мы читаем: «Прощения он <Эарендиль> просил для нолдор и жалости из-за их великих горестей, и также милосердия к людям и эльфам…» («Pardon he asked for the Noldor and pity for their great sorrows, and mercy upon Men and Elves»). Однако в КС5 это место звучит немного иначе: «Прощения он просил для нолдор и жалости из-за их великих горестей, а также милосердия к несчастным людям…» («Pardon  he  asked  for  the  Noldor  and  pity for   their  great  sorrows,  and  mercy  upon  unhappy Men »). Т.е. слова «к эльфам» добавлены редактором. И, в общем-то, в этом варианте больше логики — и справедливости: в КС5 эльфов Белерианда, синдар и нандор, как бы и нет вообще, а ведь они, хотя не восставали против воли валар и не поклонялись Морготу, страдают-то от него вместе с остальными! И смысл обращения Эарендиля к валар в «Сильмариллионе» немножко другой — прощение для нолдор и милосердие ко всем.

 

Но речь,  разумеется, не об этом, гораздо больший интерес представляет смысловая правка — там, где она есть.

Иногда такая правка понятна, а местами даже и неизбежна — в тех случаях, когда между текстом КС5 и опубликованием «Сильмариллиона» лежат какие-то новые концепции или факты, или тогда, когда Толкиен при своей (достаточно беглой) правке машинописной копии в 1958 г. что-то не учел, пропустил.

В КС5, к примеру, сказано «Но Эарендиль, единственный из живущих людей, ступил на бессмертные берега» («But Earendel, alone of living Men, landed on  the immortal  shores»); в «Сильмариллионе» же — «Тогда Эарендиль, первый из живущих людей, ступил на бессмертные берега» («Then Eärendil, first of living Men, landed on the immortal shores»). И думается, причина сделанной Кристофером замены в данном случае очевидна: после появления истории Нуменора (которая в момент написания КС5 только недавно зародилась) Эарендиль действительно перестал быть единственным смертным, ступившим на берега Амана, поскольку после него был еще Ар-Фаразон с войском. Собственно, высадившееся на берег Валинора и расположившееся там лагерем войско бегло упоминается уже во второй версии текста «Падение Нуменора», которая датируется как раз 1937 г.

Еще один пример подобного рода — список тех эльфов, которые после Войны Гнева остались в Среднеземье. В КС5 это Маглор и Элронд (который, как сказано, «на время» остался с Маглором). В «Сильмариллионе» Маглор уже не упоминается (возможно, потому, что, учитывая некоторые упоминания в поздних текстах и письмах о его гибели — судя по всему — вскоре после окончания Первой Эпохи, наличие его в этом списке действительно становится несколько сомнительным). Зато в список добавлены Кирдан, Келеборн, Галадриэль и Гил-галад (любопытно, однако, что нет Келебримбора!). На момент написания КС5 ни одного из этих персонажей еще не существовало — все они «рождены» текстом «Властелина колец». С другой стороны, в послевоенной правке, приведенной в XI томе «Истории Среднеземья», Толкиен их в текст не внес — но правка была достаточно беглой, и он мог просто не обратить внимания на необходимость такого добавления. В общем, как мне кажется, этот тот случай, когда Кристофер следует не букве, но духу текстов отца.

В «Сильмариллионе» на знаменитом совете валар решаются два вопроса: воевать ли с Морготом, и какова должна быть судьба Эарендиля. Однако в КС5 это два разных совета; причем относительно второго из них говорится, что на него валар «призвали Улмо из глубин» («they summoned Ulmo from the deeps»). Иными словами, получается, что Улмо в момент принятия важнейшего решения (начинать ли войну с Морготом) вообще не присутствовал! Это Улмо-то, самый активный среди валар сторонник идеи о необходимости такой войны! Подозреваю, что если бы внимание Толкиена обратили на эту деталь, он бы ее поправил. И вот в опубликованном тексте оба совета объединены.

Одним словом, редактор подходит к тексту очень вдумчиво, и вносимые изменения обычно на что-то опираются. Другое дело, что резоны этого иной раз представляются спорными.

Например, у фразы опубликованного «Сильмариллиона» «В те дни на берегах Западного моря шло великое строительство кораблей…» («In those days there was a great building of ships upon the shores of the Western Sea…») на самом деле есть продолжение — «… и особенно на больших островах, которые, после разрушения северных земель, остались от древнего Белерианда» («and especially upon the great isles which, in the disruption of the northern world, were fashioned of ancient Beleriand»). Эту фразу  Толкиен сохранил и при правке машинописного текста в 1958 г., вычеркнув лишь слово «особенно». Кристофер Толкиен не оговаривает исключение этой фразы, однако в одном из своих комментариев замечает, что «острова, в которые превратился Белерианд», не стыкуются с последующей концепцией Нуменора. Однако его отец предложение из текста не удалил, хотя концепция Нуменора к тому времени была разработана вполне подробно! И нельзя сказать, что он не обратил на фразу внимания, раз уж внес туда поправку. Собственно, не из чего не следует, что таких островов быть не могло — как известно, даже на поздних картах есть острова Тол Фуин и Химлинг; во Вторую эпоху, до гибели Нуменора и связанного с этим значительного изменения очертаний прибрежных земель, подобных островов могло быть больше. Словом, на мой взгляд, это весьма сомнительное сокращение.

 

Другой пример подобного рода — ситуация с предводителем отрядом нолдор в Войне Гнева. В КС5 это Ингвиэль, сын Ингвэ. В «Сильмариллионе» — Финарфин. Ситуация тут достаточно запутана, и Кристофер посвятил ей отдельное место в своих комментариях.

Еще до того, как была сделана машинописная копия главы (в которую Толкиен затем  внес поправки, приведенные в XI томе «Истории Среднеземья»), в рукописи Толкиен исправил «Ингвиэль сын Ингвэ» на «Финарфин сыш Финвэ», а в машинописной копии опять оставил Ингвиэля (а точнее — исправил Ингвиэля на Ингвиона). Собственно, если внимательно посмотреть на фразу КС5 «Под его белым стягом шли также линдар [т.е. ваньяр], Светлые эльфы, народ Ингвэ; и среди них были также те из нолдор, что никогда не покидали Валинора, и Ингвиэль сын Ингвэ был их предводителем» («Beneath his white banner marched also the Lindar,  the Light-elves, the people of Ingwe; and among them were also those of the Noldor of old who had never departed from Valinor, and Ingwiel son of Ingwe was their chief»), то становится ясно, что упоминание Ингвиэля относится скорее к ваньяр (а нолдор шли в составе валинорских отрядов и — очевидно — подчинялись общему командованию). Я предполагаю, что, правя рукопись, Толкиен прочел эту фразу как то, что Ингвиэль — предводитель нолдор, и поправил свою «ошибку»; при правке машинописного варианта прочел фразу внимательнее, понял, что если заменить Ингвиэля на Финарфина, получается, что Финарфин командует ваньяр — и замену делать не стал (о том, что отсутствие замены не является случайным пропуском Толкиена, свидетельствует то, что он исправил имя Ингвиэль на Ингвион). Кристофер же в «Сильмариллионе» фразу переписал так, что Финарфин тут однозначно вождь только нолдор — но одновременно, к сожалению, убрал Ингвиэля из текста совсем.

 

Бывает, что в результате редакторской правки в тексте появляются некие новые сущности, которых у Толкиена вообще не было — или, наоборот, исчезает то, что в исходном тексте было. Некоторые, казалось бы, общеизвестные факты и укоренившиеся в фэндоме представления при ближайшем рассмотрении оказываются обязанными своим существованием этой самой редакторской правке.

По крайней мере одна работа на данную тему уже была — доклад Кеменкири,  сделанный на Зилантконе в 2005 г., который был посвящен последним, «сложным» (определение самой Кеменкири) главам «Сильмариллиона»: падение Дориата и разорение Гаваней Сириона. В отличие от этого материала, окончание «Сильмариллиона» таким уж «сложным» вроде бы не назовешь  — существует достаточно поздний текст, в котором осуществлена достаточно небольшая редакторская правка. Казалось бы, в результате ничего радикально нового в тексте появиться не может.

Но оказывается, даже это может временами привести к любопытным результатам.

 

В фэндоме достаточно широко распространено представление, что эльфы (и другие жители) Белерианда в Войне Гнева участия не принимали. Периодически где-нибудь разворачивается очередная дискуссия на эту тему. Между тем никаких оснований для подобного представления в текстах не имеется, это то, что принято называть «фэндомским глюком» — нигде нет четкого утверждения о неучастии эльфов, есть только отсутствие прямого утверждения об участии. Разбирать причины, по которым в фэндоме зародилось такое мнение, я тут не буду, поскольку в сферу моего доклада они явно не входят, но Кристофер Толкиен, как выясняется, этому косвенно поспособствовал!

В «Сильмариллионе» читаем: «Но наконец мощь Валинора явилась с Запада, и вызов труб Эонвэ наполнил небо» («But at the last the might of Valinor  came up out of the West, and the challenge of the trumpets of Eönwë filled the sky »). Но в КС5 эта фраза имеет продолжение! Далее сказано «…и он призвал к себе всех эльфов и людей от Хитлума до восточных земель» («and he summoned unto him all Elves and Men from Hithlum unto the East»). Как говорится, почувствуйте разницу. В исходном толкиеновском тексте это самое прямое утверждение об участии белериандских жителей в войне есть (разве что считать, что все призванные от этого призыва, как один, отказались. Но это уж совсем невероятно). В опубликованном тексте — исчезло. Почему?  Предполагаю, что это связано с изменением роли Эонвэ в войне, как она виделась Кристоферу — вопрос, о котором далее будет говориться отдельно. Но факт есть факт — не убери Кристофер эту фразу, для подобного фэндомского представления просто не было бы почвы.

 

Другое укоренившееся фэндомское представление — что приплывшим из Среднеземья эльфам «запрещено» было селиться в Валиноре, они могли жить только на Тол Эрессеа, а в Амане лишь бывать «в гостях». Вот фраза опубликованного «Сильмариллиона», которая и заложила подобное представление: «После возвращения на Запад эльфы Белерианда жили на Тол Эрессеа, Одиноком острове, что смотрит и на запад, и на восток; оттуда они могли плавать даже в Валинор» («And when they came into the West the Elves of Beleriand dwelt upon Tol Eressëa the Lonely Isle, that looks both west and east; whence they might come even to Valinor»). Однако текст КС5 в этом месте выглядит существенно иначе: «После возвращения на Запад нолдор по большей части заново населили Одинокий остров, что смотрит и на запад, и на восток; и эта земля стала прекрасной, и такой остается поныне. Но некоторые вернулись даже в Валинор, как волен был сделать каждый, кто того желал» («And when they came into the West the Gnomes for the  most part rehabited the Lonely Isle, that looks both West and East;  and  that  land  became  very  fair, and  so remains.  But some  returned  even to  Valinor, as  all were  free to  do who  willed»). Как видим, тут есть прямое утверждение, что изгнанникам можно было вернуться в Валинор.

На самом деле случай здесь существенно более сложный, чем с участием белериандских эльфов в Войне Гнева. Поскольку существует еще и знаменитое письмо Толкиена Милтону Уолдману, написанное, по-видимому, в конце 1951 г., в котором говорится, что «Эльфам-Изгнанникам … не следовало более постоянно жить в Валиноре, но лишь на Одиноком острове, Эрессеа, в виду Благословенного края» («Exiled Elves … They were not to dwell permanently in Valinor again, but in the Lonely Isle of Eressea within sight of the Blessed Realm»). Кристофер эти слова, несомненно, учитывал. Более того, можно вспомнить еще слова Галадриэль из текста «Элессар» — точное время его создания, согласно Кристоферу Толкиену, неизвестно, однако, без сомнения, он написан уже после опубликования «Властелина колец»:  «Какое зло совершил золотой дом Финарфина, что я должна просить прощения валар или довольствоваться островом в море, когда моей родной землей был Аман Благословенный?» Здесь мы имеем четкое утверждение, что Галадриэль по возвращении за Море должна будет жить на Тол Эрессеа, а не в Амане.

Таким образом, чем руководствовался Кристофер, внося эти изменения, понятно, хотя остается вопрос, в какой степени при рассмотрении «внутримировых» текстов можно руководствоваться материалом писем? Этот вопрос уже неоднократно вызывал длительные споры. У меня, скажу откровенно, готового ответа на него нет.

Однако тут есть еще один любопытный нюанс. В письме к Уолдману речь идет только о нолдор («эльфы-Изгнанники»). И Галадриэль, которой предстоит довольствоваться Одиноким островом — тоже нолдо (и в КС5 упоминаются именно нолдор, кстати). Таким образом, запрет на поселение в Валиноре, судя по всему, касается только нолдор, когда-то ушедших отсюда со всяческими эксцессами. Однако в «Сильмариллионе» вместо этого — эльфы Белерианда. Все — нолдор, синдар, нандор. И вот эту замену признать оправданной уже невозможно, и понять, чем руководствовался Кристофер, меняя текст — тоже. Таким образом, в данном случае Кристофера Толкиена смело можно признать крестным отцом фэндомского глюка о «закрытости» Валинора для приплывающих из Среднеземья эльфов.

 

Любопытным изменениям подверглись два фрагмента, касающиеся Эльвинг. Там, где говорится, что мало кто из телери желал принять участие в Войне Гнева, помня о кровопролитии в Алквалондэ,  сказано, что они прислушались к словам Эльвинг (и поэтому, очевидно, предоставили войску корабли и кормчих) . НО вот мотивы, по которым они прислушались, в опубликованном тексте и в КС5 разные.

В «Сильмариллионе»:  «…прислушались к Эльвинг, что была дочерью Диора Элухиля и принадлежала к их собственному племени» («…hearkened to Elwing, who was the daughter of Dior Eluchíl and come of their own kindred»), в КС5: «…потому, что она была прекрасна и добра, и со стороны своего отца происходила от Тингола, что принадлежал к их собственному племени,  они прислушались к ней» («… because she was fair and gentle, and was come also upon her father's side from Thingol who was of their own kindred, they harkened to her»).

В результате мотив родовых связей между Эльвинг и телери сохранился, но исчезла ее характеристика — немаловажная, что ни говори, а косвенно — и характеристика самих телери (Эльвинг  была прекрасна и добра, и поэтому они согласились помочь). Вдобавок и мотив родовых связей приобрел несколько странный вид: вместо логичного «родственница Элу, брата нашего короля» — «дочь Диора Элухиля» (которого они никогда не видели, и о котором до сей поры даже не слышали!).

Кстати, выше по тексту, где Эльвинг рассказывает телери о себе и о Белерианде, содержание ее рассказов также довольно сильно изменено. В КС5 Эльвинг говорит исключительно о Дориате и его обитателях, в «Сильмариллионе» — о Дориате, Гондолине и горестях Белерианда в целом. Очевидно, Кристофер пытался заложить некое «обоснование» поступку телери, предоставивших валинорскому войску корабли — между тем к тексте КС5 это обоснование и так есть, причем выглядит достаточно убедительным. Одним словом, тут Кристофер, по-моему, подстилает соломки там, где это не требуется…

 

Приведу также несколько примеров того, как из текста исчезает то, что там исходно было — иногда это мелкие штрихи и подробности, а иногда не такие уж мелкие.

 

Вот текст «Сильмариллиона»: «Поэтому он [Эарендиль] повернул наконец обратно к морю» («Therefore he turned back at last towards the sea»). А вот текст КС5: «Поэтому он повернул наконец обратно к берегу, думая отплыть вновь на своем корабле Вингелоте, и отказаться от своей миссии, и вечно странствовать в море» («Therefore  he turned  back at  last towards  the shores,  thinking to set sail  once more  upon Vingelot  his ship  and abandon  his errand, and live for ever upon the sea»).

Бог с ней, с заменой моря («sea») на берега («shores») — хотя чем она продиктована, тоже не очень ясно. Но очень жаль выпущенной Кристофером фразы: она содержит примечательное утверждение, что Эарендиль не собирается возвращаться в Среднеземье.

 

В том месте текста КС5, где речь идет о том, что Моргот не ждал нападения с Запада, говорится: «…он думал, что навеки рассорил нолдор с Богами и с их родичами» («…he thought that he had for ever estranged the Gnomes from the Gods and from their kin»). В опубликованном «Сильмариллионе» выделенное окончание  фразы почему-то опущено. Но ведь это важно — что Моргот стремился не только поссорить нолдор с валар, но и посеять отчуждение между ними и другими эльфами!

 

Еще одно любопытное маленькое сокращение — в описании крылатых драконов Моргота. В КС5 есть опущенные Кристофером слова «и крылья их были из стали» («and their wings were of steel»). Возможно, Кристофер счел, что это не согласуется с поздней концепцией Толкиена «драконы, как и прочие создания Моргота, являются живыми существами, продуктом Искажения либо воплотившимися майар». И, возможно, правильно счел.

 

Еще в одном случае Кристофер Толкиен, по-видимому, пошел на сокращение в тексте, чтобы отчасти упростить весьма сложный вопрос. Упростить, похоже, не получилось, судя по количеству фэндомских дискуссий на эту тему. (Хотя было бы их меньше, если бы Кристофер  этого сокращения НЕ сделал, тоже неизвестно). Речь о судьбе полуэльфов.

Формулировку участи Эарендиля, Эльвинг и их детей все хорошо помнят: «Эарендилю, и Эльвинг, и их сыновьям будет каждому дано право свободно выбирать, с судьбой какого народа соединятся их судьбы, и к какому народу они будут причислены» («to Eärendil and to Elwing, and to their sons, shall be given leave each to choose freely to which kindred their fates shall be joined, and under which kindred they shall be judged»). Однако в КС5 этому предшествуют следующие слова Мандоса: «Все же, в ком есть кровь Смертных, какова бы ни была ее доля, велика или мала — смертные, если только иной судьбы не будет даровано им; но в этом деле мне дано право решать» («Now  all  those  who have  the blood  of mortal  Men, in   whatever  part,  great  or  small,  are  mortal,  unless other  doom be   granted to  them; but  in this  matter the  power of  doom is  given to  me»). Это абсолютно четкая формулировка «смертности», подходящая ко всем полуэльфам (начиная с Диора, который, как совершенно резонно указывает в комментариях Кристофер, по этой концепции является смертным независимо от выбора, сделанного Лутиэн. И ранний брак Эарендиля и Эльвинг сюда укладывается, и судьбу детей Имразора и Митреллас это объясняет). В варианте текста, приведенном в XI томе «Истории Среднеземья», эта фраза сохраняется тоже. Следовательно, она опущена Кристофером.

В свете этой формулировки более понятным становится вопрос с потомками Элронда, вызывающий массу споров. Элронду и Элросу было дано право выбора, и Элронд выбрал участь эльфов. Но примесь людской крови-то у него осталась, и значит, дети ее тоже получили — т.е. они по умолчанию смертные, хотя при этом и дети двух эльфов. Создается некое противоречие, видимо, поэтому детям Элронда, которым дарована «жизнь эльфов» (как говорит Арагорну в Имладрисе Арвен), оставлено право выбрать смертную участь (или обязанность подтвердить свой выбор эльфийской участи, если трактовать это несколько иначе). Впрочем, окончательного разрешения этот вопрос так и не получил, поскольку четкой формулировки, подобной той, что в КС5, касающейся детей Элронда, Толкиен не оставил… Однако правка Кристофера, по-моему, запутала ситуацию еще больше и породила массу дискуссий о судьбе и статусе потомков Лутиэн и потомков Эарендиля.

В случае детей Элроса, заметим, вопрос уже не возникает, так как они в любом случае смертные, по всем параметрам.

Любопытен вопрос, можно ли интерпретировать идею смертности всех, в ком есть хоть капля смертной крови, как «превосходство» Дара Эру над участью эльфов (Дара, которому, согласно «Сильмариллиону», однажды позавидуют сами валар)?

Попутно замечу, что известная фраза Манвэ  «Но в этом деле мне дано право решать», которая в «Сильмариллионе» носит достаточно «общий» характер и вроде бы относится ко всей проблеме «Что делать с нарушителями запрета ступать на берега Амана», на самом деле относится лишь к перемене смертной участи. И это правильно и логично: опасность наказания за нарушение запрета Манвэ отводит от Эарендиля и Эльвинг сам, своей волей — все-таки он Король Арды (тем более, что этот запрет, по крайней мере в отношении нолдор, от него же и идет!) — но в вопросе, касающемся изменения судьбы Детей Эру, тема которых введена была в Музыку Айнур самим Эру, власть позволить такое изменение и дается ему лишь свыше, от Эру.

 

Кстати, о Манвэ и других валар. В нескольких случаях Кристофер вносит в текст любопытные изменения, похоже, призванные слегка изменить характер Владык Запада. Так, перед там как высадиться на берега Валинора, Эарендиль говорит спутникам: «Сюда не ступит никто, кроме меня, дабы гнев валар не пал на вас»  («Here none but myself shall set foot, lest you fall under the wrath of the Valar»). В КС5 же за этим далее следует «…и смерть не настигла бы вас; ибо это <появление в Валиноре> запретно». («…and the  doom of  death; for  it is  forbidden»). Таким образом, мотив грозящей прибывшим (со стороны валар) опасности в КС выражен четче, а главное, конкретнее, чем в опубликованном тексте. Сходная ситуация чуть далее по тексту — когда Эльвинг, не согласившись с намерением Эарендиля идти в Валмар одному, сошла с корабля и подбежала к мужу, он опечалился, «ибо боялся гнева Владык Запада на всякого из Среднеземья, что осмелится миновать рубеж Амана»; это в опубликованном «Сильмариллионе», а в КС5 совсем иначе: «ибо думал он, что теперь они оба умрут, не пройдет и немногих дней». В опубликованном тексте смысл явно смягчен — недвусмысленное «оба они умрут» заменено на уклончивый «гнев Владык Запада». Таким образом, обе правки нацелены на то, чтобы ослабить впечатление суровости валар. Правда, можно возразить, что суровости лишь в представлении Эарендиля…

Но вот знаменитая фраза Мандоса: «Ступит ли Смертный на бессмертные земли и останется при этом жить?» Фраза знаменитая, но… похоже, не толкиеновская! Потому что в КС5 Мандос говорит не это. А говорит он следующее: «Теперь же он безусловно умрет, ибо ступил на запретные берега». Примечательно, что Мандос в КС5 не спрашивает, как в «Сильмариллионе» (пусть даже в «Сильмариллионе» вопрос явно носит риторический оттенок) — нет, он утверждает. Причем, что делает ситуацию особенно резкой — он начинает с этого утверждения совет, специально посвященный судьбе Эарендиля — при этом после того, как услышана и по сути удовлетворена просьба о помощи. Одним словом, у толкиеновского Эарендиля, кажется, действительно были основания опасаться…

Замечу, кстати, что и мотивировку в словах Мандоса Кристофер Толкиен изменил: в КС5 Эарендиль должен умереть, поскольку нарушил запрет; в «Сильмариллионе» — потому что он смертный, попавший в бессмертный край (почти наверняка формулировка Кристофера связана с одним из текстов «Преображенных мифов», в котором говорится о запрете для людей «прижизненно» попадать в Аман).

 

И еще один любопытный пример,  может быть даже, самый любопытный — поскольку правка не разовая, а системная. Связана она с ролью Эонвэ как предводителя войска Запада в Войне Гнева.

То есть это мы считаем Эонвэ предводителем. Между тем, в тексте «Сильмариллиона» подобного нет. Каждый, кто прочтет главу «О плавании Эарендиля и Войне Гнева», легко в этом убедится! Тем не менее, предводителем войска Эонвэ в текстах был. Пока не подвергся редакторской обработке…

Собственно говоря, предводителем войска Запада был не майа Эонвэ,  герольд Манвэ, а Фионвэ сын Манвэ — и в этом-то, по-видимому, вся штука. Поскольку в комментариях к «Истории Акаллабет» в XII томе «Истории Среднеземья» Кристофер пишет: редактируя последнюю главу «Сильмариллиона», он действовал в предположении, что после того как его отец (в послевоенной переработке КС5) отверг идею Детей Валар, и таким образом Эонвэ, бывший Фионвэ, перестал быть сыном Манвэ — столь видная роль, как предводитель всего войска Валинора, не могла бы остаться за ним.

И в результате Эонвэ подвергся целому ряду редакторских репрессий. Вычеркнуто идущее в КС5 после  слов «Но войско валар изготовилось для битвы» продолжение «и предводителем их был Фионвэ сын Манвэ». Слова «войско Фионвэ» неоднократно заменяются на  уклончивое «мощь Валинора». Когда Моргот выпустил в битву свой последний резерв, драконов,  натиск их был так силен, что Фионвэ отступил —  но в «Сильмариллионе» отступает «войско валар». И в подземелья Ангбанда после победы спустилось, разумеется, оно, а не войско Фионвэ… Кстати говоря, в результате всей этой правки единого командира у валинорского войска в «Сильмариллионе» вроде как и нет — только про нолдор, как я уже упоминала выше, говорится, что ими командовал Финарфин — между тем как в КС5 четко сказано, что под стягом Эонвэ/Фионвэ шли ваньяр и нолдор.

Кстати, о стяге. У ваньяр, как известно, были белые знамена — «…и под их белыми знаменами шли ваньяр, народ Ингвэ…» («and beneath their white banners marched the Vanyar, the people of Ingwë»). Так вот, заглянув в КС5, мы неожиданно обнаруживаем, что этих хорошо известных всем знамен — не существует. Т.е. знамена-то есть, но принадлежат они не ваньяр. А Эонвэ. А ваньяр их подарил Кристофер. «Под его <Фионвэ/Эонвэ> белым стягом шли также линдар <ваньяр>, народ Ингвэ…» («Beneath his  white banner marched also the Lindar the people of Ingwe»). И еще раз ниже, там, где в «Сильмариллионе» сказано: «И  ваньяр вернулись под своими белыми знаменами» («And the Vanyar  returned beneath their white banners»), в КС5 на самом деле говорится лишь «Но линдар вернулись назад под знаменами своего короля» («But the Lindar marched back beneath the banners of their king»). А в результате «белые знамена ваньяр», которые на самом деле принадлежат не ваньяр, а Эонвэ, прочно закрепились в фэндомском сознании…

Почему же все-таки в фэндоме распространена уверенность, что Эонвэ вождем войска Запада был? А все очень просто. Он назван «вождем войска Запада» в указателе к «Сильмариллиону». Вот лично для меня самым загадочным является именно этот момент: убрав из самого текста абсолютно все указания на главенство Эонвэ — причем аргументированно, из идеологических, можно сказать, соображений — Кристофер после этого заявляет от этом самом главенстве в указателе…

В своих комментариях Кристофер признается, что теперь (т.е. на момент написания комментария) он полагает, что столь радикальное снижение роли Эонвэ в Войне Гнева является ошибкой с его стороны.

 

Напоследок — два примера того, как одно лишь слово, измененное при редактуре текста, может заметно изменить заложенный в этот текст смысл.

В «Сильмариллионе» говорится: «…и они <речь о ваньяр> знали, что эти камни <Сильмариллы> не будут найдены и собраны вместе вновь, если только мир не будет разрушен и воссоздан заново» («and they knew that those jewels could not be found or brought together again unless  the world be broken and remade»). В КС5 эта фраза звучит почти так же. Почти.

«…и они знали, что эти камни не будут найдены и собраны вместе вновь, до тех пор пока мир не будет разрушен и воссоздан вновь» («and they knew that those jewels could not be found or brought together again until  the world was broken , and re-made anew»).

Т.е., фактически, в КС5 прямо утверждается, что мир однажды будет пересотворен заново — та самая Арда Исцеленная, на которую надеется Финрод в «Атрабет Финрод ах Андрет»! — а в опубликованном тексте он, быть может, будет пересотворен — условная конструкция.

Всего одно слово — но подспудно оно, согласитесь, многое  меняет.

Другой пример. В самом конце опубликованного «Сильмариллиона» говорится: ложь, которую Моргот посеял в сердцах эльфов и людей — «семя, которое не умирает и не может быть уничтожено» («a seed that does not die and cannot be destroyed»). Но в КС5 в этой фразе есть еще одно слово, убранное при редактуре Кристофером Толкиеном, и полностью она звучит так: «семя, которое не умирает и не может быть уничтожено Богами» («a seed that doth not die and cannot by the Gods be destroyed»). В поздних своих текстах Толкиен избегал называть валар — богами, и тщательно убирал из новых редакций старых текстов подобные наименования. Здесь он его, по-видимому, не заметил, Кристофер убрал это слово — но в результате фраза, в которой исходно почти наверняка имелось в виду, что валар не в состоянии полностью искоренить посеянное Морготом зло, однако Эру может это сделать, стала нести примерно такой смысл, что зло вообще вечно и неустранимо. Наверняка этого Толкиен в данную фразу не вкладывал.

 

Подводя итог, скажу вещь очевидную и даже банальную, но несмотря на это, ничуть не теряющую своей значимости: читать черновики Толкиена полезно уже для того, чтобы знать, из чего выросли те или иные куски опубликованного «Сильмариллиона» (ну, а многим из нас это чтение, помимо того, попросту доставляет удовольствие — автору доклада в том числе!). И сегодня еще существует мнение, что «Сильмариллион» — это единый и самый достоверный текст, та основная версия, на которую и следует опираться, а все остальное является лишь необязательным приложением к ней. Увы, это не совсем так, что мы уже показывали и в предыдущих докладах на эту тему. (При этом специально хочу оговориться, что это не является упреком по адресу Кристофера Толкиена, проделавшего громадную и адски трудную работу по изданию «Сильмариллиона». Это всего лишь констатация факта).

И еще одно замечу, тоже очевидное до банальности — насколько весомым может быть слово! Даже самая небольшая редакторская правка, иной раз изменения в одном-двух словах, может привести к немалым последствиям, и чревата изменением или утратой заложенного автором смысла.

Поэтому черновики Толкиена, опубликованные в серии «История Среднеземья», даже, казалось бы, текстуально очень близкие опубликованному «Сильмариллиону», по-прежнему достойны самого пристального изучения и иногда могут преподнести неожиданные сюрпризы.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

zzzzzzzz